чужих рук.
– Спасибо. Я… я пойду на балкон, – нерешительно произнесла Рей. – Люблю свежий воздух обедним утром. Так что… приятного аппетита.
Айден кивнул и провёл женщину взглядом. Сев обратно за стол, он схватил свою кружку и вдруг такие же тонкие женские руки, как ладони Рей, врезались в его память. Эти руки, которые были с ним много лет… Безграничное будущее, которое оказалось лишь иллюзией. «Её характер… Она совершенно не похожа, но внешность так напоминает Грету. Чёрт подери тебя Айден!» – разозлился мужчина сам на себя, пролив не много кипятка на колени в нервных подёргиваниях.
Она была светлой женщиной умеющий произвести приятное, что равно ложному, впечатление. Её волосы так же были цвета каштана, тонкая и утончённая фигура, казалась, досталась богатой красавице, но на деле всё было абсолютно противоположно. Грета была девушкой из бедной семьи, которая всегда скрывала и стыдилась этого. Она была крайне трудолюбивой и довольна своей работой в отеле. Это были первые женские и довольно трепетные руки в жизни Айден, которые сейчас он вспоминает с ужасом, ведь эта женщина стала для него началом конца. Она высвободила то, что так долго Айден держал в себе на не прочных замках.
И вот вновь какие-то приятные воспоминания, превратившись с секундами во что-то пресное, с головой охватили мужчину. Тот так и остался сидеть, ощущая, как горячая вода проедает колени сквозь тонкую ткань штанов.
Айден часто уходит в свои воспоминания и даже не замечает, как за ними проходит целый день, а то и более. Он часто ходит по квартире, словно в бреду, скорее всего из-за частых недосыпов. Множество вещей совершает будто в тумане, как и сегодняшнее приготовленное чаепитие. Он совершенно не помнил, почему так соскочил с кровати и сразу же стал колотить чай. Рей замечала все эти «странности» и активно пыталась вывести мужчину из транса. С начала они вместе занялись уборкой, чему, кстати, Айден был крайне не рад, но почему язык не повернулся в сторону отказа на столь необычное для него предложение девушки. Так и стали убираться. А после, Рейчел и вовсе послала мужчину за газетой, в которой очень надеялась найти какую-то работу. Опять-таки, Айден недовольно накинул куртку, меховую шапку и погрёб по снегу в ближайший ларёк. За это время, Рейчел успела сбегать в буфет напротив и купить некоторые продукты, на которые у неё остались деньги.
По возвращению домой мужчина с удивлением сбросил всю тяжёлую одежду и зайдя на кухню замер на месте: Рейчел приготовила… суп! Да, точно, по кухне витал запах именно супа: нежный сладковатый бульон вперемешку с некоторыми овощами перекрывал скудную порцию колбасы. Но пахло на деле замечательно и маняще. «Это тебе, в качестве благодарности», – улыбнулась женщина, указав на кастрюлю и быстро потушив синий огонёк газовой плиты. Как Айден должен это принять? Мужчина оказался в растерянности стоя с удивлённым видом и продолжая смотреть на женские черты. «Почему она это делает?» – ответа так и не находилось среди размышлений мужчины.
Лишь спустя минуты, когда Рей зачерпнула металлическим ковшиком пахучую жидкость и насыпала её в тарелку, поставив на столе, Айден молча сел и принялся есть, смакуя каждой ложкой, полоская её во рту и медленно проглатывая. Рей так же молча наблюдала за этим, в замешательстве кидая взгляд то на газету, свёрнутую в её руках, то опять на Айден.
К отходу зори мужчина так и не пришёл в себя. Но всё же он заметил что-то странное внутри себя: «Это чувство… чувство будто… будто завтра произойдёт что-то, чего я так долго ждал. Ранее в детстве я так ожидал свой день рождение. И так каждый последующий день. Не уж то это связано с этой женщиной?» Айден не понимал и никак не мог дать себе отчёт, периодически запутываясь даже в собственных мыслях. Кажется, Рейчел поселилась не только в его квартире, но и где-то глубже и намного ближе, что и пугало Айден. Но всё же все дни, пока Рей была дома, он каждое утро ожидал с нетерпением, пытаясь вообще не обращать внимание на своё недопонимание. Он более не пытался даже разобраться. Просто делал вид, что всё идёт так, как и должно быть, продолжая с интересом смотреть на Рейчел, как на создание не от мира сего.
Женщина ощущала себя особенной, видя, что какими-то абсолютно простыми способами может осчастливить Айден. Её это по-детски удивляло. В голову вновь лезли странные мысли: «А что, если я потрогаю его спину или плечи?» «Нет, ну я же этого не сделаю?..» – вновь в слух спрашивала саму себя Рей, шагая по тёмным улицам Чикаго. Похоже, она так же находится в некотором недопонимании с собой, что и пытается искоренить путём разговоров с пустотой. Хотя, Рей уверена, стены её слышат. И иногда они даже подмечают её слова отдающим от просторных улиц эхом, как бы отвечая на ею же поставленные вопросы.
Сегодня Рейчел идёт в приподнятом настроении, так как спустя несколько дней ей наконец улыбнулась удача. Её вновь взяли в аптеку, что правда, на самом дальнем краю города, где «слава» о Рейчел ещё не гуляет из уст в уста. Счастливая, она забежала в квартиру и широкой улыбкой встретила Айден, который, услышав последние новости, совершенно не был рад. Какое-то непонятное ощущение раздражения, даже дисфория, пронеслось по телу. Кожа на руках зачесалась, что привело к большей злости. «Да пошло оно!» – вдруг проговорил про себя Айден и ушёл прочь от Рейчел. Ему до боли в груди не хотелось её видеть, так сильно, будто она в чём-то провинилась. И Рей это ощутила. Действительно подумала, что сделала что-то не так, поэтому нрав её не много спал, а глазки перестали блестеть.
Замечая, как злится Айден при виде её, женщина пыталась не попадаться мужчине на глаза, что на самом деле его успокаивало. Ранее никто так не делал, когда видел, что он раздражён. Никто не играл по его правилам без попытки усмирения. Благодаря этому, к вечеру, Айден облегчённо выдохнул в окно едкий табачный дым. Курит он не часто. Больше для забавы. Хотя эта забава длится уже более тридцати лет…
Ближе ко сну Рейчел более радостным взглядом смотрела на мужчину, но всё же замечала, как тот её сторонится. Она накрылась одеялом с головой и будто тень, стала внимательно смотреть на Айден. Тот бродил по комнате в поисках какой-то футболки, а после, неизвестных брюк, которые он так и не нашёл.
– Ложись со мной, – вдруг, как снег сред июля,
