он согласился созвать новый Вселенский Собор и на нем разобрать все разномыслия в толковании догматов веры, а также вернуть престолы свергнутым православным епископам. Но едва Виталиан отступил, Анастасий отрекся от своих обещаний. Весь народ и сенат громко упрекали императора за клятвопреступление, но он бесстыдно отвечал им, что существует закон, допускающий императору в случае нужды нарушать клятву и обманывать. (Феофан: 506). Император собрал чрезвычайное заседание государственного совета, и Виталиан был объявлен врагом народа. Против него была выслана восьмидесятитысячная армия под командованием Ипатия. В ответ Виталиан призвал на помощь орду гунно-булгар из задунайского региона и с их помощью напал на византийский лагерь в Одиссосе. Имперские войска были жестоко разбиты, а сам Ипатий взят в плен.
Виталиан во второй раз подступил к Константинополю. Теперь в его распоряжении был флот – около двухсот дунайских речных лодок. Столица оказалась в опасности полной блокады. Император вынужден был заключить мир с Виталианом на его условиях. Они были таковы: должен быть выпущен имперский указ об ортодоксии; в своих епархиях должны быть восстановлены епископы, смещенные из-за отказа достичь компромисса с партией монофизитов: Виталиан назначался "господином солдат" (magister militum) Фракии и получить 5000 фунтов золота компенсации.
Хотя император согласился с этими условиями, он не думал о верности им. Виталиан со своей стороны не доверял императору и попытался найти новых союзников на случай будущих непредвиденных событий. Скорее всего по его наущению гунны-сабиры совершили вторжение в черноморские провинции Византийской империи в 515 г.
Неясно, имел ли Анастасий какую-либо определенную информацию относительно переговоров между Виталианом и сабирами или же лишь подозревал о наличии контактов между ними, но он, очевидно, решил обезопасить себя и в 516 г. сместил Виталиана с поста господина солдат. Вместо подчинения императорскому приказу Виталиан повел свои войска к Константинополю в третий раз, вновь используя свои армию и флот. Согласно хронисту Иоанну Малала, среди этих солдат и матросов были готы, гунны и скифы. Имперские войска возглавлял храбрый и умелый полководец Юстин. Имперский флот находился под командованием Марина, министра финансов, который использовал химическое соединение, изобретенное Проклом Афинским (возможно, смесь серы и лигроина), с тем чтобы поджечь вражеские корабли. (Это или схожее с ним изобретение стало позднее известно как "греческий огонь"). При его помощи был уничтожен флот Виталиана, после чего сухопутная армия отступила в беспорядке (516 г.). (Евагрий: 3; 43).
Вскоре после этой победы в июле 518 г. Анастасий умер ночью во время страшной грозы, что дало повод православным летописцам утверждать, что император был убит молнией. (Феофан: 510).
4. Юстин I (518-527)
Юстин был по происхождению иллирийский крестьянин. При императоре Льве I он, чтобы избавиться от нужды, вместе с двумя братьями пешком добрался до Константинополя и поступил на военную службу. Прокопий пишет, что у них по прибытии в город не было ничего, кроме козьих тулупов, да прихваченных их дома сухарей, но здесь братьям сразу повезло: поскольку они отличались прекрасным телосложением их отобрали в придворную стражу. Впоследствии, при Анастасии I, Юстин участвовал в Исаврийской войне. Затем он постепенно достиг большой силы и был поставлен во главе придворной стражи. (Прокопий: “Тайная история”; 6). Императорскую власть Юстин получил сверх всякого ожидания, потому что много было людей знатных и богатых, которые состояли в родстве с умершим Анастасием и имели больше прав присвоить себе столь великую власть. Человеком весьма сильным был тогда надзиратель императорских опочивален Амантий. Как скопец, он сам по закону не мог владычествовать, однако хотел положить венец самодержавной власти на Феокрита, человека ему преданного. С этой целью он призвал Юстина, дал ему большое количество денег и приказал раздать их людям, которые особенно были годны к подобному делу и могли облечь Феокрита в порфиру. Но Юстин, потому ли, что этими деньгами подкупил народ, или потому, что снискал ими расположение к себе так называемых постельничих, – об этом рассказывают надвое, – сам себе приобрел царскую власть и вслед затем лишил жизни как Амантия, так и Феокрита с некоторыми другими людьми.
Юстин I вызвал к себе в Константинополь жившего во Фракии Виталиана, некогда покушавшегося лишить Анастасия верховной власти, потому что опасался его силы и его воинственности, о которых повсюду неслась молва. Чтобы внушить ему доверие, Юстин объявил его начальником над частью войска и затем произвел в консулы. В сане консула Виталиан явился во дворец и у одной дворцовой двери был коварно умерщвлен. (Евагрий: 4; 1,3). В отличие от предшествующих императоров Зинона и Анастасия, Юстин исповедовал строгое православие. Он приказал сместить около полусотни сирийских епископов-монофизитов и воздвиг гонения на приверженцев всех еретических направлений. (Дашков: “Юстин Первый”). Антиохийского предстоятеля Севера Юстин даже хотел схватить и отрезать язык за хулы на Халкидонский Собор. (Евагрий: 4; 4).
По свидетельству Прокопия, Юстин был чужд всякой учености и даже не знал алфавита, чего раньше у римлян никогда не бывало. И в то время, когда в обычае было, чтобы император прикладывал собственную руку к грамотам, содержащим его указы, он не был способен ни издавать указы, ни быть сопричастным тому, что совершается. Но некто, кому выпало быть при нем в должности квестора, по имени Прокл вершил все сам по собственному усмотрению. Но чтобы иметь свидетельство собственноручной подписи императора, те, на кого это дело было возложено, придумали следующее. Прорезав на небольшой гладкой дощечке контур четырех букв, означающих на латинском языке “прочитано”, и обмакнув перо в окрашенные чернила, какими обычно пишут императоры, они вручали его Юстину. Затем, положив упомянутую дощечку на документ и взяв руку императора, они обводили пером контур этих четырех букв так, чтобы оно прошло по всем прорезям в дереве.
Жил Юстин с женщиной по имени Луппикина. Рабыня и варварка, она была в прошлом куплена им и являлась его наложницей. И вместе с Юстином на склоне лет она достигла императорской власти. Эта женщина не отличалась никакими достоинствами, она так и осталась несведущей в государственных делах. Во дворце она появилась не под собственным именем (слишком уж оно было смешное), но стала именоваться Евфимией. Сам Юстин не сумел сделать подданным ни худого, ни хорошего, ибо был он наредкость слабоумен и поистине подобен вьючному ослу, способному лишь следовать за тем, кто тянет его за узду, да то и дело трясти ушами. Он отличался простотой, не умел складно говорить и вообще был очень мужиковат. В глубокой старости, ослабев умом, он стал посмешищем для подданных, и все относились к нему с полнейшим пренебрежением, поскольку он
