Я прошу: «Дайте мне с ней поговорить».
Охранник передает мне трубку, я плотно прижимаю ее к уху и молюсь, чтобы никто не услышал слов менеджера. Начинаю импровизировать: «Джуди, мне правда очень неловко, но я хотел показать приятелю коммутационный центр нашей компании, а идентификационную карточку забыл в машине. Охраннику просто нужно убедиться, что я работаю в центре COSMOS в Сан-Диего. Надеюсь, вы не будете обвинять меня за это недоразумение».
Я делаю небольшую паузу, как будто слушаю ее. Она восклицает: «Это кто? Я вас знаю? Что вы там делаете?!»
Я начинаю заново. «Понимаете, я так или иначе должен был приехать сюда утром, у нас назначено собрание по изучению нового мануала. В 11:00 в понедельнику меня запланирована консультация с Джимом. Может, захотите составить нам компанию? Во вторник мы с вами договорились пообедать. Вы не передумали?»
Еще одна пауза. Она продолжает возмущаться.
«Извините. Простите еще раз, что так не вовремя», – говорю я.
После этого вешаю трубку.
Охранник и телефонисты в замешательстве. Они думали, я отдам им телефон и менеджер подтвердит, что все в порядке. Даже не представляете, какая мина была на лице у охранника, но не решится же он позвонить ей опять ?
Я объясняю: «Видимо, ее просто разозлил звонок в полтретьего ночи».
Потом добавляю: «Я хотел показать товарищу еще всего пару вещей. Минут десять – и нас здесь нет».
Я выхожу, Роудс идет за мной.
Конечно, хочется броситься и убежать, но я знаю, что этого делать нельзя.
Доходим до лифта. Я решительно нажимаю кнопку первого этажа. Мы выходим из здания и с облегчением вздыхаем. Мы напуганы до смерти, поскольку даже не надеялись выбраться.
Я знаю, что эта история еще не закончена. Наверняка дамочка всех лихорадочно обзванивает, пытается понять, кто мог узнать ее номер, который записан в журнале на проходной в компании «Сансет-Говер», причем позвонить посреди ночи.
Мы садимся в машину. Я немного отъезжаю от здания и не включаю фар. Мы останавливаемся и смотрим на дверь в здание.
Минут через десять оттуда выходит тот огромный охранник, смотрит по сторонам и думает, что мы, черт возьми, давно смылись. Конечно, он ошибается.
Я жду, пока он зайдет обратно, а потом уезжаю, но включаю свет только тогда, когда мы повернули за угол.
Все висело на волоске. Если бы амбал вызвал копов, нас бы обвинили в незаконном проникновении или даже во взломе. Тогда бы мы со Стивом отправились в изолятор для несовершеннолетних.
В ближайшее время я точно не собирался возвращаться в телефонную компанию, но уже чувствовал вдохновение предпринять что-то еще, что-то большое для того, чтобы проверить свою изобретательность.
Глава 3 Первородный грех
Nyrk grjjnfiu uzu Z xzmv kf jvk lg re rttflek fe Kyv Rib? [14]
Когда я научился добывать конфиденциальные номера, мне стало интересно разыскивать информацию обо всех: друзьях, друзьях друзей, учителях и даже о совершенно посторонних людях. Служба регистрации транспортных средств (DMV) – это огромный склад информации. Был ли способ заполучить ее?
Как-то я позвонил в офис DMV с телефона-автомата в ресторане и сказал: «Здравствуйте, это офицер Кэмпбелл, департамент полиции Лос-Анджелеса, участок Ван Нюйс. Наша компьютерная сеть вышла из строя. Нашим сотрудникам, которые находятся в городе, нужна некоторая информация. Вы не могли бы помочь?»
Служащая из DMV отвечает: «А почему вы звоните не по полицейской линии?»
Да, конечно, есть же специальный телефонный номер, по которому полицейские звонят в DMV Как мне его найти? Определенно, этот номер должны знать копы в участке. Был ли я готов к тому, чтобы позвонить в полицейский участок и узнать информацию, которая поможет мне нарушить закон? Безусловно, да.
Я набрал номер ближайшего участка и сказал, что звоню из шерифского управления графства Лос-Анджелес. Нам нужно связаться с DMV, а офицер, у которого есть номер полицейской линии, сейчас не на месте. Мне нужно получить этот телефон у оператора. Он сразу сообщил мне номер. Никаких сложностей.
Недавно, вспоминая эту историю, я решил проверить, остался ли в моей голове полицейский номер DMV из полиции, смогу ли снова туда дозвониться. Я набрал цифры. В DMV использовали телекоммуникационную систему Centrex, то есть у всех номеров был одинаковый код зоны и код предварительного набора: 916–657. Только добавочный номер, последние четыре цифры, варьировался в зависимости от района. Их-то я набрал просто наугад, так как знал, что кто-нибудь из DMV точно поднимет трубку, и этот человек мне поверит, поскольку я звоню на внутренний номер.
Дама, которая ответила, сказала нечто, чего я совсем не ожидал.
Я сказал: «Это номер для связи с полицией?»
Она ответила: «Нет».
«Наверное, я ошибся номером, – вырвалось у меня. – А как мне связаться с полицией?»
Представляете, она дала мне номер! Через столько лет они так ничему и не научились.
Позвонив в DMV по полицейской линии, я понял, что там есть и второй уровень защиты. Мне нужно было назвать код запроса. Как и раньше, потребовалось в мгновение ока придумать правдоподобную легенду. Стараясь говорить нервно, я произнес: «У нас тут возникла чрезвычайная ситуация, сейчас вам перезвоню».
Затем позвонил в полицейский участок Ван-Нюйс, сказал, что я из DMV и составляю новую базу данных. «Ваш код запроса – 36472?» – интересуюсь я.
«Нет, 62883», – отвечают мне.
Я понял: этот прием очень часто срабатывает. Если вы требуете какие-то конфиденциальные данные, у людей возникают подозрения. Однако если вы притворяетесь, что такая информация у вас уже есть, и даете им заведомо неверные данные, то они просто поправляют вас и тем самым выдают необходимую информацию.
Потратив всего несколько минут на телефонные звонки, я уже мог получить номер водительских прав и домашний адрес любого жителя Калифорнии, узнать номерной знак, имя и адрес любого автолюбителя. И наоборот, назвав имя автовладельца, можно узнать подробные регистрационные данные его машины. В те времена я просто проверял свои навыки. В последующие годы DMV стала для меня кладезем информации, который я всячески использовал.
Все эти дополнительные инструменты, которые я собирал, были как послеобеденный десерт. Основной сферой моих интересов по-прежнему оставался телефонный фрикинг. Я звонил во многие отделы Pacific Telephone и General Telephone, утоляя свой голод любой информацией, которую мог получить. В ходе этих махинаций я накапливал знания о различных отделах компаний, рабочих процедурах и профессиональном сленге. Звонки я делал в отдаленные учреждения, чтобы меня не отследили. В основном я звонил с телефона мамы прямо из кондоминиума, где мы жили.
Разумеется, фрикерам нравилось набирать очки, показывать товарищам, кто чему научился. Мне доставляло удовольствие подшучивать над друзьями независимо от того, были они фрикерами или нет. Однажды я взломал коммутационный центр телефонной компании, который обслуживал район, где жил мой приятель Стив Роудс со своей бабушкой. Я изменил код категории линии и поменял код, который соответствовал домашнему телефону, на код таксофона. Когда Стив или его бабушка пытались куда-нибудь позвонить, они слышали: «Пожалуйста, внесите плату – десять центов». Конечно, они знали, чьих это рук дело, и позвонили нам, чтобы пожаловаться. Я пообещал все исправить, так и сделал, но присвоил их телефону код тюремного таксофона. Теперь, когда они пытались позвонить, оператор на линии объявлял: «Этот звонок оплачивает принимающая сторона. Ваше имя, пожалуйста». Стив позвонил мне и сказал: «Очень смешно. Теперь исправь нам телефон». Я вдоволь посмеялся и, конечно же, все вернул обратно.
...
Телефонные фрикеры обнаружили способ, который позволяет делать бесплатные звонки, пользуясь недоработками некоторых диверторов (устройств для переадресации вызовов).
Телефонные фрикеры обнаружили способ, который позволяет делать бесплатные звонки, пользуясь недоработками некоторых диверторов (устройств для переадресации вызовов), например в телефонной службе ответов. Пока эти функции не взяли на себя сами телефонные компании. Фрикер звонил в такую службу в то время, когда он точно знал, что обслуживание не ведется. Если поднимали трубку, он спрашивал: «В какие часы вы работаете?» Когда человек на том конце линии отвечал и разрывал соединение, фрикер оставался на линии. Через несколько секунд в трубке возобновлялся гудок. Тогда мошенник мог позвонить в любую точку земного шара бесплатно, то есть все расходы за связь записывались на счет компании.
Кроме того, дивертор можно было использовать для получения входящих вызовов, при обратной связи во время социально-инженерных атак.
