Увидев, что Майя скучает, староста группы Оливия попросила ее заполнить журнал посещаемости. Сама сокурсница стояла в очереди за предсказанием. Закончив писать список, Майя пошла искать профессора Чуба для подписи. Тот уже убежал в мастерскую и принялся чинить музыкальную шкатулку. Девушке пришлось некоторое время ждать, пока он закончит. Когда она вернулась в класс, парты уже пустовали. Даже Оливия убежала, так и не забрав журнал.
Зиневра Трилуна поглаживала сферу и сонно рассматривала магические предметы у стен.
— Майя Семироз, верно? — улыбнулась она девушке.
— Верно, — кивнула Майя, пряча журнал в сумку, — вы это в кристалле увидели?
— Нет, тут и гадать нечего, — простодушно ответила женщина. — Сразу видно, чья вы кровь. — Девушка улыбнулась. Если раньше сходство с отцом ее раздражало, то теперь это даже стало комплиментом. — Я имела честь знать и вашу маму. Хотя в то время мало кто не знал восходящую звездочку Оперного Театра с золотым голосом. Велизар познакомил нас, еще когда только начал за ней ухаживать. Даже хотел прийти на сеанс и узнать, какое у них будущее.
— И что вы ему показали? — заинтересовалась Майя, подступив к столу.
— Ничего, он передумал.
— Почему?
— Сказал, что ему это уже ненужно, — усмехнулась Зиневра. — Полагаю, это и значит осознать, что кого-то по-настоящему любишь. Независимо от будущего, он уже точно решил, что хочет встретить его с вашей мамой…
Майя слегка улыбнулась и подошла к столу, чтобы ближе рассмотреть шар. Мог ли он показать, что ждет ее маму? И мог ли тогда отец спасти маму, если бы знал?
— …Есть вещи, которые нельзя изменить, — ворвался в мысли Майи голос провидицы.
Девушка подняла глаза на женщину.
— Как вы поняли, о чем я…
— Я не увидела смерть своего первого мужа, — провела по шару тонкими пальцами Зиневра. — Точнее, увидела, но не поняла, что к этому приведет… Увы, не всегда возможно понять, что грядет, даже если это видишь.
Майя посмотрела на шар, на поверхности которого отражались краски кабинета.
— Это касается и Армии, верно? — тихо спросила Майя. — Вы видели ее, но не поняли, откуда она явится.
Края губ провидицы слегка дрогнули в грустной улыбке. Она поднялась и хотела замотать шар, как тот выскользнул и покатился по столу. Майя двинулась быстрее, чем поняла. Она подхватила кристалл, когда тот полетел с края стола.
— Отличная реакция! — улыбнулась Зиневра и слегка помотала головой, отчего серьги на ее острых ушах зазвенели. — Прошу прощения, после долгих сеансов в глазах рябит.
— Ничего страшного, — улыбнулась Майя, подумав, что шар довольно тяжелый и холодный.
Она хотела вернуть кристалл его хозяйке, но вдруг туман вмиг наполнил нутро сферы. Он буквально забурлил, словно кипящее зелье в котле.
— Ого, оно так и рвется наружу, — оживилась провидица.
— Что рвется?
— Предсказание.
И не успела Майя опомниться, как Зиневра шустро накрыла ее ладони своими и прикрыла глаза. Когда она открыла их, Майя чуть не отскочила: в глазах женщины клубился тот же бурлящий туман, что и в шаре. Ее губы медленно зашевелились:
— Имя твое станет для тебя запретом, ибо ночь теряет власть с рассветом, а слово — нет. Склонив колено, он замкнет на тебе оковы…
Туман в глазах женщины рассеялся, и на девушку посмотрели прояснившиеся фиалковые глаза. Провидица выдохнула, схватившись за голову и чуть не упав. Майя, до этого застывшая, как соляной столб, неловко поддержала ее. Вошел профессор Чуб. Увидев едва стоявшую на ногах гостью, испуганно подскочил к ней:
— Госпожа Зиневра, вам плохо?
Женщина рассеяно заморгала, глянула на чародея, а затем вопросительно на Майю, и та поняла, что провидица ничего не помнит. Профессор Чуб помог Зиневре сесть на стул.
— Леди Майя, что произошло? — напряженно глянул он на адептку и запнулся, увидев нездорово бледное лицо девушки. — Леди Майя? — настороженно спросил, видимо, опасаясь, что и вторая вот-вот рухнет в обморок.
— Простите, мне надо идти, — девушка всучила ему шар, схватила с парты сумку и выскочила из класса.
Глава 3. Внушение
Майя быстро шла по коридору. В животе скрутился тугой узел, а мысли хаотично метались, напоминая осиный рой. Минуя встречных адептов, девушка едва сдерживалась, чтобы не сорваться на бег.
«Имя твое станет для тебя запретом, ибо ночь теряет власть с рассветом, а слово — нет, — эхом отдавались слова провидицы в голове. — Склонив колено, он замкнет на тебе оковы…»
Девушка стиснула зубы. Нетрудно было догадаться, кто мог такое с ней сделать. Все четыре месяца Майя жила в объятьях неизбежного, но старалась не поддаваться страху перед грядущей платой врагу. А что же теперь, он закует ее в цепи?! Повернув за угол, Майя влетела в чью-то грудь и больно стукнулась носом. Она бы упала, но ее успели придержать за плечи.
— Леди Майя? — Девушка подняла глаза и посмотрела на свое испуганное лицо с большими глазами в отражении черных круглых очков — на нее озадаченно смотрел профессор Белозор. — Святые Древа, на вас лица нет, — заметил мужчина. — Вам дурно? — Сжав губы, Майя помотала головой. Ей пришлось несколько секунд стоять и просто дышать, стараясь унять сжавшую горло панику. И это еще больше насторожило учителя. — Вы не подхватили вирус? — прислонил он ладонь к ее лбу.
— Нет, я подхватила предсказание, — мрачно буркнула Майя, но, поймав недоуменный взгляд учителя, выдавила улыбку. — Все хорошо, просто небольшая слабость.
— Пройдемте со мной, леди Майя, я дам вам что-то бодрящее, а то ваша бледность похлеще, чем у утопленника.
— Но у нас же с вами урок… — напомнила девушка.
— Здоровье адептов всегда на первом месте, — мягко улыбнулся декан. Он положил руку на ее плечо и подтолкнул в сторону своего кабинета. Поняв, что отказ неприемлем, Майя пошла с учителем. По дороге чародей вдруг спросил: — Надеюсь, это не из-за одного обалдуя?
— Нет, Эльдар тут не причем.
— И не из-за второго?
— Отец тоже не причем.
Профессор слегка кивнул. Они еще немного прошли, когда он снова спросил:
— А вы случайно не пили из пробирок в комнате Эльдара?
Майя вскинула брови. Она вспомнила, что видела в комнате сокурсника небольшую коробку с разными жидкостями, подписанными неизвестными названиями. Как и помнила, что парень попросил их не трогать.
— Нет.
— И не пейте, то я ему пристал. Там все яд.
— Вы прислали ему яд? — удивилась Майя. — Зачем?
— А он вам не рассказывал? — глянул на нее профессор. — Еще когда я работал на его семью, учил его различать не только зелья, но и отравы, — не без ноток гордости заявил мужчина. — Та коробка — его внеклассное задание: узнать яд по запаху и подобрать к нему антидот. Так сказать, вспоминаем давно пройденный материал.
— А-а, — выдохнула Майя. — А это не опасно?
— Для Эльдара? — насмешливо спросил профессор Белозор. — Будьте спокойны, еще в детстве я давал ему пить все эти отравы. — Майя остановилась и вылупилась на учителя. — Да-да, для профилактики, — спокойно подтвердил профессор, будто речь шла о витаминах. — Еще я приспособил его к зелью правды. Должен признаться, сейчас я несколько об этом жалею, — криво улыбнулся мужчина. — Жаль, что его отец даймон, а не фейри. С теми проще — они не могут лгать.
Пару секунд Майя растерянно смотрела на учителя, а затем тихо выдохнула:
— А я еще удивлялась, почему он рядом с вами такой напряженный. Учитель на это только загадочно улыбнулся. Он привел ее в свой кабинет и налил какое-то травяное снадобье. Майя приняла стакан, решив умолчать, что после всех этих рассказов о «профилактике» у нее еще больше сомнений, стоит ли что-либо принимать из рук декана лекарей. — А кто отец Эльдара? — спросила Майя, вернув осушенный стакан учителю.
— Он и этого вам не рассказал?
— Нет. Он вообще мало что о своей жизни до Академии рассказывает, — проворчала девушка. Профессор Белозор повернулся к ней. Через его черные очки она ощутила внимательный взгляд. — Вы знаете, почему? — спросила Майя.
