Читаем без скачивания Критерий любви - Дмитрий Февралев

Но постепенно у организации появился авторитет, причём не только у простых людей, но и у некоторых чиновников. Многие задавались обычным вопросом: зачем иметь дело с теми, кто ничего не видит, кроме своих межпартийных и внутрипартийных разборок, когда можно иметь дело с по-настоящему деловыми людьми? Этого простить было уже нельзя. Ситуация усугубилась ещё и тем, что некоторые депутаты и члены правительства, не имевшие никакого отношения к Команде, cтали в своих рекламных целях заявлять о своей связи или даже членстве в ней.

И меры были приняты незамедлительно. Первоначально было заблокировано несколько проектов в регионах, затем произошло несколько атак на столичные офисы. Криминальный мир, казалось, ушедший в подполье, также активизировался, почуяв запах крови и поддержку власть имущих. И началось. Отчёты, которые приходили ежедневно Командору, напоминали сводки с мест боевых действий. Потери денег, потеря авторитета, потеря людей. Последнее для Командора было самое главное. «Кадры решают всё» – он понимал значение этой фразы не хуже того, кто её придумал. А в случайность кадровых потерь поверить было всё сложнее и сложнее. Увлекающийся скалолазанием заместитель Екатеринбургского филиала не может упасть в собственной квартире со стремянки и сломать себе шею. Мастер спорта по плаванию, руководитель Волгоградского филиала не может утонуть, купаясь в бассейне. И это были не единичные случаи. Эти кадры он подбирал годами, потихоньку подводил их к делу и расставлял на определённые участки работы. Попытки договориться с властями и конкурентами не давали никакого результата. Проблемы множились в геометрической прогрессии: индивидуальные и групповые, по эффекту домино и несвязанные друг с другом, по цепочке и как круги от камня, брошенного в воду. И перед Командором встал самый главный русский вопрос: что делать? Ясно ему было только одно: стандартными методами тут ничего не решить.

Неизвестно, кто ему подбросил кандидатуру Ника, ещё менее известно, сколько он её анализировал. На одном из совещаний, которые в последнее время напоминали совещание штаба армии во время боевых действий, Командор высказал свои соображения и предложил Ника как человека, который поможет скоординировать действия их организации в новой ситуации. Последовали возражения, сможет ли непрофессионал, к тому же незнакомый со спецификой их организации, решить эту проблему. Ответ руководителя был жёсток и прост: «Ноев ковчег строил дилетант, профессионалы строили “Титаник”».

Ник анализировал создавшуюся ситуацию около недели. Затем он выработал план и предоставил его на рассмотрение Командору. Cуть плана сводилась к следующему: власть необходимо убедить в том, что политика Команду не интересует, мощные дорогие проекты, нефть, газ, лес также ей неинтересны. Её цель – это наведение порядка только на криминальном поле: поставить под контроль бандитские структуры и подчинить себе любой нелегальный бизнес.

Основная проблема была в том, что региональные структуры Команды привыкли работать старыми методами, а передать им новые инструкции было не так просто: почта могла просматриваться заинтересованными лицами, а разговоры прослушиваться. Ник предложил идею: он должен лично встретиться с руководителями всех этих структур и убедить их в том, что его план единственно правильный. Это полностью противоречило правилам, уже давно разработанным Командором: никаких параллельных связей. Но времени на разговор с каждым из руководителей уже не было. Встреча была назначена в одном из парков в одном из городов Западной Европы. Чтобы не привлекать внимание заинтересованных лиц, все члены предполагаемой встречи полетели как бы на отдых в разные места континента, получив предварительно информацию о времени и месте встречи, но ничего не зная о её целях.

Они долго спорили, они долго не хотели слушать Ника. Наконец он смог их убедить, что настала пора других методов, что в условиях тисков, в которые их взяли, их действия должны быть скоординированы хотя бы в принципиальных вопросах. Если бы об этой встрече стало известно, то, наверное, никто бы из её участников не прожил бы долго. Но об этом никто не узнал, и все они были живы до сих пор. А победителей, как известно, не судят.

В результате ситуация стала переламываться в пользу Команды, хотя и не быстрыми темпами. Власть постепенно увидела, что угрозы для неё в этой организации нет, и прекратила своё давление. Ещё продолжались акции со стороны конкурентов, ещё гибли не самые плохие ребята, но Ник и Командор чувствовали себя всё увереннее и увереннее. Они понимали главное: все действия их противников, все попытки прижать их к стенке в отдельных областях и на отдельных объектах исходят из предположения, что концепция Команды – это строгая оборона. Однако теперь концепция Команды – это было мощное наступление, стратегия и тактика которого были продиктованы железной логикой войны за передел.

Прошли годы. Ситуация вокруг Команды стабилизировалась окончательно. На криминальном поле была одержана решительная победа. Власть постепенно повернулась к ним лицом, позволяя добровольно-принудительно вкладывать средства и в более серьёзные проекты. Командор сумел организовать некоторые филиалы через подставных лиц и за рубежом, войдя при этом в контакт с представителями тамошней финансовой, политической и бизнес-элиты. Ник постепенно также отошёл от роли кризисного менеджера, сосредоточившись на обычном анализе отчётов из филиалов и разработке перспектив развития организации.

Полтора года назад всё изменилось. Первоначально потерпели крах несколько их интересных проектов. По всем данным властные структуры были здесь ни при чём. Тем не менее, во всех этих случаях было что-то общее: cитуация вышла из-под контроля на последнем этапе, и права на реализацию были переданы некоей неизвестной организации. Ник включился в дело сразу. Ему удалось организовать некоторые контрмеры. Но вскоре стало понятно, что конкурентный им криминальный мир, про который они уже и думать забыли, объединяется под чьей-то сильной и властной рукой. Нет, нельзя было сказать, что Команда терпит одно поражение за другим, скорее, поражения чередовались с победами. Нельзя было и сказать, что ситуация становится катастрофической, скорее, она просто требовала повышенного внимания. Но по отчётам из различных филиалов, по настрою власти, наконец, по настроению, Командору, научившемуся за все годы интуитивно чувствовать опасность, cтановилось ясно одно: все происходящие отрицательные события не являются случайными, они являются строгим логическим следствием определённого замысла. У них появился сильный противник, умный, жестокий и коварный. Достойный противник.

Принятые меры о сборе информации об этой организации не дали никакого результата. Кто её возглавляет? Кто является её мозговым центром, своеобразным антиНиком? Все эти вопросы оставались без ответа. Радовало только одно: судя по действиям оппонентов, они практически ничего не знали о cоставе Команды, вернее о действительной роли каждого из её членов в организации. Тем не менее, Ник понимал, что в этой ситуации он не может бездействовать. Интуитивно ему было ясно, что конкуренты ставят те же самые вопросы и ищут на них ответы. Ну что же: если противник решается на конкретные действия только на последних этапах операций, то это значит, что он хорошо изучил логику действий Команды. Почему же тогда не все действия Команды заканчиваются крахом? Ответ понятен: он, Ник, сумел скоординировать и подчинить своей логике действия cтарых филиалов внутри страны, но в новых филиалах, открывающихся в странах Западной Европы, ещё была сильна доля самоуправления, всё-таки сказывалось влияние демократии. Таким образом, противник не мог здесь просчитать их логику действий. Какой выход? Заслать казачка в стан врага пока не получилось и неизвестно получится ли в будущем. Значит, единственный выход – это собирать информацию обо всех лицах, причастных к этой организации, их перемещениях и контактах, сопоставлять с конкретными событиями и анализировать, быстро анализировать.

Внезапно начали приходить сообщения от представителей Команды о том, что у некоторых лиц появился интерес к их филиалам в Мюнхене, Брюсселе, Вене, Берлине и Париже. Этого следовало ожидать. Противник начинал нервничать и терял осторожность, желая быстро и одним махом покончить с ними. Весь вопрос состоял в том, что времени на получение, обработку и перепроверку информации могло просто не оказаться. А значит, выход мог быть только один: ехать самому, лично общаться с представителями на каждом из объектов и попытаться сделать быстрый вывод, что делать дальше.

Конец ознакомительного фрагмента.