экстренную посадку в джунглях Явина IV, он выживал в совершенно незнакомых ему условиях, без поддержки, в окружении охотничьих команд Альянса повстанцев, но избежал плена, дождавших группы эвакуации как раз перед зачисткой базы повстанцев на легендарном спутнике.
Вернувшись на Кореллию, полковник поучаствовал в уничтожении преступников из «Черного Солнца», вычистив от них планету, действуя совместно с местными правоохранителями. Одним из которых являлся уже знакомый мне (пусть и косвенно) Корран Хорн, на тот момент времени — оперативник КорБеза. Воистину — галактика эта не больше, чем деревня.
Примечательно, что в личном деле генерал-майора есть указание на тот факт, что после зачистки «Черного Солнца» на Кореллии, он привлек внимание оригинального Трауна, который рекомендовал блестящего наземного командира Дарту Вейдеру. Что ж, теперь понятно, почему он пришел ко мне.
Впрочем, не стоит преувеличивать влияние Трауна на жизнь этого военного.
Уничтожение первой «Звезды Смерти» привело к определенному вакууму власти в среде старших офицеров, как и любая естественная убыль в военное время, так что немудрено, что талантливого офицера все же заметили.
Особенно после того, как он разработал новый прототип АТ-АТ, названный им «ходок». К несчастью планета, на которой производилась разработка, решила выйти из состава Империи. Наивные местные жители думали, будто им кто-то это позволит… Прибывший на планету Дарт Вейдер в максимально короткие сроки решил проблему восстания — причем при активном участии самого полковника и его АТ-АТ «ходок».
И только после этого, Дарт Вейдер оказался впечатлен действиями отдельно взятого офицера и лично повысил его повышение, обойдя при этом нескольких высокопоставленных полковников, поставив его командовать сухопутными войсками «Эскадры Смерти». Личное карающее подразделение, подчиненное непосредственно Темному Повелителю, возглавляемое непосредственно легендарным «Палачом». Да, служба там была опасна, но в то же время — исключительно полезна для развития карьеры и практического применения навыков.
Всего через несколько недель после повышения молодой генерал-майор сократил свои силы на десять процентов, но эффективность возросла на пятьдесят процентов. Его выбор времени был безупречен, так как вскорости была обнаружена секретная база «Эхо» Верховного командования Альянса на планете Хот.
Битва на Хоте…
О, это фактически песня.
Генерал-майор оправдал как свою репутацию, так и ожидания лорда Вейдера, быстро развернув свой бронетанковый полк, получивший в горной долине базы Эхо и лично уничтожив генератор щита, защищающий базу повстанцев. Правда после этого он едва не погиб — будущий пилот «Разбойной эскадрильи» Дерек Кливиан запустил свой поврежденный корабль прямо в кабину. Насчет пилота точно не известно что там к чему, а вот человек…
Генерал попытался сбежать с мостика своего ходока, но был недостаточно быстр, и падающая опорная балка раздробила кости его ноги на такие мелкие кусочки, что реконструкция и бакта не смогли их восстановить. Пострадавший, как и многие в галактике, питал неприязнь к кибернетике и отказался заменить ноги протезами. Из-за этого он будет прикован к креслу на всю оставшуюся жизнь.
Дополнительным ударом для покалеченного стали и проблемы с сыном, навлекшие позор на его голову. Он вовремя раскусил возможную ловушку, но поступок сына принес позор и бесчестие его фамилии в имперских кругах, несмотря на победу генерала при Хоте. Он будет страдать от позора, который его сын принес на всю оставшуюся жизнь.
После смерти императора Палпатина в битве при Эндорегенерал мой гость служил под командованием адмирала Сандера Дельвардуса. Вскоре Дельвардус стал одним из первых имперских военачальников и создал имперскую фракцию осколков, известную как Власть Эриаду. Это было раскритиковано генералом и другими имперскими офицерами, служившими под его началом.
В последующие годы он переходил от одного имперского командующего к другому в поисках нового командования, однако, его инвалидность стала проблемой — зашоренность имперского сознания не допускала участия человека, который уже не был столь быстр и могуч физически как прежде, в современных реалиях, оставлять его на службе. Как итог, имперская недальновидность привела к отчуждению некогда прославленного, но ныне — опозоренного генерал-майора.
Все усилилось после того, как всплыли подробности о гибели Императора и причастности к этому Вейдера. Судьба отщепенцев, постигшая выживших из 501-го легиона, коснулась и моего гостя.
Большую часть времени его избегали или отвергали прямо из-за его отношений с лордом Вейдером. Большинство постэндорских офицеров презирали всех, кто служил и пережил Дарта Вейдера, и не хотели иметь ничего общего с этими людьми. В течение шести лет генерал-майор бродил по галактике, наблюдая, как все, во что он верил и за что боролся, рушилось вокруг него. В конце концов, он разочаровался и обезумел от пути, по которому шла Империя, но его чувство верности и чести удержало его от дезертирства или самоволки.
Исходя из того, что я помню о его дальнейшей судьбе, он присоединился к оригинальному Трауну. А после его поражения — пройдя через препоны унижений, поверил в то, что его рады видеть при дворе Возрожденного Императора. Который поручил ему самоубийственную миссию, закончившуюся бесславной гибелью великого военного своего времени.
И я благодарен судьбе, что она свела нас вместе сейчас. Потому как любые попытки обнаружить его с помощью агентуры, не добились никаких успехов. Так что призывы по «ГолоНету» все же оправдали свою реализацию хотя бы отчасти.
Если этот человек будет мне верен, то я спокоен за свои наземные силы, которым предстоит как следует повоевать в ближайшее время.
Он был агрессивен в бою, а его тактика наземных сражений вошла в историю и стала преподаваться в академиях. За свои неполные шестьдесят лет жизни, этот человек устроил научно-технический и тактический переворот в имперской военной мысли. Он шел в бой в первых рядах, сеял смерть и разрушения, подвергая себя той же опасности, что и его бойцы, отчего считался уважаемым и едва ли не почитаемым бойцами командиром наземных сил.
Под огнем противника он вел себя мужественно, не пасовал, обладал прекрасной тактической грамотностью и оценкой обстоятельств.
— Что вами движет, генерал-майор? — поинтересовался я.
— Верность долгу, — ответил мой собеседник. — Идеалам Империи.
— Это крайне широкое понятие, — подметил я. — Что оно означает для вас лично?
— Четкость поставленных целей, закон, порядок, дисциплина, — без малейшего промедления ответил он. — Уничтожение врагов.
— Вот даже как, — произнес я. — Всех без исключения?
Генерал-майор очевидно заподозрил неладное. Иначе как понять то, что он попытался пригвоздить меня к спинке моего же кресла одним лишь взглядом? Даже Рукх заворочался в темноте — блеснул его обсидиановый кинжал. Острый, но крайне хрупкий.
— Я — солдат, — четко произнес он, смотря мне прямиком в глаза. — Я выполняю приказы.
— Но вы и не штурмовик, — возразил я. — Вы — пехотный
