– Погодите с милицией, – сказал дьякон. – Надо сначала во всем разобраться.
– Вот милиция с ним и разберется! – со зловещей усмешкой проговорил Каплер. – Портье внизу рассказывал, что за последнюю неделю постояльцев гостиницы грабили дважды! Теперь понятно, чьих это рук дело!
– Дяденька, я не виноват, – заплакал мальчик. – Это не я… Меня заставили.
По щекам мальчика покатились слезы. Он наблюдал за взрослыми из-под полуопущенных ресниц, и заметил, что брови дьякона жалостливо дрогнули, однако рыжеусый лишь ухмыльнулся.
– Смотри-ка, и слезу пустил, стервец! Дьякон, неужели вы не видите – он же издевается над вами!
– Не бе-ейте меня, пожа-алуйста… – рыдал мальчишка, вздрагивая всем телом и зарываясь в темную рясу дьякона.
– Тише, парень, тише. – Отец Андрей слегка ослабил хватку и успокаивающе погладил мальчишку по вихрастой голове. – Никто тебя не тронет.
Мальчик прервал плач и посмотрел на священника снизу вверх заплаканными глазами.
– Правда? – спросил он дрогнувшим голосом.
– Правда, – кивнул отец Андрей.
Каплер побагровел.
– Черт, дьякон, – прорычал он, – бесенок пытается вас разжалобить, чтобы удрать.
– Он просто испугался, – возразил отец Андрей. – Это с каждым может случиться.
– А ну-ка, давайте посмотрим, что у него в рюкзаке.
Дмитрий Иосифович схватился за маленький рюкзак, который висел у мальчика на плечах, и быстро расстегнул молнию. Мальчик дернулся в сторону, вскрикнул: «Не бей, дяденька!» и зарыдал пуще прежнего. Дмитрий Иосифович с торжествующим видом извлек из рюкзака серебряные часы.
– Взгляните! – воскликнул он.
Дьякон посмотрел на часы, нахмурился и перевел взгляд на мальчика.
– Эти часы когда-то принадлежали моему деду, – сказал он. – И я очень ими дорожу.
– Я не знал, – жалобно прогнусавил мальчик. – Я не хотел, дяденька. Честное слово, не хотел.
Он опять зарыдал.
– Нужно положить часы обратно, – деловито проговорил Каплер. – Это вещественное доказательство.
Дмитрий Иосифович сунул серебряный брегет обратно в сумку. В этот момент в дверь постучали.
– Как некстати, – с досадой проговорил дьякон. – Я не хочу, чтобы мальчика здесь увидели, пока мы все не выясним.
– Ну, так идите и отошлите незваного гостя куда подальше, – сказал Каплер. – А я подержу этого стервеца, пока вы будете открывать.
С этими словами Дмитрий Иосифович схватил мальчика за шиворот.
– Только без грубостей, – попросил отец Андрей.
– Не бойтесь, я ему ничего не сделаю.
Дьякон убрал руку с плеча мальчика и направился к входной двери.
Каплер устремил на мальчика победный взгляд, словно говоривший: «Ну вот, маленький мерзавец, теперь ты в моих руках. Уж будь уверен, сейчас я с тобой разберусь».
Дьякон тем временем дошел до входной двери, повернул ручку замка и открыл ее. Потом зачем-то выглянул в коридор.
– Кто там, интересно? – пробормотал любопытный Каплер, поворачиваясь к двери и невольно ослабляя хватку.
Мальчик не дремал. Воспользовавшись тем, что пальцы Дмитрия Иосифовича на мгновение ослабли, он, как угорь, выскользнул из рук толстяка, одним ловким прыжком достиг окна, скользнул в форточку – и был таков.
– Стой! – крикнул рыжеусый Каплер. – Стой, мерзавец!
Он кинулся к окну и глянул вниз. Мальчишка стремглав несся по переулку.
– Что? – воскликнул дьякон, тоже подбегая к окну. – Убежал?
Мальчик завернул за угол и исчез. Дмитрии Иосифович еще несколько секунд по инерции смотрел в окно, хотя толку от этого никакого не было, затем повернулся к дьякону и виновато пробормотал:
– Убежал. Этот мальчишка ловок, как обезьяна.
– Я вижу, что рюкзак он прихватил с собой, – заметил отец Андрей. – А вместе с ним и мои часы.
– Ох ты черт! – вновь выругался Дмитрий Иосифович. – Простите, отец Андрей! Кабы я знал, что все так обернется, я бы не стал совать часы обратно в рюкзак.
– Ничего не поделаешь, – ответил на это дьякон. – Кстати, боюсь, что пропали не только мои часы. Проверьте карманы своего пиджака.
Каплер поспешно зашарил по карманам.
– О черт! – страдальчески протянул он. – Неужели?.. Мой бумажник! Когда же он успел?
– В то время, когда вы обыскивали рюкзак, – сказал дьякон.
– Так вы заметили?
– Я заметил только, что его рука скользнула по вашему пиджаку. Но тогда я не придал этому значения.
– Дьяволенок! – крикнул Дмитрий Иосифович. – Нужно немедленно позвонить в милицию!
Отец Андрей скептически покачал головой.
– Не думаю, что это поможет, – произнес он. – Вы же сами сказали: мальчишка ловок, как кошка. Он наверняка знает здесь все входы и выходы.
– Вы как будто восхищаетесь им, – с упреком проговорил рыжеусый Каплер.
Отец Андрей пожал плечами.
– Ладно, – примирительно сказал Дмитрий Иосифович. – Сумма в бумажнике была небольшая, жалеть почти не о чем. Этот мальчишка – член банды подростков. Нам еще повезло, что мы так легко отделались.
– Вы правда верите слухам про банду подростков? – прищурил на музейщика карие глаза отец Андрей.
– Появление этого мальчишки здесь доказывает, что слухи про подростковую банду вовсе не слухи, – возразил Дмитрий Иосифович.
– Гм… – Дьякон потер пальцами подбородок. – Вернемся к шахматам и доиграем партию? – предложил он.
– Давайте, – со вздохом ответил Каплер.
Они вернулись к столу. Дмитрий Иосифович вновь развалился в кресле и разжег потухшую сигару, а дьякон налил себе в рюмку портвейна. После чего приятели продолжили игру.
– Кстати, этот маленький мерзавец заставил меня вспомнить об одном курьезе, – произнес Каплер, глядя на доску. – Ничего значительного, но важен, так сказать, сам факт. Хотя… возможно, я опережаю события, и фигуры просто потерялись.
– О каких фигурах идет речь? – спросил дьякон.
Дмитрий Иосифович грустно улыбнулся.
– Видите ли, в нашем музее есть отдел, посвященный истории шахмат в Чудовске. Еще в конце девятнадцатого века в городе появился шахматный клуб. Его частыми гостями бывали знаменитые русские шахматисты – Чигорин, Хардин, Яновский… Они оставили заметный след в истории нашего города.
Отец Андрей едва сдержался от улыбки.
– Хардин бывал в нашем городе даже трижды, – продолжил Дмитрий Иосифович, попыхивая сигарой. – Вообще-то он был адвокатом. Но прославился именно как шахматист. Так вот, «гвоздем» экспозиции нашего музея до сих пор был один экспонат. Ценность этого предмета подтверждает то, что несколько музеев Москвы и Санкт-Петербурга неоднократно пытались купить его у нас.
– Что значит «купить»? – поинтересовался отец Андрей. – Разве ваш музей частный?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
