Очнулся я в холодном поту на тлеющей кровати. Я часто во время подобных грёз неосознанно излучаю электрические разряды. А после, очнувшись, нахожу тлеющие обломки вместо мебели. Грёзы, несмотря на всю свою безжалостность, окончательно убили во мне муки совести. Ведь на место под солнцем имеет право только сильнейший. И я сделал свой выбор. Амайя, может, и не заслуживает смерти, но будет расплачиваться за грехи своего любимого папочки. Пускай отправляется в ад вслед за Малфастом! Для нас двоих на этом свете нет места. Нас с ней разделила судьба, не дав родиться от одних родителей.
Амайя
(Makeup and Vanity Set — Brotherhood)
Я во главе боевого отряда ближе к ночи покинула Аваллон. Мне предстояло справиться с практически неосуществимым заданием. Однако все мои мысли занимали последние слова Бурхата. Несмотря на всё его демонстративное пренебрежение ко мне, я, наивная, надеялась, что он меня любит. Очевидно, — ошибалась. Хотя не мне судить. Нет в мире тяжести, сравнимой с тяжестью короны.
Сейчас не время думать об этом. Лучше бы мне подумать, как выманить проклятого ублюдка Вилана из своего логова. Ведь самый лучший способ выиграть войну — это разбить замыслы противника, затем — разбить его союзы, и лишь потом — разбить его войско. Самая худшая война — это осаждать его крепость. О замыслах Вилана мне ничего не известно. И чтобы разбить его союзы, нужен упорный труд, шпионаж, подкуп союзников и время. Очень много времени. О том, чтобы разбить его войско или осадить крепость, и речи не может быть. Так как против армии демонов у нас двадцать три эльфа, точнее, двадцать четыре — вместе со мной и моими двумя магическими способностями, подаренными мне при рождении. А также стрелы, луки, мечи, пара проверенных заклинаний и… опыт моих воинов. Да, не густо, но опыт — это огромная сила, незаменимая в бою.
Я и мой отряд на полном ходу мчались на резвых скакунах, изредка делая непродолжительные привалы, дабы поели и отдохнули лошади. Пейзаж вокруг менялся с ужасающей быстротой. Красота земель Арнорда, через которые мы держали путь, поражала и завораживала дух. Южный край нашей великой державы казался мне самым прекрасным из всех существующих. Однако не исключаю того, что столь поэтическое мышление мне придавала опасность, которая коварно подстерегала нас впереди. И я, как приговорённый к неминуемой казни смертник, с жадностью пожирала взглядом окружающую меня красоту. А почему бы и нет? Возможно, я вижу её в последний раз. И тут же поймала себя на мысли, что похожа на овцу, которая добровольно идёт на заклание. Стоп! Э, нет, я не овца! Может, я и не волк, но уж точно не овца! Я так просто не сдамся.
До границы Арнорда с Тартасом мы домчались за трое суток, делая короткие привалы, дабы лошади отдохнули, и перерывы на ночлег всего лишь на пару часов. Я приказала разбить лагерь недалеко от границы и позволила всем отдохнуть чуть подольше обычного. После чего собрала совет у костра и начала свою непростую речь:
— Ну, что ж, мои воины… каждый из вас прекрасно понимал, на что соглашается. Отныне эта миссия — наше общее дело. Я жду от вас дельных идей и советов, а ещё лучше — конкретный план, как убить Вилана.
Все собравшиеся у ярко полыхающего костра явно были ошарашены моими словами. Офелия и Гильдис в удивлении переглянулись. А Кирион — мой заместитель в военных походах — прищурив глаза, посмотрел на меня исподлобья и укоризненно произнёс:
— Значит, у нашего командира нет плана?
Это стёб? Надо мной? Похоже, из-за своих былых привилегий эльф много о себе возомнил.
— Да, Кирион! У меня нет плана! Но одно я знаю точно — без головы Вилана в Аваллон я не вернусь. А коль вы все мне верны, то и вы не вернётесь.
В тот вечер мы несколько часов провели в жарких спорах, пока не пришли к общему мнению. Нам нужно выманить демона из его дворца, и желательно — на живца. Я готова была раскрыть своё пребывание в Тартасе. Однако, по мнению моих эльфов, это была не лучшая идея. Так как в этом случае он ринется на двадцать четыре эльфа всей своей армией. Нет. Нам нужен иной план.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Отправляя на разведку десять своих воинов во главе с Кирионом, я прождала на границе Тартаса ещё трое суток. Время неумолимо сыпалось сквозь пальцы, подобно песчинкам в песочных часах. Далеко за полночь разведка вернулась с хорошими новостями. И мы принялись осуществлять задуманное.
Перейдя границу нашими тайными тропами, мы с лёгкостью разминулись с демоническим приграничным патрулём. Хех… Тайно проникать на территорию Тартаса — нашим воинам не в первой. А вот дальше передвигаться по вражеской территории мы могли только под покровом ночи. Я тоже не раз была с вылазками в Тартасе, и каждый раз меня одолевало гнетущее чувство тревоги. Ровно на границе двух государств заканчивался дивный, густой эльфийский лес, и начиналась бескрайняя степь. Однако дальше, чем в пустынную степь, я не заходила.
Сейчас же пейзажи Тартаса поразили меня настолько, что я ощущала внутреннее угнетение и пустоту в душе. Словно ангел смерти следовал за мной по пятам, а его тёмная аура окутала меня со всех сторон. Там, где закончилась степь с выжженной травой и голыми кустарниками, началась смертоносная пустыня. Чёрная, потресканная от засухи земля, местами расколотая глубокими ущельями, заглянув в которые, можно увидеть текущую магму. Более этого меня смогло поразить только то, что погода здесь менялась каждые несколько часов. Днём температура поднималась до такой степени, что сложно было терпеть даже эльфам. А мой народ очень устойчив к большим перепадам температур. Теперь же — ночью — стало жутко холодно. На волосах и ресницах появился ощутимый слой инея. Лёгкие больно покалывало при вдыхании жгуче-ледяного воздуха. И если бы не плащи с капюшонами из пуха чертополоха, у нас бы окоченели не только уши.
Кирион
Несмотря на погодные трудности, наш отряд смертников занял боевые позиции в ожидании ценного груза. Да, именно смертников. Иначе никак не назвать эльфов, согласившихся пойти на такое безумие. Со мной-то всё понятно… не мог я её саму отпустить в ад к демонам, но другие — у них ведь семьи…
Амайя и две достаточно хорошо стреляющие эльфийки — Гильдис и Офелия — разместились на вершине скалы, вооружившись луками. А я и пятеро превосходно владеющих мечом воинов спрятались в окопе близ дороги. Остальные остались в тылу. Я рассудил, что маленькой группой мы больше будем походить на разбойников, а Амайя согласилась.
Подъезжающую повозку мы заметили не сразу, так как ночь выдалась тёмной. Но, судя по тому, что всё прошло по плану, нашим стрелкам на скале было видно намного лучше. Командир и девушки с лёгкостью перестреляли из луков почти всю охрану. А я с воинами захватил в плен оставшихся демонов и обоз с золотом, направляющийся прямо в Терказар. Нет, мы не настолько глупы, чтобы надеяться, что сам Король демонов приедет разбираться с разбойниками, укравшими повозку золота. По нашему плану, я, командир и ещё несколько воинов, переодевшись в охрану повозки, отвезём золото в столицу. Да, согласен, надеяться на то, что стражники Терказара не заметят подмену крупных и неуклюжих демонов на стройных и грациозных в своих движениях эльфов, по меньшей мере, глупо, но наш командир была полна энтузиазма и заряжала им всех. И, похоже, только я единственный догадывался, что причина энтузиазма кроется в безысходности.
Не дождавшись командира, мы спешно осмотрели груз. И, помимо золота, обнаружили двух демониц, разодетых так, будто знатные барышни собрались на бал. Хм… интересно. В ожидании возвращения стрелков я принялся разжигать костёр, временами поглядывая на новоиспечённых пленниц. Та, что покрупнее и повыше, несмотря на связанные руки и ноги, сидела с ровной спиной и задранным подбородком, видать, принадлежит знатному роду.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Когда наш командир и стрелки вернулись, я резво встал и, поклонившись, доложил о текущей обстановке. Выслушав меня, Амайя с неподдельным интересом начала допрашивать именно демоницу с гонором.
