Читаем без скачивания Папская булла - Игорь Афонский

Алексей сам немного подождал другого рейса, несколько параноидальных мыслей пришлось отбросить в сторону. Никто за ним не следил.

Город Петра встретил его сыростью и прохладой. Уже вечерело, когда он попал на автовокзал. И мокрые от дождя улицы играли огнем рекламы, мосты ещё не были разведены. Он никуда, казалось, не спешил, ему мешали его новые дела принять правильное решение по отношению к старым знакомым. Что-то неясное, смутное тревожило его по-прежнему, и он не знал, что с этим делать.

Глава пятая, в которой нам напоминают о содержимом литовского сейфа

Литовский детектив Ричардас Пожинайтис оказался на редкость терпеливым малым. Его командировка в городе Местищево затянулась. Надо напомнить, что этот не очень крупный город обязан своим названием прилегающему дорожному тракту. В старину проезжающие пассажиры сначала интересовались у извозчиков названием этого места. Ямщики удивленно таращили глаза, бурчали в ответ, мол, это Местищево, сударь. Их больше интересовал придорожный трактир, где можно было заказать с порога наваристых щей и сразу выпить рюмку пшеничного винца.

Правда, школьный учитель истории, местный краевед утверждал, что название города пошло от села Мстищево, где местные жители дали отпор, по его словам, крупному французскому отряду в 1812 году. Но это не факт, сами посудите, село Мстищево вот — за рекой, а город Местищево — тут, с другого берега. А потом, что тут делать было французам? Если только простые мародеры. Или отряд фуражиров.

Так вот, литовец присмотрел себе отличное занятие. Его работа ночным портье в одном из лучших отелей города обернулась хорошим прикрытием. Он составил своё мнение о расстановке сил в местных правоохранительных структурах и криминальном деловом мире. Больше того, город его принял как родного. Он стал местной достопримечательностью. Все вдруг его стали узнавать и здороваться с ним. Иногда по телефону он выходил на связь с одним абонентом, но разговор был короткий, так как содержимое немецкой папки найдено не было.

Полковник Петров, который долго и упорно разгребал все последствия чудовищного сражения, был наконец-то отозван в Москву. Как следовало воспринимать его возвращение? Многим оно казалось опалой, другие видели в этом награду за службу. Пожинайтис счел такое завершение операции как лакировку. И действительно, на его место прибыл другой полковник. Многие узнали в этом человеке генеральского курьера, консультанта, который всегда только мешал оперативной работе Петрова, когда, скажем, «суетился» по поводу новых конфискованных машин. Такого скользкого типа как полковник Иванцов городок не видел уже давно. Он тут же навёл мосты «дружеских» отношений со всеми городскими службами. Умел проникать глубоко в поры, пускать корни, беспримерно вязнуть в улыбках и громких словах. И порой это проходило, всех гипнотизировало высокое звание и положение этого офицера.

Новый мэр города, господин Тургенев Александр Юрьевич, пришёл к власти после очередных выборов. Он сумел предложить вполне приемлемую программу «оздоровления» экономической ситуации в крае. Воспользовался всеми начинаниями Джокера, а, как известно, последний бизнесмен много успел сделать для своего города. Предприниматель г-н Тургенев вёл политику повышения уровня жизни рядового горожанина.

Чем всё это обеспечивалось, спросите вы? Всё очень просто. Тургенев ввёл систему ПИ (персональной индексации) каждого жителя города. Дело в том, что раньше Тургенев владел небольшим банком, который и ввёл всю эту систему. Каждый житель получил кредитную карту, обычную карту банка для повседневных операций. На неё перечисляли пенсию, туда же новый мэр распорядился скинуть сумму для тридцати бесплатных поездок в городском транспорте и оплаты пятнадцати поездок в городской электричке. Чем же особенным отличались такие карточки, скажем, от карточек «сбербанка» или любого другого коммерческого банка? Да ничем. Просто он «привязал» всех жителей к этой системе оплаты, ввёл налоговые льготы и бонусы при использовании в магазинах города. Владельцы магазинов города были обязаны новой политике мэра, и они делали горожанам видимые ценовые уступки. Все городские аптеки, кафе, гостиницы и рестораны принимали со скидками клиентов этого банка. Но не это было самое главное. Мэр изменил отношение горожан к денежной потребительской системе. В таких условиях даже «на чай» давали на личную карточку официанту.

Самым главным «козырем» г-на Тургенева была системы страхования жителей. Страховой медицинский полюс от его банка оплачивал многие виды медицинских услуг в городских поликлиниках и больницах. Он сумел обо всём договориться. Накопительная система банка для каждого вкладчика поощряла все виды вкладов, а также кредитов. Незаметно каждый житель стал зависим от банка. Надо уехать на работу — пожалуйста, каждая десятая поездка в городском автобусе будет бесплатная. Следует купить продукты, нет проблем, сумма покупки больше одной тысячи рублей приносит бонус, которым можно воспользоваться в следующий раз. Устроил мероприятие в местном кафе, оплатил карточкой, тут тебе и скидка или возврат суммы для следующей, очередной услуги. И даже оплата проезда в системе городского такси стала выгодной, тут всё строго контролировалось диспетчером. То же самое происходило с кредитами, они стали более доступными.

«Сладкая паутина» скидок опутала все виды сервиса, все операции вдруг стали подконтрольны. Пока ничего криминального в этом не было. Мэр Тургенев на данный момент уже не владел этим банком, но рычаги управления в нём остались. И была ещё одна особенность, я бы отметил странность во всех этих мероприятиях. Людей заставили проходить медицинское обследование с обязательной сдачей анализов крови. Был даже создан специальный банк крови города Местищева. Но об этом я намерен рассказать чуть позже.

Полковник Семенов возглавлял местное РУВД. Он получил эту должность вполне честным путём, поднялся по служебной лестнице из майоров. В тот момент, когда людей старого мэра Мамедова прижали или откровенно «подставили», он сам под руководством полковника Петрова производил арест своего начальника. Потом последовала операция по обезвреживанию бомбы на территории автовокзала. Так получилось, что журналист Синявин взял у майора Семёнова первое интервью для своего нового репортажа. И вся страна увидела будущего полковника в самом лучшем свете. А что ещё требовалось для карьерного роста?

Затем случилась трагедия на железнодорожном сообщении. Правда, имелась небольшая подтасовка фактов. Погибли сотни людей. Полковник Семенов днём и ночью курировал это самое мероприятие. Только ему было разрешено оповещать жителей города обо всех последствиях. Он стал лицом города и очень гордился этим. Появление полковника Иванцова внесло некоторую нестабильность в отношениях с федеральной властью. Тот вечно что-то выпрашивал, намекал на свои связи среди высоких покровителей. Такие отношения ничего хорошего не сулили. Тут требовались наглядные, читай, «показные» результаты работы. А так уже давно никто не работал. Как понял полковник Семенов, конфискованные машины кому-то в Москве очень пригодились. Но других партий в городе больше не было и, самое главное, не предвиделось.

«Скользкий это тип! Разве это настоящий полковник? Вот, при Петрове такую кашу тут заварили, а потом он всё сам и «расхлебал»! Вот он полковник, а этот, только тень отца Гамлета!»

Глава шестая, в которой мы возвращаемся к Паше Северному, к бухгалтеру и к Зарине

Это уголовное дело в городе Местищево в канун Олимпиады-80 прогремело как гром среди ясного неба. Хорошо отлаженная незаконная схема по производству и сбыту обуви была выявлена местной прокуратурой. Подпольный цех на списанном оборудовании производил вполне сносную обувь, которую потом продавали в Москве, как чехословацкого производства. Ниточки следствия тянулись в разные стороны. Но потом их быстро оборвали, и только несколько человек село после заседания суда на разные сроки исправительно-трудовых работ. Бухгалтер Сидоров Михаил Валентинович — молодой, грамотный специалист потерял в одну минуту всё: и честное имя, и семью, и свободы лишился. Он получил восемь лет и был отправлен на знаменитый «пятак», в мордовские степи. Впрочем, ему так и сказали.

— Валентиныч! Дадут тебе столько, сколько в статье в Уголовном Кодексе написано будет. А выйдешь потом, как только потребуешься. А документы? Ты не беспокойся, их мы тебе потом выправим. Сам понимаешь, с такой судимостью на работу не всюду возьмут, сразу «отмазать» никак не получается. Прокурор упёрся, а в Москву дело забрать не удалось. Через год — другой напишешь апелляцию, её сразу же рассмотрят, выйдешь «удо». Не ты первый, не ты последний. На месте тебя устроят по первому классу. Будешь, ха — ха, библиотекарем.