Люка улыбнулся про себя. Нелл стала жестче, чем он помнил, но она все такая же ранимая. Общение с ней сулило немало приятных минут. Он поддержит ее проект. А может, и нет. Вначале ему необходимо узнать о нем как можно больше. Например, как далеко мисс Фостер готова зайти, чтобы добиться его согласия.
Люка задумчиво окинул ее взглядом с ног до головы. Если в мешковатой одежде с торчащими в разные стороны волосами она представляла угрозу, то в строгом костюме и блузке, наглухо застегнутой до самого подбородка, Нелл была, скорее, обещанием. Ее волосы просто великолепны. Как она могла их коротко стричь? Каково было бы пропустить их сквозь пальцы? И как бы они смотрелись, разметавшиеся по подушке?
– Не смею вас больше задерживать. Он заморгал. Она уже прощается?
– Я думаю, у нас было плохое начало.
Нелл лишь кивнула и угрюмо улыбнулась.
– Я бы хотел угостить вас обедом.
Она уставилась на него расширившимися глазами.
– Обедом? Вы серьезно?
– Почему бы и нет? – Он пожал плечами, словно произошедшее в зале было не более чем недоразумением. – На собрании я задал не все вопросы. Мне бы хотелось продолжить обсуждение. – Теперь оставалось надеяться, что проект для нее важнее, чем собственная гордость.
В ожидании ответа Люка продолжал спокойно наблюдать за ней. Она сильно изменилась за эти годы и, несомненно, была искренне увлечена своим проектом. Интересно, любви она отдается с такой же страстью?
– Почему вы улыбаетесь?
Потому что он заинтригован и хочет узнать о ней все, что можно? Нет. Потому что на этот раз он затащит ее в постель.
– Вы уверены, что я приму ваше предложение, и уже празднуете победу? – предположила она.
Люка стер улыбку и напомнил себе, что должен быть начеку.
– Нет, конечно. – Он встретил ее взгляд. – Так вы принимаете приглашение пообедать?
Она чуть заметно улыбнулась. Люка подумал о том, что никогда не забывал ее с момента их первой встречи. Тогда он только начинал свою карьеру, и малейшая неосторожность могла ее разрушить. Он был вынужден отстраниться от лечения Молли, как только кризис миновал, но это не значит, что он забыл Нелл. Услышав, что она приезжает в Венецию, он сделал все возможное, чтобы присутствовать на собрании. А когда снова увидел ее, мотор внутри него тут же заработал на повышенных оборотах. У него не было альтернативы – он должен бросить ей вызов. К этому его побуждал первобытный инстинкт завоевателя.
Все усложнилось, когда он увидел Нелл с Молли. Ожидая встретить ту же фурию, которая оскорбляла его глубокоуважаемых коллег и считала всех врачей злыми демонами, он столкнулся лицом к лицу с труженицей, одержимой своей работой и желанием сделать мир лучше, и матерью; чье лицо светилось всякий раз, когда она смотрела на своего ребенка… Эта женщина таила в себе достаточно секретов, чтобы возбудить его интерес.
План «А» предполагал кратчайшее знакомство, за которым последовал бы неизбежный финал – постель. План «Б» требовал чего-то более тонкого – например, обеда в венецианском стиле.
– В таком случае я согласна. Вы определенно мой должник после всего того, что случилось в зале. И, надеюсь, вы поведете меня в какое-нибудь приятное местечко, не забегаловку в стиле фаст-фуд. – Она насмешливо вскинула бровь.
– Фаст-фуд? – Он понаблюдал за ней и заметил, что ее голубые глаза потемнели. – В Венеции только туристы едят на ходу. Истинный венецианец любит есть не спеша и смаковать каждый кусочек, каждый глоток. – Точно так же, как он любит заниматься любовью. – Но этого Люка вслух не сказал.
– Жду с нетерпением, – сухо проговорила она.
Я тоже. Он чуть заметно улыбнулся.
– Это будет хорошей возможностью побеседовать с вами о проекте до нашей официальной встречи.
Он не хотел говорить о деле, пока не исследует личный потенциал мисс Фостер.
– Уверен, мы найдем достаточно времени, чтобы обсудить основные моменты. – Люка успокаивающе улыбнулся.
Он чувствовал, что она еще не простила его за нападки в зале.
– Венеция будет нашим аванпостом в Италии, – заметила она. – Идемте?
Он придержал для нее дверь.
– Вы очень уверены в себе.
– Приходится, если я собираюсь поддерживать свою команду и убеждать скептиков вроде вас, что наше дело способно приносить людям пользу.
Люка снова восхитился про себя ее самообладанием и преданностью проекту. Он также чувствовал, что она смягчилась по отношению к нему. Что послужило тому причиной? Хотела ли она продолжить знакомство в неформальной обстановке так же сильно, как и он?
– Надеюсь, вы проголодались?
– Умираю с голоду, Люка. Насмешливый взгляд определенно должен был предупредить, что она собирается съесть все содержимое меню. Однако мысли об этом затмил тот факт, что она впервые назвала его по имени…
– Синьор Барбаро? – Она помахала рукой у него перед глазами, пока они ждали лифт. – Вы еще здесь?
– Вы назвали меня Люка. Пусть так и останется, хорошо? – Он догадывался, что Нелл колеблется между необходимостью привлечь его на свою сторону и желанием удержать на безопасном расстоянии.
– Хорошо. В таком случае, полагаю, вам лучше называть меня Нелл.
Он не стал напоминать о том, что уже давно обращается к ней по имени.
– С нетерпением жду, когда мы обсудим ваш проект, хотя, разумеется, если сейчас вам неудобно, Нелл, мы можем пообедать в какое-нибудь другое время. – Он старался говорить безразлично.
– Нет! Нет, обед – это замечательно. Я только предупрежу Марианну, что задержусь.
Она выглядела сильно взволнованной, когда двери лифта раскрылись, и вздрогнула, когда он дотронулся до ее спины.
– Что ж, тогда, полагаю, я пропал, – весело бросил он.
Она старалась вести себя как можно более непринужденно, но в лифте отодвинулась на безопасное расстояние.
– Видимо, да.
* * *
Люка Барбаро был самым харизматичным мужчиной из всех, кого она встречала. Ей грозит нешуточная опасность, осознала Нелл. Как же ей перестать думать о том, каково было бы с ним в постели?
С тех пор как Нелл узнала правду о Джейке, она отказалась от секса. Она сильно обожглась, пытаясь удержать интерес мужчины, которого желали все женщины, но после сегодняшней встречи с Люкой ее гормоны снова разыгрались. Внутреннее чутье подсказывало Нелл, что Барбаро гораздо более опасен, чем Джейк. И теперь она собиралась обедать с мужчиной, который, судя по всему, мог наброситься на нее в любую секунду!
Готова ли она к этому? Кровь бурлила в жилах, и сердце, истомившееся по любви, кричало: «Да!» Она никогда не ощущала себя такой женственной, такой живой – и все по вине Люки. До его появления воздержание давалось ей без труда.
