Оппонент замялся, пробормотал невнятную абракадабру, на том спор и финишировал. Осуждающая лекция, конечно, не повлияла на привычки знакомого Михаила.
Михаил хоть являлся противником живодёрства, но, как известно, нет на свете безгрешных. И на его совести лежала маленькая сгубленная жизнь.
Прошлым летом он покончил с вороной, принадлежащей стае, совершавшей налёты на загон, где вместе с курами паслись цыплята. Чёрные охотницы уже утащили двоих птенцов, и Михаилу пришлось пойти на терзающий поступок. Эпизод с кровавыми пробоинами на тельце создания помнились и теперь. Мальчику приснилось после того, словно он – ворона, парящая в небесах в своё удовольствие, которая неожиданно подвергается разрывающим ударам, и весь он становится дьявольски горячим, пикирует вниз, все цвета замещаются жаркой краснотой, мир крутится бешеным смерчем…
«Зачем они творят убийства? – размышлял Михаил, сидя под вишней. – Какой тут смысл? Хищники вынуждены убивать травоядных на пропитание, иначе они сами погибнут от голода. И мы, и я – тоже не вегетарианцы, нам простительно. Но кто они, находящие в чужых страданиях и смертях утеху и забаву? Представили бы себя на их месте!»
Михаил вдруг заметил, что думает совсем не о том, и запер в клетку вольнолюбивые мысли. «Намеревался обрести покой на время, а выстроилось всё шиворот на выворот,» – усмехнулся мальчик.
Он глянул на часы и убедился в переборе с прогулкой. Пора домой.
* * *
Михаил лениво щёлкал по кнопкам телевизионного пульта с быстротой радиста, шифрующего послание азбукой Морзе. Абсурд! Три канала транслировали юмористические передачи, если подобную ахинею не стыдно называть юмором. Какой-то клоун нёс со сцены всякую чушь, где и намёка на смех нет, но зрители хохотали без тайм аута.
«Смотреть противно!» – Михаил вырубил надоевший прибор и решил продегустировать недавно загруженную компьютерную игру. Он баловался иногда стрелялками, но не убойными, где экран мельтешит и не видно даже самого себя.
Родители дома отсутствовали, и динамики, имитирующие пальбу и вопли монстров, галдели на полную мощь.
В разгаре сражения Михаил не обратил внимания на дверной скрип. Мать вернулась из магазина. Только со второго раза, когда она ступила на порог комнаты сына, её голосу удалось просочиться к ушам воинствующего школьника.
– Убавь громкость, терминатор! – крикнула она. Михаил повиновался.
– Снова буянишь. Чего ты в этих игрушках нашёл? – отказывалась понимать она.
– Das ist phantastisch, – тихо и беспечно выдал семиклассник.
– Вот-вот, – поддакнула мама, – и так фантастики через край.
– Это где ещё?
– Телевизор смотреть надо! – она возилась с покупками, расфасовывала их по холодильнику и ящикам.
– То-о-очно! – фамильярно подтвердил сын. – Какой-то идиот гонит всякую пургу, а народ в истерике. Фантастика!
– Я серьёзно. В магазине сегодня по телевизору областные новости передавали. В городе катаклизм. Дожди льют.
– Тоже мне, катаклизм, – хмыкнул Михаил, продолжая стирать в порошок виртуальных пришельцев.
– А дождичек-то не простой, а золотой, – в её слова добавилось грусти.
– Монеты с неба валятся? – Михаил принял сообщение матери за шутку.
– Не совсем, – тучность в её голосе сгущалась. – Там по телевизору видео показывали, панораму города и дождь…
– Ну…
До Михаила начало доходить отсутствие здесь розыгрыша.
– Вода светится. Как бы фосфорицирует. Говорили, она и в темноте сияет. Ещё сказали, что образцы воды взяли на экспертизу.
– Ничего! Обыкновенная вода. Профессора в тупике, никто не способен выдвинуть хоть одной вразумительной теории. В конце, правда, телезрителей попросили сохранять спокойствие, якобы, всё это абсолютно безопасно, потому что… И потом представили интервью доктора каких-то там наук, который аргументировал это на ломаном языке терминов. В общем, я ни сколечко не поняла, почему же нам не советуют бояться золотого дождя. Врут! Не могут сами ничего определить, и напридумывали ерунды, которую всё равно никто перевести не сумеет. Ну да ладно, вечером повторять будут – поглядишь. Не нравится мне это…
Пока Михаил анализировал вышеизложенное, мама протяжно ахнула.
– Масло забыла купить, растяпа! – укоряла она себя. – Миш, сбегай, пожалуйста.
Деваться некуда. Он отключил компьютер, захватил нужную сумму и вышел из на улицу.
* * *
Пять минут спустя. Михаил шёл по обочине мощёной потрескавшейся дороги.
Он редко покидал границы семейных владений, если не учитывать каждодневные экскурсии в школу. То есть оставшуюся часть суток он просиживал дома. Замкнутость в течении многих лет заложила в Михаила такой комплекс, что теперь ему доставляло внутреннюю неприязнь нахождение в чуждой, неизученной обстановке. Лишь у себя в квартире или на своём участке он испытывал комфорт. Сейчас он вновь вне зоны дружественных земель, а значит можно ожидать нехороших событий.
Впереди поворот. Михаилу уже мерещился предвестник плохого, но когда мальчик свернул за угол, то резко затормозил, чуть отстранившись назад. «Проклятье!» – мысленно выругался он. В десяти метрах от себя Михаил обнаружил компанию, состоящую из одноклассников и выходцев параллельного класса. В памяти всплыл сон. «Лучше бы я опять в те катакомбы провалился!» – пожелал он. Правильно. Там он хотя бы огромную силу имел, а тут всё по-настоящему.
Михаил намеревался юркнуть обратно, но, к сожалению, он был замечен раньше.
– О, супермен чешет! – завопил кто-то.
– Атас, пацаны! Сейчас всех по асфальту размажет! – уцепился другой, и улица наполнилась гнусным смехом. Михаил невольно напророчил, что из этого бедлама ему не вылезти с солнечным настроением. Тем не менее, мальчик изображал непринуждённость, словно равнодушен к уколам сверстников.
Михаил решил скользнуть между бандой и зданием, около которого она копошилась, но самый высокий в команде упёрся ногой в стену, образовав перед ним шлагбаум.
– Ты что, Миха, не здороваешься? Совесть потерял? – с нахальной улыбкой стал наезжать он, вынув изо рта догорающий, дымный окурок.
Михаил нарисовал два варианта выхода из ситуации: шмыгнуть под барьером или оттолкнуть… Предпочтение было отдано последнему. Таким выпадом мальчик подписал себе приговор. Данное действо повлекло за собой возмущение членов шайки. Взяв Михаила в кольцо, они принялись сыпать на него своими блестящими навыками нецензурной брани и толкать к стене, лишая возможности пробиться наружу. Однако Михаил не отражал атаки. Куда ему против целой оравы! Оставалось выжидать, когда они насытятся издевательствами и отпустят бедолагу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
