В меню вошли суп «мисо», салат из кальмаров в соусе «терияки», салат из водорослей в маленькой корзиночке, ярко-красная икра летучей рыбы и большое ассорти суши из морепродуктов — лосось, гребешки, крабы, макрель, несколько видов ролл, все с теми же дарами моря. Ей понравились филадельфийские роллы, с угрем, плавленым сыром и спаржей, а также красиво декорированный, как цветы, сашими на маленьких тарелочках. От сакэ они отказались, тем более что оба были за рулем. Питер ограничился еще одним бокалом пива «Асахи», а она — минеральной водой и зеленым чаем.
Уже после десяти минут сидения в неудобной позе Брит почувствовала себя достаточно неуютно. Все-таки все эти восточные церемонии не для западной женщины. Это развлечение для извращенного мужского характера. Нормальным людям, то есть женщинам, это ни к чему. В любой женщине заложена склонность к комфорту и удобствам. В ней, во всяком случае, точно.
Эти же самые японские блюда вполне можно было поглощать за обычным столом и сидя на обычном стуле. Хуже от этого они бы не стали. Да и без палочек лучше бы обойтись. Она с интересом наблюдала, как Питер ловко управляется с этим восточным инструментом. В прошлом, в начале их супружества, этого не было. Можно констатировать, что пять лет вне брака прошли не напрасно, появились новые навыки и умения. Сама она некоторую практику работы с палочками, конечно, получила, наспех перекусывая взятой в китайской харчевне лапшой из картонной коробки. Японскими партнерами, к сожалению, пока не обзавелась. Однако ее умений для наслаждения японской едой в японском ресторане было недостаточно. Когда некоторые куски, прежде чем попасть в рот, по несколько раз выпадают из рук, когда при этом сидишь в неудобной позе, с одеревенелой спиной и затекшими ногами, то извлечение удовольствия из экзотической трапезы выглядит проблематичным.
А главное, сложно правильно вести беседу. Брит даже вполне резонно предположила, что мистер Бреннер, выпускник Гарвардского университета, имеющий степень бакалавра не только в области экономического менеджмента, но и прикладной психологии, специально поставил ее в такие условия, чтобы вывести из равновесия, навязать свою волю, помешать разумно мыслить и принимать оптимальные решения.
Впрочем, Питер не спешил подойти к делу. Давал «дозреть клиенту». Вначале они отведали от всего принесенного, несколько освободив стол, заставленный разноцветьем экзотических блюд, похожий на обильно поросшую полевыми цветами лужайку. Задал несколько общих вопросов о ее жизни, работе и родителях, не особенно скрывая, что ответы ему уже известны.
И только закончив с едой, и рассказав пару смешных эпизодов из первых своих шагов на японской земле, Питер перешел к главному. Положил палочки поверх тарелки, допил из бокала пиво, аккуратно промокнул губы салфеткой. Потом поднял глаза и, слегка прищурившись, внимательно вглядываясь ей в лицо, начал:
— Я ценю твое терпение, Брит. По глазам видно, что изнываешь от нетерпения, но вопросы не задаешь. Это похвально. Итак, я хотел бы поговорить с тобой вот по какому вопросу. Мне стало известно о положении твоей компании, Данные получены по нескольким каналам. Источники достаточно надежные. Информацию я перепроверил. Ошибки исключены. Поэтому не будем тратить время впустую на препирательства и доказательства. У меня есть к тебе предложение. Оно носит и деловой, и личный характер.
Бригита пожала плечами, изобразив недоумение на лице, но не стала возражать.
А Питер продолжил:
— Суть в том, что я хочу перебраться на постоянное жительство из Нью-Йорка в Торонто. Причин несколько. Основная причина состоит в том, что мой отец решил отойти от дел и передает мне свою «экономическую империю». Если помнишь, он занимался масс-медиа. Владелец нескольких газет, радиостанций, телеканалов и издательств в разных странах. Кстати, недавно приобрел одну из торонтских газет.
— Спасибо за информацию, Питер. Я слежу за прессой. Бизнес-леди обязана быть в курсе городских проблем. А твой отец достаточно популярная фигура в местных деловых кругах. Так что я в курсе некоторых его дел. Иногда достаточно скандальных.
Она вспомнила колоритную фигуру мистера Бреннера-старшего, точнее, господина барона Вольфганга фон Бреннера, и те светские сплетни, которые нередко появлялись о нем в местных газетах. Послевоенный эмигрант из Австрии, похожий на бывшего офицера вермахта, кем он, собственно, и являлся во Вторую мировую войну. Служил в альпийских егерях, поскольку в молодости увлекался альпинизмом.
Сыну это спортивное увлечение не передалось, предпочитает более аристократические забавы — гольф и конное поло. Правда, это тоже ушло в прошлое, после того как Бреннер-младший неудачно упал с лошадки во время матча и повредил коленную чашечку. После этого иногда прихрамывает, особенно в сырую погоду. А ракетку и теннисный корт сменил на шахматные фигурки и деревянную доску в клетку. Заявил, что эта игра больше всего подходит для бизнесменов. Развивает стратегическое мышление, умение рассчитать комбинацию на несколько шагов вперед и способность думать не только за себя, но и за противника.
Бреннер-старший выглядел импозантно даже в старости. Высокий, худой, коротко подстриженные, густые, но совершенно седые волосы и усы щеточкой. Он быстро сколотил себе капитал, умело и жестко, по-военному, управляя своими служащими. В семье он тоже установил полувоенные порядки.
И жена ему под стать. Типичная арийская фрау по имени Гертруда. Высокая, светловолосая, с удлиненным лицом, блеклыми голубыми глазами и тонкими, всегда недовольно поджатыми губами. Цвет волос и глаз Питер унаследовал от нее. Да и характер, наверное, тоже. Аккуратная, хозяйственная и неулыбчивая дама, постоянно готовая прочитать нравоучение и дать непрошеный совет, особенно нерадивой невестке.
Супруги трогательно обращались друг к другу: Вольфи и Герти. Они часто разговаривали по-немецки, с мягким австрийским произношением, даже в присутствии Бригиты, что обижало и настораживало ее. Неприятно чувствовать, когда от тебя что-то демонстративно скрывают.
А в целом, просто кричащий контраст с ее родителями. Ее отец — Манфред Маклеллан — профессор, историк и археолог, специалист по истории Америки доколумбовой эпохи и культурам аборигенов. Невысокий, полный, краснолицый, с седым венчиком вечно взлохмаченных остатков волос вокруг головы. Отец гордится своими шотландскими предками, переписывается с дальними родственниками в Эдинбурге и даже иногда выезжает на историческую родину поучаствовать в каких-то языческих клановых сатурналиях. Естественно, что дома хранится полный набор одеяний и даже древнее вооружение шотландского горца — кильт, сумка, волынка, огромный палаш и даже какая-то старинная, фитильная аркебуза. Из алкогольных напитков отец признавал только шотландский виски, настоящий «брэнд» двенадцатилетней выдержки, неразбавленный «скотч» со льдом, никакой содовой. Хотя, к счастью для семьи, потреблял его крайне редко.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
