— Я же говорю, что лучше на том и прекратить, — повторил Спринг. — С вами кончено.
Но самолюбие не позволяло побежденному примириться с подобным исходом. Зарычав от бешенства, забыв о всяких правилах, он снова ринулся на Спринга, осыпая его градом беспорядочных ударов. В первое мгновение этот натиск ошеломил Спринга. Затем он сделал шаг в сторону, нанес удар, и незнакомец, взмахнув руками, рухнул на землю. Он распростерся на траве, раскинув огромные руки и ноги и обратив к небу обезображенное лицо.
Спринг молча смотрел на лежавшего без сознания человека, пока не почувствовал на своей обнаженной руке чье-то мягкое и теплое прикосновение. Рядом с ним стояла та же дама.
— Не теряйте времени! — воскликнула она, сверкая черными глазами. — Бейте его!
Вскрикнув от отвращения, Спринг оттолкнул женщину, но она схватила его за руку.
— Я заплачу вам семьдесят пять фунтов…
— Бой окончен, сударыня. Я больше до него не дотронусь.
— Сто фунтов! Целых сто фунтов. Они у меня здесь, в корсаже. Вы отказываетесь от ста фунтов?
Спринг отвернулся. Неожиданно женщина метнулась мимо него, намереваясь ударить поверженного каблуком в лицо, но Спринг грубо оттащил ее.
— Отойдите! — крикнул он, встряхивая даму. — Постыдились бы бить лежачего.
Мужчина застонал и повернулся на бок. Потом он с трудом сел, провел влажной рукой по лицу и, пошатываясь, поднялся на ноги.
— Ну что ж, — произнес он, пожимая широкими плечами, — схватка была честной, мне не на что жаловаться. В свое время я был любимым учеником Джексона, но вы оказались лучше меня.
Внезапно взгляд его упал на лицо разгневанной женщины.
— А, Бетти! — воскликнул он. — Так это тебя я должен благодарить! Как же я не догадался, когда получил твое письмо!
— Да, мой повелитель, — ответила женщина, насмешливо приседая. — Это меня ты должен благодарить. Все подстроила твоя жена. Я спряталась вот за теми кустами и смотрела, как тебя избивали, словно собаку. Ты не получил всего, что мне хотелось, но, думаю, с таким лицом ты не скоро сможешь пленять женщин. Помнишь, что ты тогда сказал, мой повелитель? Помнишь эти слова?
Несколько мгновений незнакомец ошеломленно молчал, затем схватил валявшийся на земле хлыст и взглянул на женщину из-под нависших бровей.
— Ты сущий дьявол! — воскликнул он.
— А что скажет гувернантка? — спросила женщина.
Побелев от ярости, незнакомец бросился на нее с занесенным хлыстом, но Спринг, раскинув руки, быстро встал между ними.
— Так не годится, сэр. Я не могу этого допустить.
Незнакомец злобно посмотрел на жену из-за плеча боксера.
— Так это все в отместку за дорогого Джорджа! — горько усмехнулся ом. — Но и бедный Джордж со своим сломанным носом, видимо, уже получил отставку. Ты что, перешла на боксеров? Путаешься со спортсменом?
— Лжец! — воскликнула женщина.
— А, сударыня, задело? Ну что ж, вот вы вдвоем и предстанете перед судом за браконьерство и физическое насилие. Какая будет картина, бог мой, какая картина!
— Ты не сделаешь этого, Джон!
— Не сделаю?! Подождите здесь минуты три, и вы увидите, сделаю или нет.
Он сорвал с дерева свою одежду и, все еще пошатываясь, побежал через поле, свистком созывая своих людей.
— Живо! Живо! — крикнула дама Спрингу. — Нельзя терять на минуты! — Бледная и дрожащая, она задыхалась от волнения. — Он поднимет на ноги всю округу. Это будет ужасно… Ужасно!
Женщина побежала по узкой извилистой тропинке, и Спринг, одеваясь на ходу, бросился за ней. По полю, справа от них уже спешил на свисток вооруженный лесник. Два батрака, метавшие сено, прекратили работу и, не выпуская вил, оглядывались по сторонам. Но дорога оставалась пока безлюдной, а фаэтон поджидал их. Лошадь мирно пощипывала траву у обочины, на высоких козлах дремал кучер. Дама быстро вскочила в коляску и знаком подозвала Спринга.
— Вот ваши пятьдесят фунтов, — сказала она, передавая ему завернутые в бумагу деньги. — Вы идиот, что не воспользовались случаем и не превратили их в сотню. Мы с вами в расчете.
— Но куда же мне идти? — спросил боксер, растерянно всматриваясь в разбегавшиеся во все стороны тропинки. — Куда мне идти?
— К дьяволу! — крикнула женщина. — Гони, Джонсон!
Фаэтон сорвался с места и исчез за поворотом дороги. Том Спринг остался один.
Со всех сторон неслись крики и свистки. Он понимал, что теперь, когда даме удалось избавиться от неприятной перспективы разделить с ним его судьбу, ей совершенно безразлично, попадет он в беду или нет. Собственно, и сам Том Спринг начал испытывать безразличие ко всему. Он был до смерти утомлен, от падений и ударов у него болела голова, к тому же его глодала обида. Он медленно побрел по дороге, не имея ни малейшего представления о том, где надо свернуть на Танбридж-Уэлс. В отдалении послышался лай собак, и он понял, что их пускают по его следу. Убежать от них нельзя, и Том решил, что с таким же успехом может подождать собак и здесь. Он вырвал из изгороди кол потяжелее и, крайне обозленный, угрюмо присел в ожидании того, что ему предстояло.
Но первым появился не враг, а друг. Из-за поворота дороги вылетела двуколка с впряженным в нее резвым рыжим коньком. Двуколкой правил румяный владелец гостиницы «Королевский дуб». Он бешено размахивал кнутом и поминутно оглядывался назад.
— Прыгайте ко мне, мистер Спринг, прыгайте! — крикнул он, натягивая вожжи. — И люди и собаки… Сейчас они будут здесь… Садитесь скорее! Пошел, Рыжик!
Больше он не проронил ни слова, пока они буквально не пролетели, словно на скачках, две мили и не оказались в безопасности на Брайтонской дороге. Только здесь он бросил вожжи на спину коня и толстой ручищей хлопнул Тома Спринга по плечу.
— Великолепно! — воскликнул он. Его большое красное лицо сияло от восторга. — Боже мой, как это было прекрасно!
— Что? — удивился Спринг. — Вы видели бой?
— С начала до конца! Клянусь честью! И подумать только, что я дожил до счастья стать одним-единственным зрителем такого матча! О, это было замечательно! — кричал он в бурном восторге. — Видеть, как его милость упал, словно бык от удара в затылок, а ее милость, сидя за кустами, хлопала в ладоши! Я предчувствовал, что предстоит что-то интересное, и следил за вами всю дорогу. Когда вы остановились, я привязал Рыжика к дереву в рощице и через лес прокрался за вами. И хорошо, что так сделал, потому что сейчас вся округа поднята на ноги.
Спринг в крайнем изумлении бессмысленно глазел на своего спутника.
— Его милость! — наконец выдохнул он.
— Именно, мой мальчик, лорд Фолкэнбридж, вице-губернатор, председатель суда графства, пэр королевства — вот кто ваш противник.
