Вскоре ее послали помочь пожилой женщине, которая решила составить каталог своей обширной коллекции антиквариата. Анна Тернболл круто изменила жизнь Меган. Эта восьмидесятилетняя бездетная вдова разглядела в юной стенографистке редкую целеустремленность и твердость характера. Анна взяла Меган под свое крыло и начала ее опекать.
Много вечеров Меган провела у кресла Анны, жадно впитывая ее рассказы об истории антиквариата, о красоте старинных вещей, о связи прошлого и настоящего. Она оказалась хорошей ученицей. Ей хотелось, чтобы Анна гордилась той новой женщиной, которой постепенно становилась Меган.
Когда Анна умерла, Меган была безутешна. Она оплакивала близкого друга и наставницу. C ее смертью закончился целый этап в жизни Меган. В своем завещании Анна оставила ей пять тысяч долларов и коллекцию из двадцати тщательно отобранных предметов антиквариата. Это было проявлением любви и веры в то, что ее ученица не свернет с избранного пути и добьется поставленной цели. Меган оправдала надежды Анны. Она сумела открыть собственный магазин и назвала его «Аллея памяти»…
— Сколько воспоминаний, — тихо произнесла Меган. Почему именно сегодня она задумалась о прошлом? Стил — вот кто тому причиной. Его дьявольские глаза разбередили ей душу. Маска уверенной в себе деловой женщины не защитила ее. Стил Дэннер растревожил ее, заставил вспомнить всю прошедшую жизнь и… ушел. Вернется ли он когда-нибудь?
Стил закрыл за собой дверь и огляделся. В его довольно большой квартире царил настоящий кавардак. По понедельникам приходила уборщица, но за неделю он умудрялся завалить все углы газетами, одеждой и грязной посудой. Он снял пиджак и кобуру, разделся, побросав одежду на диван, и отправился в ванную.
Приняв душ, он натянул старые, застиранные джинсы, которые обтянули его мускулистые бедра, как вторая кожа. Почувствовав голод, он прошел в кухню и сунул в духовку замороженный обед. От нечего делать решил немного прибраться: вернулся в гостиную, сгреб кипу газет и три разных носка с дивана и бросил все на пол в углу.
Стил знал, что он неряха. Всегда ли я был неряхой? — подумал он, укладываясь на диван. Нет, дед не терпел беспорядка. Когда же я успел так распуститься?
Его рука нащупала серебряное украшение на цепочке, запутавшееся в густой черной поросли на груди. Он взял его и поднес к глазам. Это был серебряный ястреб. Дед Стила начал носить его, когда стал мужчиной, и сам надел его на шею внуку, когда тому исполнилось четырнадцать лет. С того дня Стил никогда не снимал его.
Что станет с серебряным ястребом, когда я умру? — думал Стил. Наверно, я унесу его с собой в могилу. У меня нет сына, которому я мог бы передать семейную реликвию. После моей смерти от меня ничего не останется.
— Черт подери, — сказал он вслух, спрыгнув с дивана, и отправился на кухню за банкой пива. — Что с того, что у меня нет детей? Конечно, неплохо было бы иметь сына или дочь, но это означает, что я должен жениться. Но я не хочу никакой жены! Почему я говорю сам с собой? Наверно, старею.
Эта мысль поразила его. Все его существо восстало против нее. Он вовсе не стар и еще успеет родить двадцать сыновей! Индейские гены сильные, все его дети будут похожи на него, даже если их родит светловолосая женщина с зелеными глазами.
— Что?! — произнес он вслух и остановился. — Черт подери. При чем тут ты, Меган Джеймс?
Съев невкусный обед и три бутерброда с арахисовым маслом, Стил никак не мог придумать, чем бы ему заняться. Он испытывал смутное беспокойство, бродил по квартире, не находя себе места. Что с ним? Он просто сам не свой. Наконец он включил телевизор, поискал что-нибудь интересное и, ничего не найдя, раздраженно нажал на кнопку. Экран погас. Может, прибраться? Он вынес в мусоропровод три мешка мусора, набил бак в ванной грязным бельем, вытер пыль, пропылесосил мебель и ковер, запустил посудомоечную машину, выбросил из холодильника засохшие остатки и вымыл пол в ванной и на кухне.
— Неплохо, — похвалил он сам себя. — Теперь никто не скажет, что Стил Дэннер неряха.
Часы пробили двенадцать. Раздевшись, Стил улегся в постель и уставился в темноту. Он нисколько не устал и совсем не хотел спать. Раз уж нечего больше делать руками, почему бы не поработать головой?
Например, поразмыслить о Бодине. Вместо сказки на ночь. Фрэнки Бодин… Что он замышляет? Стил и Кейси наставили ему палок в колеса, так что хитрому Фрэнки придется долго чинить когда-то отлаженный механизм. Что у него на уме? Нелегальная иммиграция? Деньги большие, но очень рискованно. Пограничные службы усилены и готовы к решительным действиям. Фрэнки Бодин и Меган Джеймс… Антиквариат? А что с ним можно сделать? Украсть что-нибудь в «Аллее памяти» и перепродать? И что он с этого будет иметь? Жалкие гроши. Так что же связывает Фрэнки и Меган?
— Кто ты, Меган Джеймс? — произнес Стил в ночной темноте. — Кто ты такая, черт подери?
Стил всегда спал как убитый. Ему никогда ничего не снилось. Сон был для него средством восстановить силы и дать отдых мозгу. Но в эту ночь его преследовали странные видения: Фрэнки нагло хохотал прямо ему в лицо, Родди и Брайан с любовью смотрели друг на друга, не обращая на Стила никакого внимания. А потом он увидел Меган. Она протянула руку, взяла у него серебряного ястреба и повесила его себе на грудь.
Стил проснулся весь в поту и долго лежал без сна. Потом ненадолго задремал, пока его не разбудили первые проблески рассвета.
Глава третья
Стил натянул джинсы и вишневый свитер и до середины затянул молнию легкой серой куртки, чтобы скрыть висевший под мышкой револьвер. У него болела голова. Просто разламывалась, как после хорошей пьянки. Видимо, уборка квартиры плохо подействовала на его нервную систему. Настроение у него было хуже некуда.
Стил уже собрался уходить, когда вдруг зазвонил телефон.
— Дэннер, — сказал он в трубку, потирая пальцами ноющие виски.
— Стил? Это Кейси. Слушай меня: ребята из ФБР узнали, что два месяца назад Бодин ездил в Париж.
— Это еще зачем? — резко бросил Стил и застонал: — О-о, моя голова…
— Откуда я знаю, мистер Солнечный Свет? Ты что, с похмелья маешься?
— Ничего подобного! Просто у меня жутко болит голова.
— Ты принял аспирин?
— Нет.
— Ну ты даешь! Прими две таблетки, куриные твои мозги.
— Интересная мысль. Пожалуй, я так и сделаю. Фэбээровцы не знают, зачем он туда ездил?
— Нет. Выясняют.
— Проклятье…
— Это точно. Я пошел собирать информацию. А ты?
— Понаблюдаю за магазином Меган Джеймс: кто входит, кто выходит… Потом зайду, нанесу, так сказать, визит вежливости.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
