никогда не улучшится. Он всегда будет жесток и несправедлив» …
Элеонора в очередной раз отвергала предложения оперативников ходатайствовать об её учёбе в юридическом. Она устала «смотреть» на преступления, тем более глазами очевидца. Пускай она за несколько лет научилась отгораживаться от личных эмоций. Всё равно это было тяжело. Не её это. Она художник с обострённым чувством гармонии, прекрасного и справедливости. А тут- жестокость, насилие и смерти, чаще неоправданные, порой бессмысленные. Почему люди такие злые и жестокие?! Ведь жизнь одна!
…Эля уже несколько часов работала в кабинете Захара Ивановича. Большой удачей было за один день вместе с преступником увидеть координаты его проживания. С инициалами было ещё сложнее. Не всегда промелькнувшая в видениях фамилия была именно фамилией преступника. Да и смотреть приходилось очень долго, чтобы наткнуться на документ или письменное упоминание фамилии. Не всегда помогал и портрет. В базе данных порой на этого человека ничего не было. Захар Иванович мрачно шутил, что преступный мир ширился быстрее, чем вносили данные оперативники. В этих случаях Эля жалела, что она не видит картинку со звуком. Однако она много раз убеждалась, что смотреть преступления со звуком слишком страшно и болезненно. Не для её впечатлительной натуры.
На сегодня работа была закончена. Очередное дело подходило к завершению. Илья поднялся, чтобы провести девушку. Чаще доводил до дому, реже до квартир знакомых. Идя по коридору, увидели, что ведут парня в наручниках. Они прижались к стене, пропуская конвой. Девушка мимолетно посмотрела на обвиняемого. Высокий, молодой и очень симпатичный, прямо-таки притягивающий её внимание.... Когда поравнялись с ними, еще раз взглянула на парня внимательнее. За много лет работы здесь она научилась читать по лицам. Лицо этого парня было открыто. Не раскаяние, как у многих читалось, не подавленность, не злоба, а…твердая вера в справедливость…Или вера в правосудие… Какое-то несоответствие. И оно зацепило… «Он не виновен»,-почему-то пронеслось в мыслях.
Девушка остро почувствовала желание помочь этому незнакомому парню. Во что бы то ни стало надо разузнать, что он совершил. Она прислонилась к стене. Несколько секунд понадобилось ей, чтобы принять решение. Илья, увидев, что она собирается делать, попытался остановить.
– Эля, не здесь! Не надо! – но было поздно. Картинка быстро включилась в голове видящей. Илья обнял девушку, загораживая ее от находящихся в коридоре сотрудников и посетителей. Девушке понадобилось всего несколько секунд.
– Он не виновен! – негромкий голос Эли гулко разнесся по тихому коридору. Несколько человек посмотрели на эмоциональную даму.
– Пойдем, Элечка, -Илья полуобняв за плечи, вел её к выходу. – Не будем привлекать внимание, -уже тише сказал он.-На улице расскажешь.
– Он спасал! Он не виновен! Так нельзя! -Эля не могла молчать.
На девушку уже никто не обращал внимания. Лишь парень, которого вели охранники, перед поворотом обернулся на странную хрупкую незнакомку. Он её видел первый раз. Такое лицо он бы уже никогда не забыл! А выходит, что она его знала или видела?
Охранник грубо толкнул его в спину.– Двигайся!
Вечером следующего дня Эля сама напросилась встретиться с Захаром Ивановичем. Хотя Илья заверял, что раздобудет информацию и ей всё расскажет. Однозначно, что он ввёл в курс вчерашнего инцидента своего начальника. Потому что, как только Эля вошла и поздоровалась, сам начал:
– Элеонора, этот парень, Максим Королев, проходит по делу о непреднамеренном убийстве.
– Он спасал ребёнка. Это непредумышленное причинение смерти, и оно не относится к убийствам, Ст.109, -за столько лет сотрудничества Эля умела разбираться в статьях. -А если пойдет по 108 статье, то вообще, наказывается лишь исправительными работами на срок до двух лет.
– Это дело не в моей компетенции. Его ведёт Майоров.
Все присутствующие поморщились от услышанного. Майоров отличался редким рвением выслужиться. О принципиальности здесь речи не шло.
– Я хочу быть уверена, что его отпустят.
Захар Иванович потёр лоб.
– Эля его и так должны будут выпустить, если по 108 ст. …но после суда, -как-то неуверенно произнес он.
– Почему тогда его взяли под стражу до суда? Могли ограничиться подпиской. Он защитил ребёнка от педофила!
– Он убил человека, – устало произнёс следователь. – Эля , ты же сама ответила, что ему может грозить. Не думаю, что ему накрутят срок.
– Это могли инкриминировать, как самозащиту. Несчастный случай, в конце концов. Одним педофилом меньше- земля чище.
Захар Иванович молчал и хмуро смотрел на девушку, и Эля заподозрила серьёзный поворот.
– Кто убитый?
– Сын главы мэрии.
Девушка шумно выдохнула и посмотрела на Женю. Тот виновато отвёл глаза. Хотя, причём здесь он?
– Они хотят дать ему 15 лет. На полную катушку, по 105-й,– внёс своё слово Илья, игнорируя при этом недобрый взгляд в его сторону своего босса и напарника. Не хотели расстраивать Элю, но и скрывать от неё что-то было бесполезно. Уже много раз проверено.
– А у него есть адвокат?
– Его защищает Матвеев. Он не силён против прокурора, -Илья обречённо махнул рукой. Девушка стала ходить по комнате, прикидывая варианты в уме. Сейчас она сильно жалела, что не поступила на юрфак, когда её протежировали.
– А что ты так взвилась, Эля? Кто он тебе? -наконец-то подал голос Женька.
– Никто. Просто понравился, -рассеянно бросила Эля.
– Что? -встрепенулись Илья и Захар.
До Эли только сейчас дошло, что она озвучила мысль, которую не собиралась говорить вслух. Понравился ей? Она и сама была удивлена, не меньше Ильи. Скорее, пожалела его. Она бы и за другого так вступилась бы…, наверное. Может быть. Только без такого напора. С этим рвением решила разобраться позже. Проигнорировав удивлённые взгляды мужчин, Эля продолжила:
– А можно ему нанять другого адвоката? Хотя я не понимаю: здесь вообще, надо условно давать! -она отчаянно жестикулировала. – Что за система такая! Где справедливость?! Парень делает благое дело и его за это наказывают! Абсурд! –она развернулась к ребятам. – Я могу посмотреть, сколько на этой мрази душ…
– Нет! -резко прервал её Захар Иванович. -Даже не смей! Пожалуйста, -более мягче закончил он.
– Эля, в тебе говорят эмоции, -усмехнулся Илья.
– А мне бы вы нашли грамотного адвоката? -Эля прищурила глаза. – Я же за несколько лет работы с вами заслужила некоторые служебные связи?
– Эля, в мире много несправедливости…-начал Захар Иванович свою песню. Но Эля его перебила.
– Я никогда не просила вас ни о чём. Только помогала, ничего не требуя взамен. Могу я единственный раз попросить?
Следователи переглянулись. Действительно, за 4 года работы Эля только делилась информацией и никогда ничего не просила.
– Я свяжусь со своим… другом. Надеюсь, он не откажет. -пообещал Захар Иванович.
– Спасибо, -выдохнула Эля.
– Пока не за что. Мы, действительно, тебе сильно задолжали.
Когда Илья, посадив Элю в такси, вернулся в кабинет, коллеги сидели в глубокой задумчивости.
– Н-да. Думали – пронесет. Не пронесло. – вынес вердикт Женя. –Не надо было тебе, Илья, так озвучивать информацию. -тот только скептически хмыкнул. Когда Илья им
