Колгуй не выдержал этого спокойствия.
- Я думаю, доктор, вы не пойдете со мной на спор против того, что будущей весной божество потребует в жертву к себе именно эту женщину? воскликнул он, готовый насладиться изумлением своего спутника.
Но тот не открыл даже глаз, хотя счел нужным спокойно подтвердить: Вероятно, жребий падет на нее.
Колгуй со злостью налег на весла, вымещая гнев на воде, омывавшей проклятый остров, так как не имел ничего другого под руками для той же цели.
- Что же, вы так-таки и оставите все это?
- А что бы вы хотели предпринять?
Он открыл глаза и посмотрел на своего проводника не без любопытства. Это подействовало на того, как поощрение.
- Как что? - закричал он, хлеща воду веслами со страстью и злобой.Как что? Надо рассказать об этом, людей созвать... В газетах напечатать...
- Зачем? - холодно спросил тот.
- Как зачем? Чтобы все знали...
Серые глаза доктора впились в Колгуя с насмешливой ласковостью, но тут же погасли и затянулись, стали непроницаемо покойны и холодны.
- Не все ли равно,- серьезно и строго, не спрашивая и не отвечая, промолвил доктор,- не все ли равно, будут ли люди знать немножко больше или немножко меньше...
Колгуй сжал губы и замолчал. Каменное спокойствие его спутника было непреоборимо. От него веяло холодом тысячелетних лабиринтов, и в первый раз сорвалось с губ охотника резкое слово.
- Да кто вы такой, черт возьми? - крикнул он.
- Путешественник,- просто ответил тот.
- Откуда вы приехали?
- Из Индии.
- Зачем?
- Чтобы проверить, существует ли еще древний род гипербореев.
Простота и точность ответов обезоружили Колгуя. Он притих.
- Откуда вы знали, что они существуют?
- Из наших книг.
- И вы никому не объявите о том, что видели?
- Только тем, кто меня послал сюда.
- А я?
- Вы можете поступать так, как вам угодно.
Колгуй замолчал, налег на весла и больше уже не возвращался к прервавшемуся разговору.
Он не обманул своего спутника - обратный путь до реки и по реке до тропинки, по которой можно было подняться до чума лопаря, взявшего на себя заботу о лошадях, они совершили скорее, чем путь прямой - отсюда до острова.
Целодневный отдых на острове сделал свое дело. Сменив лодку на лошадей, Колгуй охотно согласился со своим спутником немедленно продолжать путь.
Этот обратный путь совершался с не меньшим благополучием, но в большем молчании. Доктор положительно не открывал рта, тем более что и проводник его на этот раз не очень тяготился молчанием.
Старый охотник чувствовал себя необычна Он был погружен в трудное и непривычное занятие: аи думал.
С тяжестью и неуклюжестью мельничных жерновов перемалывал он в молчаливой задумчивости все происшедшее. И только когда эта мучительная работа подходила к концу, он прервал молчание и тихо спросил доктора: - Так вы, может быть, из Лхасы, от самого далайламы притащились сюда, доктор?
- Нет,- спокойно ответил тот,- я из Тадж-Магала, близ Агры, из Индии...
- Это там нашли вы папирусы?
- Да,- коротко подтвердил он.
- И позвольте уже узнать,- продолжал допытываться Колгуй, вспоминая рукопись, читанную им в лодке,- какой черт помог вам разобраться в том, что там было накорежено?
- Сравнительное языковедение,- просто, точно говоря о ночлеге, ответил доктор.- Я не знал,- с улыбкой добавил он,- что вы не дремали в лодке, а успели основательно познакомиться с пергаментом, который вручила вам женщина.
- Да уж поверьте, что я знаю теперь ненамного меньше, чем вы, доктор! Есть-таки у меня много нового, о чем можно будет поболтать за кружкой пива.
- Но вы не знаете самого главного!
- Чего же это?
- Того, что ничто не ново под луной!
И снова погрузились спутники в молчание, и снова зашевелил жерновами своего мозга Колгуй, впрочем, ненадолготак как путь их уже приближался к концу.
Маленький отряд вернулся в Колу поздней ночью, и надо сказать, что только это обстоятельство спасло путешественников от шумной встречи и выражений крайнего изумления по поводу их благополучного возвращения.
Только расставаясь со своим проводником, доктор точно пришел в себя и с большою учтивостью засвидетельствовал Колгую свою признательность крепким и теплым рукопожатием. Это растрогало старого охотника настолько, что он решился было снова возобновить разговор о гипербореях.
Однако доктор и на этот раз остался последователем индийской мудрости.
Он не изменил ей и впоследствии. Именно потому-тo повесть о Стране гипербореев и становится известней читателю из третьих рук.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
