Сколько так пробежал, он не помнил, очнулся на перекрестке, с удивлением взглянул на оборванную полу плаща и обмотанные тканью кисти. И только тогда сообразил, что сделал это машинально, чтобы скрыть от посторонних взглядов наручники.
Осмотревшись, он как можно спокойнее зашагал мимо зданий, пытаясь определить, в каком районе находится. Прохожие шли навстречу, спускались в подземку, заскакивали в автобус, дышали в спину Фрэнку, обгоняли его — Нью — Йорк бурлил, близился вечер. Тысячи людей спешили домой или в бар, спешили, потому что в воздухе летала холодная морось, в грязном почерневшем небе среди туч сверкали молнии, гремели раскаты грома и вот — вот могло ливануть по — настоящему.
Фрэнк поднял воротник, наклонил голову вперед и ускорил шаг, чтобы двигаться вместе с толпой. Ливень мог хлынуть в любой момент, тогда люди скроются в ближайших подъездах, переходах подземки, магазинах, станут пережидать грозу, а это ему не подходит — сложно прятаться. Пока кругом толпа, его вряд ли узнают или заметят с камер видеонаблюдения, ведь полиция лишена возможности отслеживать передвижения беглеца по сигналу с электронного браслета.
Он уже почти проскочил мимо витрины супермаркета, где на стойках находились телевизионные панели, транслировавшие один и тот же канал. Внизу экранов горела красная строка «BREAKING NEWS», над ней застыло изображение Кэтлин. Фрэнк чуть не коснулся лбом стекла, подавшись к витрине. Он успел прочесть бегущие в строке буквы: «Дочь Джона Бейкера найдена сегодня мертвой в Вест — Сайде». Лицо Кэтлин на экране сменилось волевым лицом пожилого мужчины. У него был тот же разрез глаз, те же губы, что и у дочери…
Ну конечно! Фрэнк зажмурился, хотел коснуться ладонями лица, но вовремя вспомнил, что руки закованы в наручники и обмотаны полоской ткани.
Как же он сразу не догадался?!
Фрэнк открыл глаза — с экрана на него по — прежнему смотрел Джон Бейкер, покойный основатель корпорации «Мемория», великий ученый, некогда один из самых влиятельных людей в мире.
Теперь понятно, откуда у Кэтлин вкус к дорогим вещам, умение говорить, держаться в обществе. Но не ясно, чем она занималась все это время. Работала в компании или просто тратила состояние отца, наслаждаясь жизнью? Возможно, убийство как — то связано с бизнесом. Бэггинз перед взрывом сказал, что Кэтлин работала, но не сказал, на кого…
Фрэнк вздрогнул, когда на экране появилась его собственная фотография. Не совсем хорошего качества — похоже, ее сделали камеры видеонаблюдения в Вест — Сайде и полиция почему — то распространила именно этот снимок. Фрэнк отвернулся от витрины и едва не побежал, лавируя между прохожими. Только спустя десять минут он успокоился, до того ему казалось, что встречные люди сейчас же узнают его. Но большинство спешили по делам, не обращая на него внимания. Мало ли куда человек торопится.
Сбавив шаг, он задумался, что делать дальше. Денег нет, надо избавиться от наручников и где — нибудь отсидеться, переждать и все хорошенько обдумать. Кто напал на участок? И зачем? Неужели хотели убить его?!
Фрэнк остановился, ощупал внутренний карман, куда сунул бумаги Бэггинза. Надо получить по квитанции послание от Кэтлин. Там может быть ключ к убийству, информация, способная снять обвинения и разоблачить настоящих преступников. Но как все провернуть? Его могут узнать в службе доставки, лицо так просто не скроешь, а если не опознают, то кто — нибудь из служащих заметит наручники и непременно вызовет полицию. Что же делать?
Мягкий, успокаивающий голос помог снять напряжение. Из динамиков над головой доносилось: «…радость и процветание, „Мемория“ дарит их вам. А в придачу — одно посещение в год бесплатно. Мы ждем вас в любом уголке света, где есть наши отделения. Персонал „Мемории“ всегда…»
Сигналы автомобилей заглушили окончание фразы. На большом рекламном экране, висевшем на углу дома, светился логотип корпорации: ярко — оранжевый распускающийся цветок. У Фрэнка возникло почти непреодолимое желание зайти в одно из ближайших отделений «Мемории» и воспользоваться предложением из рекламного ролика. Но перед тем придется заполнить особую форму, сообщить свое имя, и тогда компьютер опознает Фрэнка как беглого преступника. Да, желание стереть воспоминание о смерти Кэтлин очень велико, но это не снимет обвинений. А внешность так быстро не изменишь, как память. Даже если назваться чужим именем или прикинуться переселенцем, пожелавшим переметнуться на сторону властей, ничего не выйдет, потому что у него нет электронного браслета. «Мемория» не спасет, нет, нужно искать другой выход. Разбираться самому.
Заметив название улицы, он наконец сообразил, где находится, — это Бруклин. Почему полицейские увезли его так далеко от Вест Сайд? Почему не в местный участок? Предвидели нападение или… заранее знали про Кэтлин и на допросе намеренно водили за нос, проверяя причастность Фрэнка к преступлению…
Он зашагал быстрее, поблизости, примерно в квартале, должен быть бар Майка. Студенческий приятель остался должен двести долларов еще с тех пор, как занимал деньги на свой маленький бизнес, не пожелав стать юристом, хотя имел все шансы сделать неплохую карьеру. Майк учился лучше, чем Фрэнк, ему светило место помощника городского прокурора, но в итоге он выбрал совсем другую профессию, и причиной тому была одна неприятная история, приключившаяся с ним во время практики.
Фрэнк свернул за угол, дошел до следующего перекрестка и снова свернул — на улицу, параллельную той, где висел рекламный экран. В небе сверкнуло, молния озарила стены домов белым светом, гром не заставил себя ждать, и в следующий миг крупные капли упали на тротуар, замолотили по подоконникам и козырькам подъездов, оставляя на окнах толстые косые полосы водянистых пузырьков.
До бара Майка осталось пройти три дома. Фрэнк побежал, надеясь, что приятель окажется там. Не к месту вспомнилось, как тот обещал подарить дисконтную карту заведения, но так и не сдержал слово.
Миновав очередной перекресток, Фрэнк смахнул с лица воду, зло сплюнул, ругая себя за наивность и простоту суждений. Какой смысл приводить разные доводы и в чем — то убеждать себя? Одно дело — требовать деньги у старого приятеля в обычной обстановке, другое — когда полгорода знает, что Фрэнк Шелби якобы прикончил наследницу одного из богатейших людей Америки. В такой ситуации Майк может выкинуть что угодно. Надо быть начеку и надеяться, что приятель не забыл, как Фрэнк однажды, оказавшись рядом, защитил его от нападения бандитов, пытавшихся надавить на помощника обвинителя десять лет назад. Та история сломала Майка и заставила отказаться от карьеры в прокуратуре, зато скрепила их дружбу — приятели часто виделись в баре, беседовали о прошлом, вспоминая учебу за рюмкой хорошего бурбона.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
