с закрытыми глазами могу с точностью представить его лицо с хищными чертами. — Здесь только спящая огненная ведьма и два курса бездарных адептов, неспособных пробежать даже пятьдесят маленький кругов вокруг этого полигончика.
— Как ошибся? — наигранное удивление с едва различимым смешком. — Поверьте, вас я узнаю за тысячу миль от себя.
— А в тёмном лесу не узнали, — хмыкнула. — Преследовали с тупым вопросом «Кто вы? Остановитесь!», а потом бац, и потеряли. По сторонам посмотрели, а наверх забыли, чем сильно меня тогда удивили.
— Это были вы? — спокойно спрашивает.
— Нет… Баба-яга. Всё, не мешайте спать.
Тут прозвенел поистине ужасный звонок, заглушивший протест моего желудка. Звук, словно кто-то длинными когтями, вдавливая, провёл по слегка шершавому стеклу. Самый ненавистный звук. И я знаю, кто приложил к этому свои ручонки с длинными ноготками.
— Мэтр Вельра, — мягкий голос ректора резанул по ушам, перекрикивая звонок, — второе занятие началось, не стоит спать. Сам лично скоро приду проверить, как вы учите этих бездарей!
— Вот гад! — от возмущения я вскочила на своём огненном облаке, а потом ещё и топнула ногой, направив свой взбешённый взгляд на пятый этаж высоченного серого замка с шестнадцатью башнями, которые, словно пики, прорезали небо. Гад-ректор, как привыкла его называть ещё со времён первого курса обучения, стоял на балконе, что прилагался к его кабинету, и, сложив руки на груди, смотрел прямо на меня. У-у-у, гадкий василиск! Что б тебя сдуло оттуда! Или, вообще, на крутой лестнице споткнулся и сломал себе что-нибудь, а потом, в конце концов. Не дошёл досюда!
— И почему я слышу, как ты его проклинаешь? — неожиданно перешёл на «ты» преподаватель по истории.
— Может, — перевожу на него взгляд, — потому что запомнил, когда я тебя проклинала?
— Вот же… — цокнул он языком. — И зачем только вспомнила?
— Ты первым начал. А теперь, — поворачиваюсь с коварной ухмылкой на лице к адептам, — пора взяться за вас. Гад-ректор думает, что я не смогу из вас сделать настоящих боевых магов, придётся переубедить его в этом, отбросив подружку-лень на некоторое время в сторону.
— Лесса, может не надо? — взмолился Фирстан, состроив уставшую мимику.
— Не-а, — покачала я головой. — Кое-кто решил выбить из меня всю лень, поэтому вам придётся пострадать… эм… Вернее, хорошо потрудиться, чтобы я осталась довольна вашими результатами.
Щелчок пальцами и под моими ногами появляется новое огненное облако, а в голове зарождается новый план.
— Итак, вы, бездари, должны скинуть меня этого пламени, — поставила им условие. — Можете использовать любые заклинания, я снимаю с вас все запреты, так что, если кто-то держит на меня обиду за прошлое занятие, можете её выместить на мне, но! — указательный пале поднимаю вверх, плюхнувшись попой на огненное облако. Все мгновенно напряглись, а я улыбнулась ещё шире. — Я имею право отразить атаку или швырнуть заклинанием в вас. Так и быть, уступлю вам и не буду бить в полную силу, даже не в пол силы.
— Да легко, — хмыкнул брюнет, отличившийся своим высокомерием ещё на первом занятии. — Она даже наших имён из-за лени не запомнит, швыряться в нас вряд ли будет, да и нет гарантии, что она так сильна, как все считают.
— Риграсс выбыл, — громко сообщила, одновременно выпустив пылающую стрелу в него, из-за чего парня отбросило на приличное расстояние, а потом он ещё и пропахал лицом по земле.
— Не было команды! — возмутился зеленоглазый блондин. — Так не по правилам!
— Ты точно пацан? — демонстративно изогнув бровь, интересуюсь у него. — Ноешь, как баба. И да… Главное правило всех ведьм: правила созданы, чтобы их нарушать. Хорошенько запомни это, — подмигнула ему.
Было досадно, что так и не посплю, вместо этого придётся страдать такой хренью, как «выбивание» бездарных адептов. Зачем я на это согласилась? Лучше бы на казни настояла, применила внушение, но своего бы добилась, а так… У них же на лице написано, что сейчас будут швыряться всем, что только знают. А толку-то? Мне-то отразить любое их заклинание всего раз плюнуть, а если и не успею уклониться, то на мне артефакты, которые примут весь урон на себя, но они нуждаются в улучшении, потому что готовы принять на себя далеко не каждый удар. Пусть многие и считают, что я способна уловить запах абсолютно любого яда и остановить даже самое сильное заклинание, всё это далеко от настоящей правды. Да, я сильна, не спорю, но не всесильна. Меня тоже можно отравить ядом и прирезать холодным ножом, когда буду не в форме, да и сопротивления никакого не встретят.
— Пацан, — зарычал он. — Ведьма!
— Для тебя, — хищный оскал, но голосок такой нежный-нежный, — мэтр Вельра, мальчик. Когда дорастёшь до моего уровня, тогда и будешь обращаться ко мне, как только твоей тёмненькой душеньке будет угодно. Чего встали? Нападайте, пока не раскидала всех, как маленьких недоразвитых котят! За каждую ошибку каждого накажу и припомню на экзаменах! Если не удастся свалить отсюда… — последнее пробормотала себе под нос. Чтобы никто не услышал. Не нравится мне быть деканом, придётся бумажки какие-то заполнять… Вот жуть! Нужно завести себе кота! Так и сделаю!
Когда я задумчиво посмотрела в небо, начался полный обстрел бедной и несчастной меня. Честно, не ожидала, что столько стихий вперемешку с фаерболами и разными сферами выведут меня из себя. От первой же сумасшедшей атаки пришлось отбиться огненной стеной, которая обрушилась на потерявших чувство самосохранения бездарей. И вот бездна! Они точно адепты третьего и шестого курсов? Как вы думаете, что они сделали? Выставили щиты? Сбежали? Отскочили в сторону? Прикрылись товарищем? Провалились под землю? Трижды ха! Они встали, как в копанные, и с широко распахнутыми глазами следили, как огненный водопад обрушается на них. Из-за этого сама на несколько секунд потеряла дар речи, а челюсть со звоном упала на землю и куда-то укатилась, далеко-далеко. Наверное, выражение «удивлённая да потери пульса ведьма» никто раньше не видел. Мои глаза готовы были выкатиться из глазниц, лишь бы не видеть этого, хотелось плюнуть на лень и подойти к прочной стене, а потом хорошенько приложиться об неё головой, лишь бы забыть этот позор.
— Вы что, совсем идиоты? — заорала на весь полигон, что стены задрожали, а стёкла окон зазвенели. Любопытные адепты решили посмотреть, что там творится снаружи, и какая прекрасная картина была перед ними… Около шестидесяти адептов в помятом виде и на грани сознания валяются на земле, а злая, как тысяча чертей, ведьма стоит на огненном облаке и орёт во всю глотку, что даже эти недотрупы повскакивали со своих мест и постарались выровняться в шеренгу. —
