Она знала, что была в безопасности, а ее альфа и бета давали все, в чем она могла когда-либо нуждаться.
Гарри кормил и поил всех троих. Он приносил закуски и кормил с рук Гермиону и Тео, когда они были слишком истощены, чтобы есть самостоятельно. Он расчесывал волосы Гермионы каждый день, а затем заплетал их в толстые косы, чтобы их беспорядочные занятия сексом не спутывали их безвозвратно. Он массировал больную спину Тео, уделяя как можно больше внимания его затянувшимся следам от Круциатуса, а в ответ Тео и Гермиона успокаивали его, чтобы избавить его от чувства неуверенности и занимались с ним любовью столько раз, сколько он мог выдержать.
К четвертому дню им стало так комфортно в обществе друг друга, что Гермионе не хотелось, чтобы ее течка или гон Тео заканчивались.
— Ты был прав, — сонно сказала она, чувствуя, как смягчился узел Тео внутри нее, будто это происходило уже тысячу раз. — Ты был нам нужен.
Тео лишь улыбнулся и убрал косу с ее лица.
— Не так сильно, как я нуждался в вас обоих. Я говорил это раньше, и скажу это снова. Три — идеальное число. — Он протянул руку, которую Гарри машинально взял, и оба мужчины заснули, переплетя пальцы.
На пятый день Гермиона проснулась с ясным зрением, острым слухом и телом, мокрым от действительно неприятного холодного пота.
— Фу! — простонала она, поморщившись и выбираясь из отталкивающе липких одеял. Помимо своего ужасно немытого тела, она наконец-то чувствовала себя как обычно. Постоянная всеохватывающая потребность в сексе закончилась, хотя ее тело тревожно болело от всех их предыдущих усилий.
Она перевернулась, содрогнувшись, когда столкнулась с Тео, не желая, чтобы он видел ее в таком растрепанном состоянии.
Она моргнула, поскольку вернувшееся к ней ясное зрение позволило увидеть его должным образом впервые за несколько дней.
Тео был потрясающим. Сильно татуированная оливковая кожа, темно-каштановые, дико вьющиеся волосы и сонно-мягкие, васильково-голубые глаза. Он смотрел, как она смотрит на него, и уголок его рта изогнулся в веселой ухмылке.
— Нравится то, что видишь?
Гермиона почувствовала, как ее щеки залились румянцем.
— Очень сильно. Но я не могу прикоснуться к тебе прямо сейчас. Я чувствую себя отвратительно. Мне нужен душ… я не мылась все это время. Я даже зубы не чистила! Я имею в виду, что я, должно быть, выгляжу ужасно. А пахну еще хуже…— она сделала паузу, засмеявшись, когда почувствовала на себе освежающее заклинание. — Думаю, что это выходит за рамки подростковых освежающих заклинаний, Гарри! — засмеялась она, повернувшись и нежно глядя на своего лучшего друга.
— Нет, не думаю, — заявил он, наклоняясь, чтобы поцеловать ее. — подростковые освежающие заклинания скрывают множество греховных делишек. Как ты думаешь, почему все подростки изучают их? Кроме того, для меня ты всегда вкусно пахнешь. Твоя течка закончилась?
Гермиона кивнула, чувствуя необъяснимую грусть.
— Я думаю, что да. А как насчет твоего гона, Тео?
— Мой гон напрямую зависит от твоей течки. Так что да. На данный момент все закончилось. Во всяком случае, до следующего раза. То есть, — он сделал паузу, выглядя необычайно нерешительным, — если ты захочешь сделать это снова?
Гермиона не могла сдержать широкой улыбки, которая расплывалась по ее лицу.
— Конечно, хочу! Эта течка была прекрасной. Все было так, как вы говорили, и даже лучше. Я уже не верила, что такое возможно. Так что, я хотела бы сделать это снова. Если, конечно, вас обоих это устраивает?
— Только попробуй меня остановить! — Тео улыбнулся, погладил ее по щеке и нежно поцеловал. — Теперь вы оба понимаете, почему альфа и омега нуждаются в бете рядом с собой?
Гермиона повернула голову, чтобы посмотреть на Гарри, и тот кивнул.
— Да, я понимаю, — сказала она, счастливо улыбаясь Гарри.
— Это хорошо, потому что я связал нас всех вместе в первую ночь твоей течки, Гермиона. Мы бы оказались в затруднительном положении, если бы ты передумала. — Тео усмехнулся, наблюдая, как Гарри растянулся на кровати. — Серьезно, Поттер, ты знаешь, какой ты красивый? Иди сюда. — Гермиона взвизгнула, когда Тео проворно перепрыгнул через нее и прижал Гарри к кровати. — Могу я поиметь тебя сейчас, Гарри? Как полагается? Мои гормоны достаточно успокоились, и сейчас нет шанса на случайный узел внутри тебя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Зрачки Гарри расширились, и он кивнул. Тео откинул свою непослушную челку назад и наклонился, чтобы поцеловать его шрам в виде молнии, на что Гермиона улыбнулась. Эти отношения уже складывались лучше, чем она могла себе представить. Тео потянулся к ее руке, и она переплела свои пальцы с его, а затем улыбнулась, когда Гарри накрыл обе их руки своей.
— Обещаю вам обоим, это только начало, — сказал Тео, глядя на их соединенные руки. — Новое начало для всех нас. После того, что мы делали на этой неделе, я не могу дождаться, когда наши отношения начнут расцветать.
— Новое начало, — повторил Гарри, поднося их сложенные руки к губам, — для всех нас.
Гермиона кивнула, разрываясь между желанием увидеть Тео и Гарри вместе и острой потребностью в долгом горячем душе.
— Поскольку мы только что чудесно пережили мою бурную течку, я согласна с Тео. Не могу дождаться следующего этапа наших отношений.
