– Карлушенька, – предупредительное амикошонство – а откуда мне знать, если я еще никогда не ощущал нехватки религиозно-мифологического представления, возникающего там-парам-пам-пам? Будьте моим партнером и не обижайте меня, друг мой. Оформим сбалансированный контракт.
– Алексей, – намек понят, – а в чем именно вы видите дисбаланс в документе?
– Давайте сделаем пару исправлений и дополнений. Естественно, в письменном виде. И в таком, обоюдно приятном виде, подпишем контракт, затем отправимся кушать говядину с кровью. У меня в соседнем ресторане знакомый работает. Так говядинку готовит – вы съедите свои пальцы еще до того, как вам принесут заказ, от одного запаха. И я съем свои пальцы, если вы не попросите еще. Вы сами отдадите за это свое религиозно-мифологическое как-его-там!
Карл Иванович поморщился:
– Алексей, я вегетарианец…
– Правда? – удивился Алексей, – никогда не подумал бы…
– У нас сейчас тоже модно… впрочем, ближе к делу…
– Да, Карл Иванович, простите… так вот, я хотел бы оставить за собой право получения обратно моего мифологического представления, а, попросту говоря, моей души, в течение 30 дней после завершения сделки.
Карл сдвинул брови и задумался. И пока он думал, Алексей, спокойно улыбаясь, неотрывно смотрел в глаза скупщику душ.
Карл кивнул:
– Да, можно. В принципе, можно. При условии возврата суммы.
Алексей деланно оскорбился:
– Ну конечно же, Карл Иванович, за кого вы меня держите! Конечно же, при условии возврата суммы.
И, дождавшись, когда Карл Подозрительный стал Карлом Расслабленным, мягко добавил:
– За вычетом пустячка, потраченного на обеспечение жизнедеятельности организма, лишенного души.
И тут же принялся увещевать Карла Обеспокоенного и Удивленного:
– Но Карл Иванович, посудите сами, я ведь понятия не имею, каково мне придется без души! Я ведь не каждый день душу продаю, поверьте мне! Я вас понимаю, понимаю ваше недоверие, но поймите же и меня! Как же там у классиков… согласие – продукт непротивления сторон, и нам требуется именно согласие, взаимное понимание, мы должны знать, что все риски устранены, и войдите в мое положение… вы же человек… простите… существо с огромным опытом, должны понимать, что я с моим мизерным представлением о бездушном существовании… боюсь. Вдруг все тридцать дней мне придется пролежать в больнице, а? А знаете, сколько…
Солнце садилось все ниже.
Алексей окучивал и удобрял, сгущал туман лести, приводил примеры и прогнозировал, говорил-говорил-говорил. То водя перьевой ручкой по строкам контракта, то резко поднимая ее вверх, цепляя за собой взгляд Карла. Взгляд, подернутый дымкой.
* * *
from: [email protected]
to: [email protected]
Энрико, привет!
я, как всегда, сам понимаешь, ничего нового, как это обычно водится, с просьбой, прекрати возмущаться.
Уточни, пожалуйста, адрес проживания некоего Алексея Рябозада, предпринимателя. И вообще информацию о нем, если можно.
Спасибо чернющее.
Норберт
from: [email protected]
to: [email protected]
Я тут чуть-чуть поработал. Только без твоих этих «наконец-то, в кои-то веки», пожалуйста, ага?
Алексей Рябозад, 29 лет, официально зарегистрирован в городе Недрыгайлов Сумской области. Проживает в Киеве. Официального постоянного рабочего места нет, зарабатывает куплей-продажей всего, что можно купить и продать. Семьи нет. Автор умопомрачительных и сомнительных схем получения денег.
Еще что-то нужно узнать? И, кстати, зачем, я это узнавал? Что надо Черной цитадели от бедного барыги?
Энрико
from: [email protected]
to: [email protected]
Энрико!
«Бедного барыги»?
Этот «бедный барыга» хуже деволов, если ты их помнишь! Твой «бедный барыга» дико подставил Отдел закупок. Внимай.
Уже трое полевых агентов прогорели на сделке с ним. Уж не знаю, какими техниками он владеет -
гипноз, ментальное сканирование или дистанционный импринтинг… сам посуди.
Трое наших ветеранов мало того, что отвалили ему баснословные суммы чистой платиной, так еще и привезли подписанные контракты, по которым он имеет право расторгнуть сделку в течение 30 дней. Правда, с условием, что он может удержать некую сумму непонятно за что. Я так и не понял все эти оговорки.
Плюс этот негодник умудрился три раза (!), просто умело согнув лист контракта, спрятать пункт, согласно которому Черная цитадель платит неустойку ему, Алексею Рябозаду, в случае недостаточного качества возвращаемой души. Неустойка – не балуй. Чистый иридий, сто килограммов. И это не все. Каждому из агентов Рябозад умудрялся впарить какой-то товар, взяв дополнительную сумму сверху. Без возможности рекламаций и возврата.
Когда Консумациус, молчаливый как никогда, вернулся в Цитадель, облегчив кассу еще на сто килограммов платины и притащив с собой пятьсот аквалангов, Босс взбесился. Бес взбоссился.
Когда фон Гриддик, находясь в глубокой депрессии, вернулся, отдав двести килограммов платины, но осчастливив нас вагоном открыток с милыми мохнатыми мишками, Босс проломил кулаком секретарши стену.
Но когда Карл Темный, потратив триста килограммов ты уже понял чего, приволок в Цитадель тонну тех самых" Ктулхушат в томате» (помнишь, да? помнишь?), Босс просто бессильно поскуливал.
Наш юротдел умоляет Демиургов в порядке исключения затушить жизнь этого поганца, чтобы устроить к нам на работу. С таким пройдохой мы всех за пояс заткнем. Но Верхние неумолимы. Нельзя.
Вот такой монстр коммерции бродит там, рядом с тобой. Будь осторожен.
Норберт
from: [email protected]
to: [email protected]
Норри,
Ай брось. Какой там гипноз, ментоскан или импринтинг. Все проще. Не считайте людей слишком уж навороченными.
Обычный ушлый продавец. У таких же я чеснок на базаре покупаю.
Энрико.
from: [email protected]
to: [email protected]
Чеснок? Ты с ума сошел?
Норберт
from: [email protected]
to: [email protected]
Энрико, ответь!
Я не понял насчет чеснока. Ты серьезно?
Норберт
from: [email protected]
to: [email protected]
Энрико?
Глава 1.09
Звонок.
– Черная цитадель, да пребудет Тьма вечной. С кем вас соединить?
– Соедините меня с отделом плюшевых извращенцев.
– Простите?
– С отделом плюшевых извращенцев.
– Вы знаете, у нас нет такого отдела. Может, вас соединить с…
– Мне нужны плюшевые извращенцы! Бобры и плетки, мохнатые попки.
– Простите, но…
Сдавленный смех, короткие гудки.
Звонок.
– Черная цитадель, да пребудет Тьма вечной. С кем вас соединить?
– Какой у тебя голос волнующий…
– Спасибо… а с кем вас…
– Соедини меня с тобой, крошка.
– Что?
– Соедини меня с тобой, мой сладкий пирожок.
– Простите?
– О я прощаю тебя. Я прощу тебе все. Я так тебя прощу, как тебя еще никто никогда не прощал.
– Прекратите!
Тяжелый вздох. Короткие гудки.
Звонок.
– Черная цитадель, да пребудет Тьма вечной. С кем вас соединить?
– Люся?
– Простите?
– Люська, ты?
– Нет. Я не Люська. Меня зовут Алисия Плаг. С кем вас…
– Короче, Люська, не выеживайся. Мы в парке. Бери две банки и дуй к нам. Ты обещала.
– Кому вы звоните?
– От зараза! Люська, харэ стебаться. Ты обещала. Пацаны ждут. Накурим, малая!
– Кончайте так шутить!
– Я те пошучу сейчас, коза малая.
Дикий хохот, вопль «Я больше не могу, пацаны». Короткие гудки.
Звонок.
– Черная цитадель, да пребудет Тьма вечной. С кем вас соединить?
Короткие гудки.
Звонок.
– Черная цитадель, да пребудет Тьма вечной. С кем вас соединить?
– Люська?
– Да вы уже… сколько можно?
Короткие гудки.
Звонок.
– Черная цитадель, да пребудет Тьма вечной. С кем вас соединить?
Короткие гудки.
Звонок.
– Черная цитадель, да пребудет Тьма вечной. С кем вас соединить?
– Девушка, я хочу пожаловаться на нашего дворника. Достоверно известно, что он конструирует сейсмологическое оружие, и не скрывает, что намеревается нести возмездие, то есть шандарахнуть тектоническими волнами по зданию Киевэнерго с целью потушить фонари на улице Стратегическое шоссе…
– Урод!
Короткие гудки. Звонок.
– Церная читадель… простите, Черная цитадрель… простите, Черная цитадель. Да пребудет Тьма вечной.
С кем вас соединить?
– Черная цитадель?
– Да.
– Точно-точно Черная цитадель?
– Да, вы попали в Черную цитадель.
– Девушка, это очень важно. Вы слышите?
– Да.
– Понимаете, мне крайне важно, чтобы это была именно Черная цитадель. Не Белая, не Серая и не Зеленая.
– Это именно Черная цитадель.
– В прошлый раз я попал в Розовую цитадель, и они продали мне мыло. Вы не продаете мыло?
– Нет, мы конструируем тьму.
– Тьму… хм… стало быть, не продаете мыло?
– Нет!
