Читаем без скачивания Попо и Фифина - Арна Бонтан

— Ну и что, — сказал решительно Попо. — Всё равно я сумею. Мы с Фифиной часто моем кастрюли и сковородки… Когда мама Анна велит. И сами тоже.

Женщина продолжала улыбаться и в это время думала о том, что она очень устала от ходьбы: с самого утра всё ходит и ходит, просто ноги гудят. Разве нельзя ей немного отдохнуть?.. И она сказала, поглядев на Попо:

— Ладно, сынок. Попробуй, если хочешь. А вычистишь хорошо, дам тебе монетку. — С этими словами она поставила бидон на землю.

Попо не нуждался в повторном приглашении. С быстротой молнии он набросился на бидон, перевернул его набок и нырнул внутрь. Не совсем нырнул, но всё-таки просунул туда голову, плечи и, конечно, руки, предварительно набрав полные пригоршни песку. И вот он принялся скрести несчастный бидон и делал это безусловно с умением. Его тёмное тело извивалось, и был он похож на большую лягушку, которая вовсю барахтается, отталкивается задними лапками и пытается куда-то уплыть, но никак не двигается с места… Да, на это стоило поглядеть!

Тем временем Фифина занялась бидонами другой молочницы. Фифина не переворачивала их набок, как Попо, и не залезала в них до пояса. Она поднялась на камень возле колонки, опустила в бидон свои тонкие, длинные руки и стала тереть его, доставая почти до дна.

Пока ребята трудились, обе женщины присели в тени дерева на другой стороне улицы, вытянули усталые ноги и замолкли, погрузив пальцы ног глубоко в дорожную пыль. Но молчание длилось очень недолго. Через минуту они уже весело болтали, сверкая зубами, и курили чёрные сигары. Попо увидел это, когда вылезал из своего бидона за новой порцией песка.

Возможно, они говорили о новых платьях, которые купят наконец, когда продадут побольше молока и накопят достаточно денег. А может, посмеивались над тем толстяком, который проходил по улице. Он как раз приподнял свою шляпу, чтобы поздороваться с ними. И какая это была шляпа! Высоченный шёлковый цилиндр — их носили кучера лет пятьдесят назад. Но забавней всего было не это, а то, что, кроме цилиндра, на толстяке и одежды-то почти не было: так, одни лохмотья. Потому женщины и не удержались от смеха.

Когда все четыре бидона засверкали снаружи и внутри, Попо и Фифина, получив по монетке, весело побежали домой.

Солнце уже садилось, начинался прилив, и волны всё сильней ударяли о скалы. А чуть подальше от берега, где море было спокойней, на фоне зелёных волн блестела серебристая полоса парусов. Это рыбачьи лодки возвращались с утреннего лова.

— Как красиво, — сказала Фифина, показывая на паруса.

— Да, — подтвердил Попо. — Только змеи были в сто раз красивей… Куда они девались, ты не видела?

— Наверно, мальчишки смотали их и ушли домой, — сказала Фифина. — Уже поздно. Не успеешь оглянуться, как солнце зайдёт.

Но тут Попо не согласился с ней.

— Если бы у меня был змей, — сказал он, — я бы ни за что не смотал его так рано. Пусть летает, пока совсем не стемнеет. И пускай все его видят…

Фифина не стала спорить, только посоветовала не говорить об этом родителям.

— Потому что, — сказала она, — никто тебе не сделает змея, если ты из-за него будешь пропадать целыми днями, до позднего вечера.

Немного подумав, Попо согласился с ней. Конечно, нельзя говорить взрослым всё, что приходит в голову. Они ведь такие странные, эти родители. Никогда не знаешь, что позволят, а что запретят. И сердце Попо наполнилось гордостью за свою умную старшую сестру.

Глава 8. Новый змей

Папа Жан тёр свой подбородок. Его лоб морщился. Папа Жан думал о змее для Попо. В общем-то, сейчас ему не до этих игрушек — он рыбак и занят с утра до ночи. Но разве можно отказать, когда все, решительно все — и Попо, и Фифина, и мама Анна, и даже малютка Пенсья, — смотрят тебе в лицо и ждут, пока ты согласишься.

— Они сегодня вели себя очень хорошо, — сказала мама Анна. — Лучше, чем всегда.

Папа Жан безнадёжно махнул рукой.

— Ну ладно, — сказал он, — сделаю. Потому что если я не сделаю, то покоя мне не видать… Только больше ни слова об этом. Зато, когда завтра проснётесь, ваш змей будет готов к полёту.

Попо подскочил с земляного пола, и ноги его замелькали в воздухе.

— Ой, папа Жан, папа Жан!

Фифина захлопала в ладоши и пустилась танцевать.

— Папа Жан, папа Жан!

Мама Анна улыбнулась. Малютка Пенсья заворковала, как голубь…

Да, много радости доставил сегодня папа Жан даже одним своим обещанием. Подумать только: настоящий змей! Чудесный, красный, жёлтый и ещё, может, зелёный!.. Самый-самый настоящий змей — яркий, словно птицы с острова Гаити! Он будет парить в облаках, как эти птицы, как сон, как мечта!.. И неужели папа Жан думает, что его дети заснут сегодня хотя бы на одну минутку? Да ни за что!..

Когда Попо и Фифина проснулись на следующее утро — правда, немного раньше, чем обычно, — конечно, их змей был уже готов! Красный, с жёлтой и зелёной каёмкой! И рядом с ним лежал целый клубок тонких крепких ниток. Это был змей, о котором можно только мечтать!

Попо долго осматривал его со всех сторон и только потом завопил:

— Фифина! Идём сразу на берег!.. Его уже можно запускать!

— Ой! — сказала Фифина. — Я даже не думала, что папа Жан так быстро сделает.

Своё сокровище они вынесли со двора, осторожно и медленно поддерживая его с двух боков. И ещё осторожней и медленней спускались они по склону к берегу моря. А когда наконец очутились на чистом белом песке, то остановились и поглядели по сторонам и вверх: всё ли в порядке, не угрожает ли что-нибудь их змею?

Нет, не всё было в порядке. Неподалёку торчала огромная ветка, и Попо не хотел рисковать. Разве не видел он змеев, повисших на деревьях, словно подбитые птицы?! Что, если с их змеем случится такое?

— Пойдём дальше, — сказал он Фифине.

И она помогла оттащить змея от дерева.

— Ну, а теперь, — сказал Попо, — держи его, пока я размотаю нитку. Только не очень сжимай, а когда скажу, сразу отпусти. Поняла?

И опять Фифина не стала ни спорить, ни возражать, а просто сказала:

— Ага.

Попо размотал около пятидесяти ярдов ниток, потом оглянулся — хватит ли места для разбега?.. Да, теперь всё было в порядке.

— Готово! — закричал он. — Отпускай!

В ту же секунду Фифина выпустила из рук змея, а Попо что есть духу помчался вдоль берега, натягивая нитку. И в этом ему здорово помогал сам змей, который сразу же взмыл вверх и понёсся и поплыл по серому рассветному небу, всё больше напоминая красную птицу… или даже алую звезду! Выше!.. Ещё выше!.. Ух, как красиво! Попо пришлось ещё разматывать — хорошо, моток был большой: папа Жан не пожалел ниток.

Фифина бежала рядом с Попо и не говорила ни слова. Да и о чём можно было говорить, когда над светлым берегом, прямо над твоей головой, среди неба повисла ярко-красная звезда?! Пусть она не настоящая, эта звезда, но ведь так похожа на те, что на небе!

А в море — сегодня оно было не таким спокойным, как вчера, — уже выстроились в ряд небольшие парусные лодки. Рыбаки начинали ещё один трудовой день. И в одной из этих лодок стоял папа Жан. Правой рукой он ухватился за мачту, а левой размахивал в воздухе, посылая привет своим детям. Резкий ветер развевал его порванную рубашку, и она была похожа на флаг, который изрешетили пули, а его руки и шея блестели на солнце, как антрацит.

Попо знал, что папа Жан очень гордится их змеем… А как же иначе? Разве не он приложил к нему руки? Не сам папа Жан?

Вскоре все лодки вышли из гавани в открытое море, их почти не стало видно. Зато всё ярче разгоралось медно-красное солнце. Оно ползло вверх по серому небу и сразу окрашивало его в голубой цвет.

— Как тянет? — спросила Фифина про змея.

— Здо́рово, — ответил Попо. — Там, на небе, наверно, страшный ветер.

— А гудит? — спросила Фифина опять про змея.

Попо приложил ухо к нитке.

— Гудит, говоришь? Он поёт!

— Дай послушать, — попросила Фифина.

Брат поднёс нитку к самому её уху:

— Ну как?

— Настоящая песня. И очень красивая… Дай я подержу змея…

Ребята побежали дальше по берегу к тому месту, где из воды торчали огромные камни. Там они уселись передохнуть и по очереди держали нитку, ощущая, как упруго она натягивается, содрогается, по очереди прислушивались к её мяукающему гуденью.

Потом Попо глянул в небо… и увидел там ещё одного змея. Да какого огромного!.. Когда он успел подняться? Что нужно этому чужаку? Как смеет он врываться в их небо? Что ему, воздуха мало? Нет другого места?! Чужой змей был скучного коричневого цвета, но он так же весело и бойко нырял и взмывал под порывами ветра, как и змей Попо. Даже слишком бойко! Попо испугался, как бы этот чужак не зацепился за его нитку и не оборвал бы её. Ему вдруг показалось, что большой коричневый ястреб охотится за маленькой багряной птицей.