которые вьетнамцы где-то намедитировали военно-китайским способом, французы не то, что сделать ничего не могли: они даже звуковой разведкой не могли определить место выстрела. Звук сто раз отражался от гор и пропадал в постоянном тумане.
Из-за тумана бились аэропланы, и тоже ничего не могли ни разведать в зеленой каше, ни корректировать огонь. А если не справлялся туман, то вьетнамские зенитчики справлялись превосходно. На гребнях гор они часто оказывались выше садящихся или взлетающих самолетов и могли бить на выбор.
Блокада сделала свое дело. Большой гарнизон Дьен-Бьен-Фу, примерно десять тысяч, практически дивизия — сдался на капитуляцию. Сдался тем самым узкоглазым, которых французы так ненавидели и презирали. Хотя технически французы в той войне были на две головы выше оборванных нищебродов из Вьетминя — даже еще не Вьетконга! Но неудачный выбор позиции уничтожил все техническое превосходство.
При выборе позиции решается либо первая, либо вторая задача.
Первая задача: по месту цели выбирается позиция, чтобы до этой цели достать. Вот стоит замок, и ты высчитываешь, где поставить требушеты или там пушки, чтобы обвалить стену. Место замка известно, характер цели известен. Можно думать и считать.
Это работа "от цели". Дистанцию ты пока не знаешь. Вот выберешь позицию, будешь знать.
Вторая задача: твоих баллестерос ставят в заслон на дороге, но что по ней приедет, ты не знаешь. Ты знаешь, что со ста шагов добрая генуэзская цагра пробьет стальным фунтовым болтом и самого рыцаря и его коня, если вдруг чего. С двухста шагов поплохеет и тяжелому пехотинцу. А всякой там бездоспешной мелочи придет святой Яков и дева Мария уже и за триста шагов.
Это работа "от дистанции". Цели ты пока не видишь.
В обоих задачах очень важно так выбрать позиции, чтобы избежать ответного удара, если вдруг противник окажется сильнее, чем доносила разведка. Вот французы в Дьен-Бьен-Фу не подумали: а если узкоглазые все-таки затащат пушки на склоны, что тогда? И стоило это французам проигранной войны, по итогам которой на карте мира появился коммунистический Северный Вьетнам.
Уметь избежать ответного удара — очень важный принцип, он есть не только в артиллерии. Он есть в фехтовании, там тоже дрессируют после каждого укола-выпада сразу брать защиту. Рефлекторно. Мало ли. Даже смертельно раненый боец может из последних сил прихватить в Вальгаллу противника.
Тем более в наше время: ответный удар прилетает практически всегда. Неважно, стреляешь ты из окна верным АКМ, или с огневой позиции дивизионом 122 м: в современной войне второго выстрела с одной точки делать нельзя. Тот же многократно руганный Круз пишет, как его герой косит бандитов с удобной позиции, а потом замечает меланхолично: на чеченской войне меня бы давно убили, там никто не даст с одной точки три выстрела сделать… Я вот Круза уважаю именно за такие крупицы опыта-знаний, там и тут рассеяные, а не за то, кому там выстрелом в задницу чего нашептало. Тем более, что последние события показывают: это все не фетиши заигравшихся в войнушку мальчиков, а вполне себе информация для выживания, которая может пригодиться, увы, в любой момент.
Снова сползли с темы. "Клиент потеет и сползает"; уменьшаем жар и возвращаемся.
Какие же инструменты есть у артиллериста по части позиции — дистанции?
Только дистанция дает настоящую защиту в большинстве случаев, потому что любые укрепления рано или поздно будут разбиты, любую огневую рано или поздно вычислят — а запас дистанции позволяет маневр, то есть, попросту, позволяет отбежать из-под накрытия. Хотя бы на километр в сторону, хотя бы в соседнее окно здания — и ты жив.
Поэтому не получается поставить вперед ни позицию, ни дистанцию. Оба понятия одинаково важны, причем не только в артиллерии.
Исторически самой первой была прямая наводка. Цель видно прямо с батареи, никакие промежуточные звенья не нужны. Куда снаряд или там ядро упало, тоже видно, сразу и поправиться можно. Минус тот, что позиция твоя открытая: если ты видишь противника, то и он тебя, и тут уже кто первый успел зарядить, правильно наводку посчитать, и выстрелить.
Важная разница: "прямая наводка" одно, а "прямой выстрел" другое.
На прямой наводке ты противника видишь, но рассчитывать выстрел все равно нужно. Как я уже говорил выше, во внешней баллистике, любое брошенное летит по дуге. Если дуга крутая и высокая, снаряд на цель упадет сверху. Если дуга невысокая, скажем, у АКМ превышение траектории в средней точке всего 0,5 м, то снаряд в цель придет спереди. Но вообще без превышения — только световой луч, только лазер. Для всего остального надо таблицу брать, считать по таблице.
А вот если противник вообще-совсем близко, то кривизна траектории уже ничего не решает. Это и называется: "прямой выстрел". Кривизна траектории за контур цели не выходит. Ну попадешь ты не строго в середину танка, а чуть выше середины, для корпусной пушки 105мм никакой разницы. Танк массой менее 20 т просто перевернется. Как мячик. Более тяжелый скинет башню, как лось рога по весне.
Тут все здорово, но и сбежать от ответного огня с прямой наводки не сбежишь. Ты видишь — тебя видят. Поэтому когда командир дивизии выдвигает свою артиллерию на прямую наводку — например, остановить танковый прорыв — это означает примерно десяток орденов и около трех тысяч похоронок. И артиллерии у него больше нет. Последний козырь на столе, все.
Итак, дистанция прямой наводки: цель видишь, выстрел обсчитываешь.
Дистанция прямого выстрела: цель видишь, наводишь "через канал ствола", считать ничего не надо.
Понятно, что опыт войны был учтен и появилась пушка "Рапира — МТ-12", которую мы привыкли называть МТ-100 или "сотка", по причине, понятно, калибра 100мм. У "рапиры" дальность прямого выстрела за счет мощного пороха и длинного ствола целых 2500 м. В нашем дивизионе, правда, ориентировались на 1500 м, потому что скорость снаряда тоже 1570 м/с. Куда крестик прицела смотрит, туда и прилетит, не надо драгоценные секунды на расчеты тратить.
Но и танки к тому времени научились быстро бегать и стрелять не хуже, так что противотанковая оборона — ПТО — как была "двойной оклад, тройная смерть", так и осталась.
Вполне логично перейти на закрытые позиции. Когда технология довела дальность стрельбы до 12–15 км, так и сделали. Пушки убрали за лес, за холмик, просто за горизонт. Если кому интересно, то видимый горизонт с высоты человеческого роста примерно 4 км, но это в голой степи. А в среднеевропейском ландшафте все равно дальше 2 км ничего не видно: лес или холмы мешают. Вот, отъехал от фронта километров на несколько, и
