– Зря виляешь хвостом, Салага! Я шутки люблю. И сам не прочь пошутить.
– Вот и я о том же… Ты, если решишь пошутить, хоть сам-то спрячься. А то разорвет обоих…
Каптенармус довольно заржал.
– Не боись, Салага! Уж я-то спрячусь! С минами-гранатами дело имел?
Я тяжело вздохнул.
– Бог миловал…
– А я не буду. Миловать, понятное дело. Ну, давай учиться.
– Давай… Ты только поподробнее, с примерами… Ты первый делаешь, а я повторяю.
Каптенармус заржал опять. Аж слезы у него выступили.
– Не боись, говорю. Если я захочу пошутить, то ты это и понять не сумеешь.
– Ага! Нам на офицерских сборах один такой шутник рассказывал, как они в Афгане в шаровары духам засовывали взведенную гранату и толкали их с обрыва…
Каптенармус пристально посмотрел на меня.
– А ты из какого года будешь, Салага?
– Этот разговор был году в 87-м, что ли. В 1987 году, если точнее… А меня прибрали позднее… Лет через двадцать. С лишним… А ты, Каптенармус, тоже был в Афгане? Что-то ты как-то взвился… Знакомое услышал?
– Был. – Каптенармус посмурнел. – Не то слово – был… Я и сейчас там… Где-то в пещерке косточками белею… Там-то я и пошутил в последний раз. Гранаты еще были, ну я и рванул кольцо, да и поднял подсумок над головой. В полутьме – полное впечатление, что «шурави» сдается. Духам, наверное, понравилось… Или – совсем не понравилось. Трудно сказать, как у них с чувством юмора было…
– А зачем так-то? Уйти не мог?
– Не мог. Ранен я был. Остался прикрывать отход наших… Мы нарвались на духов случайно, но цена этой случайности – чья-то жизнь. Оказалось – моя. Духов я не считал, сразу положили четырех, да и потом… Они сели нам на хвост, стали отжимать под пулеметы. Но загнанная крыса – она больно кусает, туннели узкие, куча рикошетов, почти после каждой нашей очереди кто-то верещал. Тут и я получил по ногам и не смог уйти от гранаты. Порвало меня качественно, не жилец, одним словом, – живот, ноги… А тут духи поднакопились, что-то заорали – атака, значит. Ребят бы задавили числом, а я как раз у духов на пути был. Только и успел крикнуть: «Уходите»! Левая рука была почти целая… Рванул кольцо… В подсумке шесть гранат было…[2]
– Ты служил в «Каскаде»?
Каптенармус смотрел на меня и молчал.
– Да расслабься ты… Я не американский шпион. Просто время прошло – о многом уже рассказали. О штурме дворца Амина, например, о захвате в Кабуле всяких там министерств и ведомств, о том, как удалось пещерный комплекс Тора-Бора взломать и захватить…
– Вот оно как… И что говорили про этот комплекс?
– Да я плохо помню уже… Осенью 80-го, как мне кажется, наши спецназовцы КГБ СССР – то ли из «Вымпела», то ли из «Каскада»– его одним ударом захватили. С помощью армейцев, конечно…
– Ты угадал. Я из первого «Каскада»…
Он прикрыл глаза, припоминая, и низким, вибрирующим голосом не пропел – продекламировал:
«Со всех уголков несравненной страныСюда нас собрали под знамя «Каскада».Меняют душманы в пещерах штаны,Душманы «Каскаду», конечно, не рады.А ну, разбегайтесь, бандиты и воры,На вас в БТРах идут «каскадеры»!Мы здесь далеки от домашних забот,Бежать удалось от домашней рутины.И пусть нас в Союзе не всякий поймет,Боясь, что нарвемся на пулю иль мину.Отбросьте, друзья, о смертях разговоры,Не в этом здесь смысл бытия «каскадеров»![3]
– А прищучили меня, когда мы отходили после одной разведки. Так что о том, что наши ребята его взяли, я и не знал… Здесь нас – «упокойников», не информируют о том, что на Земле делается. И разговоры такие вести запрещают. Чтобы мы на курсантов влиять не могли. Своими идеологическими и политическими установками, понимаешь ли.
– А ты своими идеологическими ценностями и политическими установками на меня и не повлияешь особо. Я, видишь ли, из 43-го года сюда попал. Летчик-истребитель, Герой Советского Союза, прошу любить и жаловать…
Теперь мы загрустили вдвоем. Я посмотрел на печально обвисшие могучие плечи Каптенармуса. Непорядок… Выведенный из настроения инструктор по минно-взрывному делу страшен, как поставленная на боевой взвод граната в руках женщины. Я толкнул его в каменное плечо.
– А где ты такой тушкой коренастенькой разжился, а, Каптенармус? И зачем такая моща? Чтобы превысить рекорд подъема на грудь и выноса тяжестей из закрытых помещений? Типа – со склада, вверенного твоему попечительству, а? Давай, колись! Откуда кильку пряного посола тыришь?
Каптенармус скупо усмехнулся.
– Ладно, хорош бакланить. Поговорили – пора и науку погрызть. Схватил вон ту штуку. Ну, и что мы тут видим?
– Мне кажется, это толовая шашка. По-моему, их так в литературе описывают – кусок хозяйственного мыла с дыркой под взрыватель.
– Да ты прирожденный минер, Салага! А если и нет – то щас им станешь! Бери вот эту хреновину – это и есть взрыватель, и загоняй его в шашку. Да потихоньку, не спеша… Пожить еще хочется. Что замер? Расслабься, Салага, шучу я… Это еще семечки… Вот когда ночью, на ощупь, будешь ставить свои мины и снимать мои – тогда и бояться будешь до мокрых подштанников. Особенно – когда будешь снимать мои мины. Они ведь неизвлекаемые, вот ведь какая штука…
***Сами понимаете – после трудного трудового дня с Каптенармусом на следующее занятие со Шкворнем я просто летел! Да и что мне там могло угрожать? Ну, подумаешь, танком меня переедет! Какая чепуха. Так что я бодро и весело запрыгнул на платформу-антиграв и дунул в указанном направлении в указанное место.
В указанном месте, возле больших закрытых ангаров, на залитом маслом и поцарапанном траками бетоне, меня поджидал инструктор Шкворень. От нетерпения припахать салагу он похлопывал себя по ладони старомодными перчатками с крагами.
– Ну, явился, наконец…
– Това-а-рищ инструктор, еще ведь пять минут есть…
– Нету у тебя пяти минут, нету! Кто технику будет готовить и проверять перед эксплуатацией? Я, что ли? Ни на хрен мне это не нужно!
Я, вспомнив анекдот, радостно заржал. На вопросительно поднятые брови инструктора пришлось его и рассказать.
– … ну и вот – генерал и говорит солдатам в строю: «Мать вашу перемать! Так-то вы учитесь Родину защищать? Вы что? Думаете, за вас я это буду делать? Да на хрена мне это надо!»
Посмеялись, причем Шкворень все время нетерпеливо поглядывал на часы.
– Ну, все! Делу – время, потехе – две минуты… Погнали. Открывай ворота!
Да, скажет тоже – открывай! Это не ворота, это целая баскетбольная площадка, поставленная на попа. Не руками же их толкать… Точно – не руками. Вон какой-то щиток. Пульт управления был простым, как это и должно быть в армии. Я нажал кнопку, и огромные створки стали медленно расходиться. Увидев, что находится внутри, я только свистнул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
