Читаем без скачивания Инквизиторы космоса - Йен Уотсон

Все же кто он такой? Где находится Император?

Повсюду и нигде..

Где-то.

Не здесь.

Не в Трейзиоре.

Возможно, где-то далеко отсюда.

Возможно, Император даже дальше, чем Бифф мог себе представить. И даже еще больше, еще больше.

Какие большие вещи известны Биффу?

Он уставился громиле прямо в глаза и смело сказал:

— Имя Императора — Болыпе-чем-ты-сам. Имя Императора — Смерть.

Смысл сказанного громила, похоже, понял еще до того, как солдат успел перевести. На его губах промелькнула едва заметная улыбка.

Трое ребят сидели в комнате, залитой светом круглых светильников. На стене висел ковер, изображавший поход через пустошь, имевший место три века назад. Для Биффа тут же находился солдат-переводчик, которому, по-видимому, это не очень нравилось, потому что со стороны могло показаться, что он — слуга по-донщика. Ереми и Бифф таращили друг на друга глаза, и на Лександро тоже. В памяти у всех еще жило воспоминание об их прежней встрече, имевшей такой трагический исход; Лександро же в присутствии этих двоих… своих товарищей… напустил на себя презрительный вид.

Правда, когда вошел космический десантник, Лександро уже не испытывал чувства превосходства.

Сержант космического десанта Хаззи Рорк остался доволен проделанной в тот день работой. Воспользовавшись ситуацией, когда армия набирала рекрутов, он не терял времени даром и был вознагражден сторицей.

Имперские Кулаки осуществляли набор курсантов в основном из двух сталагмитных миров. Одним была ледяная планета Инуит, где пещерные города, разместившиеся в сталагмитах, как соты в улье, вздымались над поверхностью планеты на десяток километров. Внизу лежал панцирь из льда, сковавший космическое тело броней толщиной еще в три километра. Вторым был Некромонд, отравленная пустыня. Обычно космическому десанту требовалось не слишком много новобранцев: полностью укомплектованный отряд Космического Десанта насчитывал всего тысячу боеспособных воинов, которые могли прожить три сотни лет, а то и больше. Потеря одного из них была настоящей трагедией. Но еще и триумфом, потому что не было смерти более благословенной, чем смерть в бою во имя священного дела Императора. И такие трагические триумфы вызывали необходимость пополнять число воинов.

С этой целью Имперские Кулаки просматривали записи судебных заседаний и криминальных расследований, объектами внимания закона в которых были подростки. В них они искали особый сплав находчивости, отваги и силы воли. Однако часто случалось так, что подходящий кандидат к тому времени, когда Кулаки узнавали о его существовании, уже получил по заслугам и кончал жизнь в газовой камере или был умерщвлен при помощи разрывной пули. Парней такого плана нужно было подбирать в довольно раннем возрасте, поскольку формирование тела нужно начинать вскоре после начала полового созревания. Восемнадцатилетние ребята для таких преобразований уже совершенно не годились. Конечно, из них можно было бы сделать могучих солдат, но среди сверхлюдей, которыми были десантники, они казались бы низкорослыми карликами.

Имелась и вторая проблема: многие из отобранных кандидатов не выдерживали тех или иных диагностических тестов…

Но эта троица к их числу не относилась. Только не они. Эти парни далеко пойдут.

Теперь предстояло приучить их к дисциплине: отучить убивать друг друга, что, похоже, у них в крови.

— Лександро Д'Аркебуз, — произнес Хаззи Рорк, — Ереми Белене, Бифф Тандриш: ваш муравейник называется Трейзиор, что означает «Три Сестры», и назван он так из-за своих трех вершин. Кем бы вы ни были раньше, отныне вы будете тремя братьями. В группе других братьев. Начиная с этого момента если кто-то из вас набросится на одного из братьев, не получив приказа сделать это от своего командира, обидчик попадет в рабство и его отдадут в наши лаборатории для проведения хирургических экспериментов, где он будет оставаться до конца своих дней. Это вы хорошо усвоили?

Лександро и Ереми кивнули, а Бифф, услышав перевод, нахмурился. Лоб его покрылся морщинами, когда он попытался вникнуть в смысл сказанного.

Пробормотав быструю литанию, Хаззи Рорк включил проектор, в прорезь под чистым полотном мерцающего экрана вставил медальон с записанной информацией.

Монотонное поле расцвело живой картиной. Подросток с нежной розовой кожей был заключен в стальную раму механизма, голыми оставались только кисти его рук. Расширенные зрачки казались лазорево-мраморными. Перед ним стоял сосуд с прозрачной жидкостью. В нем лежала сложная головоломка из соединенных вместе колец. Руки механической рамы, схватив его ладони, опустили их в жидкость, которая зашипела и задымилась. На экране крупным планом демонстрировались его пришедшие в движение гибкие пальцы. Звуковое сопровождение отсутствовало.

— Это кислота, — объяснил Хаззи Рорк. — Кольца сделаны из нержавеющего адамантия. Непослушного парня напичкали экспериментальным лекарством, хотя острота его тактильных ощущений полностью сохранена. Он не может выдернуть руки до тех пор, пока не расцепит кольца.

Некоторое время они еще продолжали наблюдать за испытанием, потом десантник спросил:

— Как вы считаете, нужно ли теперь вынимать руки, когда мяса на костях уже нет? Это третья попытка испытуемого. Он уже дважды подвергался искусственному восстановлению плоти, которую заменили псевдотканью.

Рорк нажал на кнопку с вырезанным на ней черепом. Экран померк, из прорези внизу выскочил медальон с записью.

— Я все понял, — сказал Бифф. — И усвоил.

— Теперь вы всецело находитесь в моем распоряжении и под моим наблюдением, — сообщил им Рорк. — Сейчас по глубокому тоннелю для военного транспорта мы отправимся во Дворцовый муравейник, туда, где расположена наша крепость-монастырь. На орбиту вас и других новобранцев доставит транспортное судно. Оттуда на базу Имперских Кулаков мы попадем на корабле для бросков.

С этими словами десантник сжал кулак, который по размеру едва ли не равнялся голове любого из набранных им ребят, хотя, может быть, это было и не совсем так.

— Как мы можем стать таким, как вы, сэр? — несколько нерешительно спросил Лександро.

— Вот что запомни, Д'Аркебуз. Отныне новоиспеченный кадет не станет первым обращаться ни к одному из Имперских Кулаков. Заговорить с ним он может только тогда, когда тот сам обратится к кадету. Наказанием за первое нарушение будет одна минута в нервопер-чатке, Д'Аркебуз. Переведи это, хотя бы приблизительно, солдат! Что такое нервоперчатка, Д'Аркебуз?

— Сэр, готовящийся к вступлению в кадеты ответа на этот вопрос не знает.

— Правильно ответил, кадет.

Десантник выждал какое-то время, словно приглашал высказаться двух других своих подопечных, но ни один из них не рискнул.

Лександро, Ереми и Бифф молча обменялись взглядами. Три брата Трейзиора.

ГЛАВА 3

Лександро полагал, что родная база Имперских Кулаков находится на какой-то планете. Может быть, там будет нестерпимо жарко, чтобы испытать их характер; может быть, планета будет покрыта глянцем ледникового панциря. А может статься, их встретят непроходимые джунгли…

Но не исключал он и другой возможности. База могла оказаться каким-то огромным искусственным спутником, луной из пласталя на орбите одной из планет. Религиозные видеоклипы давали волю воображению.

Однако ничего подобного в реальности не было.

Во всяком случае, в реальности Имперских Кулаков…

Лександро стоял в обсерватории корвета и смотрел в четырехлистник окна. Корабль, казалось, медленно плыл в чернильной пустоте, вдали от звезд, пустоте более черной и более отрешенной от всего мира, чем само одиночество. Впереди он видел огромного левиафана, который как будто был высечен из льда искусной рукой мастера, с плавниками и перепончатыми крыльями и высокими башнями, вершины которых были связаны летящими контрфорсами.

Палуба длинного двора выступала вперед наподобие зазубренного широкого клинка. Его черными зазубринами были бронированные крейсеры и транспортные суда, рядом с которыми корвет с новобранцами представлялся козявкой. Напрягая зрение, он пытался рассмотреть детали. Рядом с большими кораблями он заметил личинки судов помельче, едва различимые невооруженным глазом.

— Попробуй линзы, — услышал он рядом насмешливо-обворожительный голос.

Голос Веленса.

У узорчатых иллюминаторов собралось не меньше десятка рекрутов из различных муравейников Некромонда, и теперь они с любопытством пялились наружу. К этому времени Лександро уже мог говорить с любым из них, независимо от их происхождения и местожительства. Родной диалект не имел значения. Все кадеты прошли курс скоростного обучения классическому варианту имперского готического языка в гипнокабине. Даже бывший подонщик Бифф Тандриш, и тот овладел правильной речью и мог бегло изъясняться на правильном языке, хотя в его случае значение слов временами расходилось с их произношением. Слова порой срывались с его языка бессмысленным потоком. Создавалось впечатление, что количество усвоенных слов превосходило количество их значений. Но, надо отдать ему должное, бывший подонщик горел желанием восполнить этот пробел.