Очередной звук, больше похожий на равномерный хруст, нежели грохот.
Она больше не была в резервации. Не в пределах досягаемости Ходячих Имён или Распорядителя, который управлял местом. Она была в Дворе Лейксайд… в пределах досягаемости терра индигене.
Выскользнув из кровати, Мег подкралась к краю окна, откуда могла смотреть, оставаясь незамеченной.
Раздался ещё один грохот, когда большой грузовик проехал по улице, счищая тяжёлым ковшом снег на своем пути.
Снегоуборочная машина. Она видела такую машину на подготовительных видео, правда без звука, но это было типично. Опознание звуков проходило на другом уроке, но никак не на определении образов. За исключением, когда девушкам показывали видеоклипы, звуки и образы не часто использовались вместе.
Послышался равномерный хруст.
Она переместилась, чтобы лучше видеть улицу.
Машина удалялась по улице. Хрустящим был звук её покрышек на снегу. Прошлой ночью её ноги издавали такой же звук. Снег и жестокий холод. Теперь у нее был звук, соответствующий тому, что она видела и чувствовала, — образ памяти, а не тренировочный образ.
Продрогнув, она вернулась в кровать и съёжилась под одеялом, пока вновь не согрелась.
Она вырвалась и сбежала. Она не знала, где располагалась резервация. Она была сосредоточена лишь на том, куда ей надо идти, а не на том, где она была — но, казалось, она прошла долгий путь от места, где Распорядитель держал своих девушек. Он, наверняка, отправил кого-то на её поиски. Даже если она была достаточно использована для него, чтобы списать её как убытки, он не позволит её побегу стать успешным. Ещё больше девушек могут рискнуть улизнуть, а такого Распорядитель не мог позволить.
Но прямо сейчас у неё была работа — и работодатель-Волк в его иной форме. Об этом говорила его фамилия. Любой, кого звали Вулфгардом, был терра индигене, который мог перевоплощаться в Волка. Или, может быть, это был Волк, который мог перевоплощаться в человека. Даже Распорядитель, со всеми его шпионами, разыскивающими информацию, почти ничего нового не смог выяснить об Иных, что не было известно практически всем.
Она подумала о снеге и холоде. Она подумала, а не провести ли ей уютно свернувшись в кровати весь день.
Но следующая за этим мысль подсказала, что её уволят в первый же день работы, и она останется на улице без посторонней помощи. Поэтому она встала и приняла ещё один долгий горячий душ, потому что никто не сказал ей, что этого делать нельзя. Завернувшись в халат, она насухо вытерла волосы, рассматривая одежду, которую Тесс оставила ей. Выбор не особо большой. Пара чёрных джинсов и пара тёмно-синих джинсов. Два тёплых свитера — один чёрный, другой умеренно-синий. Две бежевые водолазки.
Чёрный показался ей слишком официальным для первого рабочего дня, поэтому она выбрала синий наряд. Испытав облегчение, что всё подошло — начиная с нижнего белья, заканчивая обувью, которая выглядела громоздкой, но на деле оказалась очень удобной. Пройдя в кухонный отсек, Мег стала открывать ящики и осматривать полки. Она опознала маленькую кофемашину, которой, к сожалению, не знала, как пользоваться, и электроплиту, с правилами пользования которой она также не была знакома. Она нашла инструкции в одном из ящиков, но взгляд на часы отбил охоту разбираться в работе приборов. Её голова была полна образов, но это были картинки или отрезки законченного действия. Достаточно, для того, чтобы что-то опознать, но не достаточно, чтобы выяснить, как самой что-то сделать.
Порезы пережиты в качестве наказания за ложь и непослушание едва не свели её с ума. Они, как и многие предыдущие образы, которые она, должно быть, видела в пророчествах, неожиданно сложились в единый полезный контекст. Если бы её не наказали, она никогда бы не выяснила, как сбежать.
Не зная, насколько еды должно было хватить, она решила довольствоваться лишь стаканом апельсинового сока, двумя кусочками острого жёлтого сыра и одним кусочком варёной курицы. Всё ещё голодная, она покопалась в кухонных шкафах и нашла коробку сухого завтрака и упаковку шоколадного печенья.
Она разорвала упаковку и съела два печенья так быстро, что едва ли почувствовала их вкус. Взяв ещё одно печенье, она съела его медленно, смакуя. Затем, она положила упаковку обратно в шкаф и плотно закрыла дверцу.
Учебный образ. Жуки, ползающие по открытой упаковке с едой, оставленной в буфете.
Мег открыла буфет и вытащила упаковку с печеньем. Упаковка закрывалась не герметично, поэтому она обыскала другие ящики, пока не нашла небольшие, закрываемые стеклянными крышечками, чашки в отделе хранения под плитой. Но, ни одна из них не была достаточно большой, чтобы вместить упаковку, если только она не съест ещё немного печенья.
Она потянулась за ещё одним печеньем, но затем покачала головой и вернулась к осмотру кухонных шкафов. Она нашла кастрюлю, вполне большую, и у неё была крышка. Взглянув на часы над плитой, она поняла, что её время полностью вышло, так что кастрюля должна подойти.
Она натянула ботинки, затем запихнула свои кеды в одну из больших сумок с молнией, которую оставила Тесс. Ей надо будет позаботиться и приобрести сумочку для небольших личных вещей, которые необходимо носить с собой.
Какие вещи женщины носят с собой?
Она подошла к двери, полностью сосредоточившись на вспоминании учебных образов сумочек и их содержимого. Тихий стук в дверь заставил её взвизгнуть и отступить от двери. Её сердце бешено колотилось. Второй стук, уже громче и нетерпеливее, прозвучал более ободряюще-пугающим образом.
Она повернула замок и, немного приоткрыв дверь, выглянула.
На неё смотрел Саймон Вулфгард.
— Мистер Вулфгард, — она открыла дверь шире. — Я вас не ожидала.
— Так ли это? — он переступил через порог, вынудив её попятиться назад. — Поскольку ты никогда раньше такой работой не занималась, я посчитал, что ты захочешь получить разъяснение твоих обязанностей. И я подумал, что ты захочешь узнать кратчайший путь до офиса Связного, вместо прогулки по улице.
Откуда он знал, что она не хотела находиться вне их территории по возможности? Он знал, кто она была на самом деле? Что она?
Он наблюдал за ней. Очки в тонкой оправе, которые он носил, не скрывали янтарные глаза хищника, как это было прошлым вечером. Но он не делал ничего, кроме как наблюдал за ней… потому что он ждал, пока она наденет пальто, и тогда он сможет показать ей офис Связного, до того, как он отправится на свою работу.
В некоторых видео-клипах, которые она видела, люди говорили «Разумеется» или ударяли себе по лбу, указывая на глупый момент. У неё было чувство, что он уже и так считал её довольно безмозглой, и она не хотела подтверждать это.
Она принесла красное пальто из стенного шкафа.
— Шапка, перчатки и шарф, — сказал он, осматривая комнату, будто проверял на наличие отличий между тем, что он видел вчера, и сейчас.
Она нашла эти предметы, сложенными на полках, встроенных в одну из сторон шкафа. Она обвила шарф вокруг шеи и натянула шапку, поспешив к нему.
— Ключи, — сказал он.
Она заметила ключи на столе. Как и он, она окинула взглядом комнату и задалась вопросом, было ли что-то ещё, что обычный человек вспомнил бы сделать до того, как покинул своё жилище.
— Готова? — спросил он.
Это был вопрос с подвохом? У неё было так много вопросов. Так много всего, чего она не знала. Но он был работодателем, поэтому, казалось, неразумным спрашивать его о чём-либо, что не имело отношения к её работе.
Он вышел в коридор и стал наблюдать за её неуклюжей попыткой запереть дверь. Она положила связку ключей в карман пальто, испытав облегчение, что карман был на молнии. Люди всегда теряли ключи. И шрамы на её пальцах ног были тому доказательством.
Всего в нескольких шагах от её двери был другой коридор, который вёл к задней части здания и заканчивался дверью из стекла и дерева.
Саймон повернул замок.
— Третий ключ на кольце. Ключ для выхода на улицу не нужен, но потребуется, чтобы вернуться.
