– Я не думал, что виверны умеют говорить, – удивился Палин.
– А они и не умеют, – ответила Ферил.
– Что нашел? – раздался такой резкий голос, будто гвоздем царапали по стеклу. – Что-то нашел?
И тут появился второй виверн. Этот был немного меньше, но выглядел точно так же. Он хлестал хвостом из стороны в сторону, вытягивая шею, чтобы лучше видеть происходящее из-за крыла первого.
– Люди. Нашел людей. Думаешь, они были здесь?
– Не знаю. Их не было, когда уходил. Теперь здесь. Было жарко, когда уходил. Теперь холодно. Люди пришли между жарой и холодом. Глупые люди.
Риг сильнее сжал рукоять сабли. Взгляд его темных глаз перебегал с одного виверна на другого.
– Это была прекрасная мысль – поискать сокровища дракона, – прошептала Ферил мореходу. Потом повернула голову в сторону Палина. – А ты говорил, что, обследовав логово дракона, мы побольше узнаем о них. Если бы вы оба послушались меня, мы бы уже плыли к Южному Эрготу.
– Может быть хуже, – предположила кендерша. – А вдруг их еще больше или появится дракон, который оставил след.
– Ничего, прорвемся, – пробормотал мореход.
– Хватит болтать, сдавайтесь! – приказал тот, что покрупнее. Его глаза остановились на Риге. – Брось свою сверкающую колючку. Сейчас же.
– Не дождешься!
Сабля взметнулась высоко над головой капитана и опустилась вниз скользящим движением, разрубая кожу на брюхе чудовища. Рана была неглубокой, и тварь завыла скорее от удивления, чём от боли.
– Они не сдаются, – проскулил маленький, ошарашенный таким поведением. – Что делать? – спрашивал он. – Делать что-нибудь?
– Хватать людей. И отдавать хозяину.
– Отдадим Шторму над Ансалоном, когда вернется! Мысль хороша!
– Шторм над Ансалоном? – произнес Палин. – Это пещера Келлендроса! Мы должны убираться отсюда!
– Келлендрос! Дракон-владыка! – закричала Блистер. Кендерша засунула руку в дорожную сумку, висевшую у нее на боку, и стала рыться в куче предметов малопонятного назначения, хранившихся там. Наконец она вытащила пращу и зарядила ее грецким орехом, который тоже отыскался в сумке. Блистер раскрутила свое оружие и метнула орех, который волчком полетел в маленького виверна и ударил его в нос.
– Люди жалятся! – завизжал тот.
Палин отвлекся от звуков, окружавших его, и сосредоточился на светящейся сфере. Цвета становились ярче. Шар понемногу нагревался, пока не обжег руку мага. Тогда чародей бросил его на землю и продолжил пристально разглядывать.
Ферил упала на живот, вытянула руки перед собой и принялась быстро разгребать песок, пока пальцы не коснулись холодного камня. Она ощущала себя спокойной, твердой и древней, как скала. Чувства покидали тело, проникали в камень, сливались с ним. Эльфийка превращалась в единое целое с полом пещеры. Ее покрывал песок, обжигал жар магического шара, царапали когти вивернов.
– Стань водой, – обратилась она к скале. – Плыви со мной. – Скала отвечала на ее мысленные приказы и становилась мягкой как глина. Ферил изо всех сил вонзила пальцы в камень. – Мягче! – еще раз приказала она скале. – Стань совсем жидкой! Быстро! – Старания не пропали даром. Руки погрузились в камень, холодный и густой как грязь. Пальцы яростно работали, рисуя поток волнообразных линий. – Теперь утекай от меня! Беги водным потоком!
За это время Палин соорудил настоящий костер.
– Огонь делает мне больно! Я не люблю, когда больно, – жаловался маленький виверн.
Искры летели в его сторону. Грудь чудовища была сильно опалена. Оно бешено хлопало крыльями, пытаясь сбить пламя. Маг, не отрываясь, смотрел на раскаленный шар, в результате следующая огненная струя достала тварь. Визг виверна эхом пронесся по пещере.
– Люди не сдаются! – вопил он. – Они ранят нас! Они жгут нас! Все еще хватать их?
– Не надо хватать! – заорал в ответ большой виверн. Отвлеченная огнем и своим собратом, тварь не заметила побелевшего Рига, который нанес очередной удар. Эта рана оказалась более глубокой. Она расползалась вдоль живота, черная кровь забила из нее фонтаном. Виверн взревел. Вытянув шею, он попытался укусить моряка, но тот оказался проворней и вовремя увернулся.
– Убить людей! – завыл маленький виверн, взмахнув хвостом. Шипы вонзились Ригу в бедро. Он задохнулся и упал на колени, сабля зазвенела о камни. Второй удар хвоста попал в грудь морехода, Риг вскрикнул от боли и забился в судорогах, его бросало то в жар, то в холод.
– Темный мой! – взвыл большой виверн, когда его приятель попытался, приблизиться, и надвинулся на Мер-Крела.
– Мой тоже! – потребовал маленький, оставив кровавую отметину на плече капитана.
– Поделим! Следующим будет тот, что с огнем! – Большой увернулся от новой вспышки и ударил колючим хвостом морехода в грудь.
Риг не мог больше сдерживать крики. Его поглотили сменяющие друг друга волны озноба и жара, он корчился от боли, лежа на каменном полу пещеры.
– Мой для еды! – Крупный виверн скорчил довольную гримасу. Его змеиная шея подалась вперед, а голова повернулась к корчившемуся от боли моряку. Едва тварь раскрыла пасть, как тут же была вынуждена отпрянуть, потому что на нее обрушился град мраморных осколков.
– Отстань от него! – кричала кендерша, выискивая боеприпасы в своем мешочке.
Следующий залп состоял из пуговиц и мелких камешков. Блистер кинулась к мореходу и стала оттаскивать его с опасного места.
– Ненавижу укусы! – зарычало большое чудище, его глубокий голос отскакивал от стен пещеры. – Укусы! Укусы! Забери малявку!
– Я не могу! Пол засасывает меня! Не могу двинуться!
Камень, как расплавленная лава, растекался от Ферил, огибая Палин, Блистер и Рига и образуя жидкую массу вокруг когтистых лап вивернов.
«Затвердей! – приказала она скале. – Стань снова каменной!» – От напряжения Ферил не могла даже пальцем шевельнуть, но скала послушалась ее и приняла изначальную твердую форму. Эльфийка поднялась на колени и потрясла головой, чтобы прийти в себя.
Палину удалось поразить большого виверна в голову. Взрыв был такой громкий, что заглушил крики твари. Запах обгоревшей плоти поглотил все остальные. Лицо кендерши исказилось от отвращения при виде изуродованной морды – осколки костей торчали сквозь обожженные раны на нижней челюсти. Вой виверна становился все громче, он бил хвостом, пытаясь достать Блистер и Рига. Но они уже были на безопасном расстоянии.
Палин, поняв, что опасность миновала, ослабил огонь магической сферы и вновь использовал ее как фонарь.
Чародей подошел к капитану и помог ему подняться на ноги, затем осмотрел раны и ощупал припухлости вокруг них.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
