Кто-то сказал: я есть то, что я ем. Что читаем, чем питаем душу – то, в сущности, мы и есть. А ведь эту «культуру чтения/питания» надо формировать, в том числе у служителей братства. Я не раз попадал в затруднительную ситуацию, когда кто-либо из участников общения, не обязательно даже верующий, вдруг вспоминал публикацию в христианской газете – и обнаруживалось, что служители церквей братства не читали этого материала. А ведь, в основном, издания высылаются на адреса служителей…
Вот евангельская история: «Через несколько дней опять пришел Он в Капернаум, и слышно стало, что Он в доме. Тотчас собрались многие, так что уже и у дверей не было места; и Он говорил им слово» (Марк. 2:1-2). Не было ни одной газеты, не было новостей по радио, потому что и радио не было. Но слышно стало всем! Потому что все и везде только о Нем и говорили.
Не будут знать и писать о нас светские СМИ, если то, что мы делаем и чем живём, не представляет для нас самих такой ценности, не доставляет такого восторга, не сообщает такой непреходящей радости, что мы везде только об этом и говорим!
На заседании Общественного совета
– Кроме всего прочего, российские СМИ нередко называют баптистов сектой. Не от недостатка ли информации?
– Мы из кожи вон лезем, чтобы доказать им, что мы – не секта. А зачем? Доказывая, что мы не секта, мы должны будем показать, что мы такие же, как и все: такие же славные, правильные, исторические, народные, лояльные; что нас ничто не отличает от других… Но, если мы ничем не будем отличаться от них – какое же Евангелие останется у нас?
Мы не от мира сего, мы – от царства Небесного, и это очень мощно! Но тогда мы не можем, не должны походить на этот мир. Мы всегда будем непохожими, и от того гонимыми. Опять же, если мы обличаем мир во грехах; если мы убеждаем мир, что без покаяния все погибнут и всех ожидает страшная участь вечного огня в озере огненном – нам не избежать враждебного отношения к себе.
Как мне понятно определение тогдашних сильных мира сего: «Но неуверовавшие Иудеи, возревновав и взяв с площади некоторых негодных людей, собрались толпою и возмущали город и, приступив к дому Иасона, домогались вывести их к народу. Не найдя же их, повлекли Иасона и некоторых братьев к городским начальникам, крича, что эти всесветные возмутители пришли и сюда, а Иасон принял их, и все они поступают против повелений кесаря, почитая другого царем, Иисуса. И встревожили народ и городских начальников, слушавших это» (Деян. 17:5-8).
Если буквально следовать учению Иисуса, то и в самой демократической стране, даже с христианским большинством, вы неизбежно прослывёте сектой, или фундаменталистами, или экстремистами. «Меня гнали, будут гнать и вас» – эти слова Учителя также верны сегодня, как и все остальные, сказанные Им.
– Почему баптизм не представлен в Совете по взаимодействию с религиозными организациями при президенте России?
– Я в последнее время часто слышу этот вопрос. Попытаюсь ответить максимально честно. Ведь действительный ответ на этот вопрос знают лишь чиновники, которые готовят бумаги, вписывая те или иные фамилии в список приглашённых. Пользуясь косвенными свидетельствами, я предполагаю, что причиной или, по крайней мере, одной из причин являются мои суждения и высказывания как руководителя Союза баптистов.
Совет по взаимодействию с религиозными организациями, хотим мы того или нет, – это структура для избранных. Церковь приобретает некие функции управления в обществе, ее приближают к власти, – и, вы знаете, это вещь соблазнительная. А потом это пресловутое «взаимодействие». Господь говорил: Божье Богу, а кесарево – кесарю… Сегодня я в раздумье: как устоять, если пригласят? Комиссии разного рода – это от социализма осталось, распределение благ для своих, так сказать. А потом ведь обязательно предложат осудить «неправильных» и выступить в поддержку «правильных»…
– Нужно ли баптизму заявлять о себе и как это по-вашему, лучше делать?
– Ответ всегда – да, нужно заявлять! Но как – это уже дело другое. Это непросто. Есть в Нагорной проповеди слова нашего Спасителя: «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Матф. 5:16). Я не знаю лучшего заявления о баптистах. Мы должны быть похожи на своего Учителя, как никто другой. И это будет лучшее, что мы можем заявить.
Москва,Май, 2007 г.Виктор Клименко. Казацкий Характер
Виктор Клименко – всемирно известный финский певец, родившийся в России. Его родители, кубанские казаки, чудом уцелевшие в голодное лихолетье, были репрессированы и высланы в Карелию. В годы войны они оказались в финском лагере для перемещенных лиц и после войны остались в Финляндии.
У Виктора рано обнаружился талант: тонкий музыкальный слух и богатый голос. Но в чужой стране было непросто реализовать себя. Рассчитывать юноша мог только на свои силы. Его способности, упорство, жизнелюбие открыли дорогу к популярности: Виктор поет, становится телеведущим детских программ, играет в театре… В 1964 году, после выхода третьего диска с его песнями, финны признали его лучшим популярным певцом Суоми. В том же году вышел его первый русский альбом «Стенька Разин», ставший неожиданно востребованным более чем в 60 странах мира. Альбом стал первым золотым диском не только Виктора, но и Финляндии. Через год появляется второй альбом «Милая», который тоже становится золотым, а тем временем «Стенька Разин» получает статус платинового диска. В 1965 году Виктор представляет Финляндию на Международном конкурсе Евровидение в Неаполе.
Виктор сыграл во многих кино- и телефильмах. Всемирная известность пришла к нему, когда он стал играть самого себя – поющего казака. В 1980 году вследствие глубокой депрессии певец решает покончить жизнь самоубийством. От рокового шага популярного исполнителя спасает вера в Иисуса Христа, Которого он с радостью принял в сердце. С тех пор Виктор Клименко поет духовные песни.
* * *
Старинный немецкий город Кельн ближе к ночи полностью укрылся снегом. Красота! Мир, кажется, стал белее, чище и светлей. И, хотя по времени года снег не должен быть неожиданностью, поговорка о проблематичности всего, что приходит «как снег на голову», лишний раз подтвердилась в автомобильных «пробках», моментально возникших на улицах города.
Хотел пригласить Виктора на завтрак куда-нибудь в кафе в центре города, но получилось так, что угощал меня в своем гостиничном номере он: ехать куда-либо по скользкой заснеженной дороге было совершенно невозможно.
– Виктор, не ты ли привез с собою снег из Финляндии?
– Все может быть. Почему бы и нет? У нас его хватает! Я с детства любил снег и даже умудрялся на нем зарабатывать.
– Это как?!
– Будучи еще маленьким мальчиком, увидел однажды в нашем городе афишу нового кинофильма. И так захотелось его посмотреть! А денег на билет нет. Откуда они у пацана? Тогда я слепил из снега большого слона, поставил ему на спину деревянный ящик из-под картошки и объявил приятелям что тот, кто хочет посидеть на слоне, должен заплатить мне по одному пфеннигу за каждые две минуты сидения. Образовалась живая очередь – а вечером я смотрел фильм.
Обложка первого диска, ставшего «Золотым»
– Кто обнаружил в тебе талант певца?
– Да никто не обнаружил. На сцену меня привело все то же стремление зарабатывать деньги. Талант, конечно, был, но петь я стал вовсе не в погоне за популярностью или еще чем-то, а, как уже сказал, из-за денег. Ради них я готов был делать всё, и делал это с большой отдачей. Тем более, что наше положение в чужой стране было весьма неопределенным: нас в любой момент могли из нее выгнать. Поэтому и стремился заработать как можно больше и как можно быстрее. Впрочем, способность отдавать все силы своему делу – тоже талант.
– Ты исполнял эмигрантские песни?
– Нет. Сперва пел финские песни на финском языке, а русские и цыганские романсы стал исполнять гораздо позже. Вообще-то я мечтал быть художником, но затем переменил свои планы и пошел играть в театр, стал сниматься в кино. Так что по профессии я вовсе не певец, а актер. Кстати, самый популярный фильм с моим участием показывают теперь в самолетах финских авиалиний и меня иногда узнают пассажиры. Но когда я уверовал, многие удивлялись, как я мог так резко все оставить и с таким же рвением служить Господу. Одна женщина, узнав меня в самолете, спросила: «Правда, что вы теперь верующий, г-н Клименко?» Я говорю: «Да, конечно».
– И вы верите Библии, которая запрещает грешить? – продолжает дама.
