что Жемчужинка твой на самом деле котом не является.
Я обомлела.
— К-как не является… А кто ж он тогда?
Нет, я, конечно, знала, что в нашем мире бывают разные существа. И даже не похожие на людей. Взять хоть тех же дриад. Нет, это плохой пример. Дриады могут, когда захотят, принимать человеческую форму.
— Хранитель Жемчужины, конечно, — пожал плечами ректор.
А вот этого я совсем не поняла и захлопала глазами как первый раз попавшая в большой город селянка.
Жемчужинка… Я его сама так назвала! Или нет? Я прикрыла глаза и воспоминания прорвались из далекой глубины.
Вот я, совсем малышка, сижу на траве и обеими руками тянусь к роскошному котейке. Котик весь белый-белый, только лапки внизу черненькие. Сразу видно, что он мягкий и пушистый. Меня так и тянет к нему, Я пытаюсь подтянуть котика поближе, но он тяжелый, а самому ему лень сдвинуться с места.
Тогда я на коленках подползаю к котику и кладу голову ему на теплое брюшко. Кот фыркает мне в ушко. Наверное, ему не очень удобно. Но он не возражает.
— Вот видишь, Кларенс. Девочка нашла с ним общий язык. А мне, ты ведь понимаешь, держать его больше не с руки, — слышу я женский голос.
Голос мне знаком, только сразу не могу вспомнить, кто ж это говорит.
— Вижу, Амория, — задумчиво ответил мой папа. — Странно, но действительно так. Ты обещаешь, что он надежен? Имею в виду, как хранитель?
— Не сомневаюсь ни минуты. Он был со мной все эти годы. Ну, ты знаешь.
— Хорошо… Пусть так и будет, — решительно сказал мой отец.
— Надеюсь, он хорошо заперт от оборота? Не хватало еще, чтобы напугал малышку.
— Сама заговаривала, — хмыкнула ведьма. Леди Амория… Это ведь была леди Амория, точно!
Я прикусила губу и открыла глаза.
— Я вспомнила… Господин ректор, я вспомнила!
Лорд Бронский облегченно выдохнул. Все это время ректору было не по себе. Он терпеть не мог разных ведьминских штучек. То ли дело магия. Никаких тебе подвывертов. Простая, надежная и действенная. Мужчина посмотрел на взволнованную девушку и очередной раз пожалел, что когда-то ввязался в эту авантюру.
Но как было отказать другу? Кларенс, его бывший однокурсник, стал королевским артефактором сразу после выпуска. Слишком яркий дар, на который тотчас наложило свою руку военное ведомство под патронажем его королевского величества. К сожалению, маги-артефакторы на этом посту долго не задерживались. Опасная работа. Но как откажешь самому королю?
Вот и Кларенс отказать не смог. Сразу после выпуска он женился на своей сокурснице, а та умерла в родах. Оставшись с маленьким ребенком на руках, Кларенсу поначалу нанял кормилицу. Но потом вот, глядя как дочка подрастает, решил жениться вторично. Не дело это, чтобы Лилиана росла без женщины в доме.
Ректор сжал кулаки. Леди Вилана, мачеха девушки, казалась милой, приятной и добросердечной дамой. К тому же она явно неровно дышала к новому королевскому магу-артефактору. Кто ж знал, что в ее сердце все эти годы свивала гнездо ядовитая змея…
Глава 8
Я подскочила со стула. Оказывается, мой кот не просто кот! А даже совсем и не кот. Жемчужинка…
А ведь и правда. Я уже давно не обращала внимания на то, что на ошейнике его висит маленькая светлая капелька. Не особенно красивая, так, совершенно обыкновенная стекляшка. А оказывается, это вовсе и не стекляшка?!
Ойй…
Да я ведь его так сразу и назвала, Жемчужинкой. Или не я? Вот не помню… Или леди Амория, в моих воспоминаниях, так котика называла. Как раз из-за этой жемчужины.
— Лорд Бронский, а что такого в этой жемчужине-то? Почему мой котик ее хранит? Для чего?
Вопросы сыпались из меня как из ведра. От предчувствия какой-то будоражащей тайны у меня замерло сердце.
Слез как не бывало, одно предвкушение чего-то необыкновенного.
Ректор мягко улыбнулся и глаза его сверкнули яркой синевой.
“А он ведь красивый”, — подумала я, и эта мысль меня ошарашила. Но ведь правда, лорд Бронский красив. Высокий, плечи широкие, стройный такой.
Наверное, тут половина адепток, если не все, в него влюблена. Еще бы. Ведь ректор и маг, каких поискать. Интересно, а он женат? Дурацкая мысль! И как она вообще мне в голову пришла? Тут вон тайны у меня какие-то, а я про ректора. Щеки у меня тотчас загорелись. Эхх, вот если бы лорд Бронский был на месте мерзкого лорда Стасия… О… Я бы даже и не минуты думать не стала. И уговаривать бы не пришлось.
Боже мой…
Вот куда меня понесло?!
Я затрясла головой и выкинула эти непрошенные мысли из головы.
— Лилиана, скажи, как давно ты ощутила свою магию? — вместо ответов на мои многочисленные вопросы спросил ректор неожиданно и подался вперед.
Я закусила губу. И правда, когда? Раньше, давно-давно, мне казалось, что я с ней родилась. С магией. Ну, как у всех бывает, магически одаренных. А вот ощутить… Очень странно… Я вдруг поняла, что не могу ответить на этот простой вопрос. Это ведь как спросить, когда ты ощутила, что у тебя есть ноги. Или руки. Или…
Ничего не понимаю… Я с отчаянием во взоре посмотрела на ректора:
— Я… я не помню… Всегда думала, что она со мной с самого рождения.
Ректор кивнул:
— Конечно, Лилиана. Но когда ты ее первый раз ощутила?
Я вздохнула. Ну и вопрос. Такой простой, а ответить на него очень сложно. Я задумалась и опять села на стул.
Потом пожала плечами:
— Не помню… Это так важно?
И вдруг меня неожиданно озарило:
— А вот как раз тогда, когда в первый раз к котику прикоснулась. И что это значит, лорд Бронский?
— Видишь ли, Лилиан, — ректор прищурился и очень внимательно на меня посмотрел. — Конечно, не я должен был тебе все это рассказать, но тут уж как получилось.
“Неужели Амория за все эти годы так и не смогла выбрать минутку, чтобы поговорить с девочкой?” — лорд Бронский недовольно вздохнул.
— Ты ведь не помнишь свою маму, Лилиан… — начал он.
Конечно, я ее не помнила! Ведь мама умерла в родах…
Я кивнула.
— А знаешь ли ты, что Лирия была магичкой, что называется, от бога?
Папа говорил, конечно. Но совсем не вдавался в подробности. Дар левитации, кстати, мне от мамы перешел. Только у нее он был очень ярким, выраженным. С таким даром маму тоже с большим бы удовольствием забрали в военное ведомство, под бочок к отцу. Но — тут родилась я, а
