Читаем без скачивания В мире фантастики и приключений. Выпуск 10. Меньше - больше. 1988 г. - Сергей Снегов

Чарли и не догадывался, сколь много значили его слова.

«Уступать, но не поступаться», — твердил я, шагая по лаборатории, заставленной механизмами и приборами.

Самописцы писали все те же кривые, процесс шел своим ходом — от пункта к пункту, от этапа к этапу. Всеми страстями души, всей силой мысли я стремился убыстрить его, но он двигался по своим законам, а не по моему хотению. Мы с Павлом, как некие могущественные волшебники, вызвали к жизни еще никому не ведомые потенции природы, но не подчинили их себе: гибель Павла, взрыв двух миллионов тонн сгущенной воды стали свидетельством нашего бессилия — первым грозным свидетельством, первым, но, возможно, не последним, предугадывал я. Дознается ли Рой Васильев до тайны трагедии на Урании, если сам руководитель Института Экспериментального Атомного Времени, сам блистательный академик Чарлз Гриценко далек от ее понимания? Скоро ли дознается? Сколько времени нужно мне с Жанной, чтобы овладеть коварным джинном, так безрассудно нами вызволенным из атомного заточения? Даст ли нам землянин Рой это время? Что он потребует от нас? Что разрешит? Что запретит? Голова распухла от мыслей. «Уступать, но не поступаться», — твердил я себе как заклинание И понятия не имел, что именно уступать, чем именно не поступаться.

День шел за днем. Рой не торопился. Цистерна со сгущенной водой оставалась на Латоне. Энергетики жаловались, что ресурсы ядерных аккумуляторов на пределе. Биологи ворчали на слишком жесткий энергетический лимит. О нашем институте и говорить не приходилось, любой эксперимент со временем требовал бездны энергии — девять десятых мощностей Энергосистемы работали на нас. Однако хронисты вели себя сдержанней энергетиков и биологов. Гипотеза Чарли, что причина аварии в неполадках с атомным временем, пугала всех.

Никто не требовал немедленной доставки с Латоны заветной цистерны, ибо каждый опасался вопроса: а как вы предотвратите новую аварию, если причины ее в ваших работах, но что за причины, сами толком не знаете?

Рой, повторяю, не торопился. До него, казалось, не доходили сетования энергетиков и биологов. Он безмятежно гулял по Урании. Его видели на берегах неширокой Уры, он карабкался по сопкам и спускался в долины, осматривал дома и заводские здания, облетел на авиетке южные леса и саванны. Он держал себя как турист, а не как дознаватель. И когда заговаривал с кем-либо, то лишь для того, чтобы выказать свое восхищение обликом планеты, выбранной людьми для самых опасных экспериментов. «Он, кажется, считает Уранию космическим домом отдыха», — с недоумением говорили те, кого он удостаивал своими пейзажными беседами, а иных он пока не вел.

Когда же он непосредственно приступил к выполнению задания, то и его повел иначе, чем ожидали. Он начал с биологов — посетил их лаборатории, вызывал биологов к себе. Но расспрашивал о том, что не имело отношения к взрыву. Его занимало, как ведут себя синтезированные животные, рыбы, птицы, растения, какая от них польза, будут ли биологические искусственники вывезены на Землю и другие планеты для расселения там, или жизнь их ограничится лишь индивидуальным, а не видовым существованием.

Затем пришла очередь энергетиков. Их-то несчастье на энергоскладе касалось непосредственно. Теперь в разговорах посланца Земли послышались словечки «взрыв, катастрофа, трагедия, меры предосторожности».

Чарли уверял, что ни один энергетик не способен дать толкового объяснения происшедшего, для них сгущенная вода была тем же, что для древних энергетиков уголь или нефть, — они использовали готовый продукт, не задумываясь над тем, как он получен.

— Пока Рой не поставит себе вопроса, как производится сгущенная вода, он не приблизится к раскрытию загадки, — утверждал Чарли. — А технологию сгущения воды надо было изучать на Земле. По-видимому, он этого не сделал.

Последним из энергетиков Рой пригласил Антона Чиршке.

Повелитель Демонов так торопился предстать перед дознавателем, что забыл известить нас о вызове. Чарли, узнав об его уходе к Рою, предложил мне и Жанне срочно прибыть в лабораторию Антона.

— Ужасно хочу спать, — пожаловалась Жанна. — Если засну, не будите до появления Антона.

— Сон — это здоровая реакция на нездоровую действительность, — объявил Чарли. — Любое выздоровление начинается с позыва ко сну.

Я хотел было напомнить Чарли, что недавно он доказывал невозможность излечения, если не ликвидируют основное заболевание, а основное заболевание Жанны — тот факт, что она живет, но я вовремя сообразил, что парадоксы такого рода не для слуха Жанны. Тут ворвался Антон Чиршке и с порога закричал:

— Вы у меня? Я каждого вызывал, никто не откликнулся. Куда вы все подевались? Нет, этот Рой — штучка, можете мне поверить!

— Садись! — приказал Чарли. — Не топай ногами и не размахивай руками. Постарайся говорить связно. Точно передать разговор ты, конечно, не сможешь, но хоть не мекай.

Не сомневаюсь, Чарли хотел, чтобы Антон обиделся, потому что в таком случае Антон начинает следить за собой и тогда с ним все проще. Чарли добился большего — Повелитель Демонов вознегодовал. Он обругал Чарли и взял себя в руки. Это позволило ему десять минут изъясняться вполне толково.

— Знаете, с чего начал этот белобрысый, этот медведь средней руки, как ты его определил, Чарли? Пожал полутонным усилием мою руку, как будто не пожимал, а выжимал. И вопросил, почему я ношу кличку Повелителя Демонов. Я, естественно, поправил: не Повелитель Демонов, а Повелитель Демонов Максвелла. Он деловито осведомился, есть ли в названиях разница. Я заверил, что разница весьма существенная и ее должен знать каждый культурный человек, в особенности физик по образованию. У Роя железная выдержка, он и глазом не моргнул.

«Если это вас не затруднит, — сказал он и так улыбнулся, словно я его одарил, а не высмеял, — то я бы хотел узнать подробней различия разных демонов».

«Общеизвестные демоны, — сказал я тогда, — это нечто вроде злых или там не очень добрых духов, непрерывно общающихся с людьми, то есть чаще всего вредящих людям, — всякие черти с рогами и хвостами, домовые в лохмотьях, заросшие шерстью крысообразные бесы, безрогие и бесхвостые гномы и кобольды, эльфы и сильфиды в развевающихся одеждах, а также прекрасные юные феи, уродливые старухи ведьмы, лесные бродяги лешие, коварные речные русалки, прожорливые горные драконы, глуповатые джинны в бутылках и прочие в том же роде. Объединяет всех этих многообразных демонов то, что все они — сверхъестественные существа, каждое со своим именем, обликом и норовом. И что эти сверхъестественные существа реально — в смысле физически — не существуют. Они — плод воображения.