В Сараево группа молодых людей, задумавших убить эрцгерцога, заканчивала последние приготовления. Лидером заговорщиков был 19-летний студент Гаврило Принсип, его сообщниками — 18-летние Неделько Кабринович и Триф-ко Грабец.
Еще весной 1914 года, когда все трое учились в Белграде, им стало известно о предполагаемом приезде эрцгерцога в Сараево. Заговорщики обсудили план убийства и с этой целью вступили в сербское тайное общество "Жизнь или смерть", возглавляемое полковником Драгутином Димитриевичем, известным как полковник Апис. Террористы снабдили их револьверами, боеприпасами, бомбами и организовали безопасный переход через границу Сербии в Боснию. Принсипа и его сообщников познакомили с другой террористической группой, куда входили молодой преподаватель Данило Илич и студент Цветко Попович.
Эрцгерцог и его свита провели ночь на 28 июня 1914 года в отеле "Босния" в Илидце, в полусотне километров юго-западнее Сараево. В соответствии с программой высокий гость должен был присутствовать на приеме в городской ратуше, а затем планировалась поездка по городу для осмотра его достопримечательностей.
Утром вереница автомобилей медленно катила по набережной реки Миляч-ка. Толпы народа приветствовали высоких гостей, размахивая австрийскими флагами. Один из зрителей, а это был Неделько Кабринович, попросил полицейского показать автомобиль эрцгерцога. Не успел полицейский ответить, как увидел летящую в автомобиль гранату. Водитель успел нажать на педаль газа, граната отскочила от брезентового верха кабины и разорвалась под колесами второго автомобиля. Кабринович бросился в реку, но его вытащили и арестовали.
Эрцгерцог не придал особого значения этому инциденту и настоял на продолжении намеченной программы. После обеда в городской ратуше вереница автомобилей двинулась по набережной в обратном направлении. Где-то на середине пути водитель переднего автомобиля сбился с пути и повернул направо, на улицу Франца Иосифа.
Кто-то из группы сопровождения приказал водителю затормозить. Кортеж на малой скорости задним ходом попытался выбраться из пробки. Автомобиль эрцгерцога остановился напротив гастрономического магазина "Мориц Шиллер деликатессен", где как раз в этот момент случайно оказался Гаврило Принсип. Террорист выхватил револьвер и дважды выстрелил в эрцгерцога. Первая пуля поразила графиню Софию, вторая застряла в позвоночнике ее мужа. Он еще успел повернуться к жене со словами: "София, София, не умирай. Останься жить для наших детей". Но через несколько минут оба скончались.
Убийца-одиночка или заговор?
К суду было привлечено 25 человек, и среди них — Илич, Грабец и Попович. Судебное заседание длилось неделю, после чего был объявлен приговор. Илич, признанный руководителем заговорщиков, приговаривался к смертной казни; Принсип, Кабринович и Грабец — к двадцати годам каторжных работ, Попович — к тридцатилетнему заключению. Для большинства осужденных это означало медленную смерть. Так и случилось. Кабринович и Грабец умерли от туберкулеза и недоедания через два года. Принсип, который произвел смертельные выстрелы, дожил до 1918 года. И только Поповичу удалось отсидел весь срок и выйти на свободу уже пожилым человеком.
ТРАГЕДИЯ В ВЕСТМИНСТЕРЕ
Спенсер Персеваль не проявил себя выдающимся политиком. Смерть британского премьер-министра оказалась эффектнее, чем его политическая карьера, оборванная пулей убийцы в Вестминстерском дворце.
Убийство — совсем не английский способ устранения неугодных политиков, и в этом смысле пост британского премьер-министра в сравнении с должностью президента США относительно безопасен. Единственное драматическое исключение в сравнительно недавней английской истории — Спенсер Персеваль.
Персеваль стал премьер-министром в 1809 году, сменив на этом посту ушедшего в отставку герцога Портлендского. Он не был выдающимся политиком, и период его правления благополучно канул бы в Лету, если бы не драматическая смерть премьер-министра от руки озлобленного убийцы.
Джон Биллингхэм был предпринимателем с обширными деловыми интересами в России. В 1811 году во время одной из поездок в эту страну он был арестован царской полицией и заключен в тюрьму, что привело его дела к полному краху. Выйдя на свободу, Биллингхэм обратился к британскому генеральному консулу в Санкт-Петербурге с жалобой на жестокое обращение с ним в тюрьме. Но его возмущение оказалось гласом вопиющего в пустыне.
Месть за обиду
Биллингхэм вернулся в Лондон озлобленным и раздраженным человеком. Он засыпал письмами политиков, в том числе и премьер-министра Спенсера Персеваля, требуя принятия ответных действий против российских властей. Однако все претензии жалобщика были отвергнуты под тем предлогом, что он проявил неуважение к российским законам.
В полдень II мая 1812 года Биллингхэм, притаившись за колонной в вестибюле зала заседаний парламента, ожидал прибытия премьер-министра. Вскоре худощавый человек невысокого роста вошел в здание парламента и направился в зал заседаний. ВЬ1йдя из своего укрытия, убийца поднял пистолет и в упор выстрелил в премьер-министра.
Ранение оказалось смертельным, и Спенсер Персеваль скончался через несколько минут. Схваченный на месте преступления убийца был заточен в один из казематов Вестминстерского дворца. Так как он оказался ирландцем, возникли предположения о заговоре, но сам Биллингхэм отверг их: "Я сделал это потому, что мне было отказано в правосудии".
Убийца попытался симулировать невменяемость, но суд решил, что преступник действовал осмысленно, и приговорил его к смертной казни. 18 мая 1812 года, через неделю после совершенного им убийства, Джон Биллингхэм был повешен.
Дело Биплингхэма вошло в историю английского права, установив степень ответственности преступника за действия, совершенные в неуравновешенном состоянии.
Разгоревшиеся на суде страсти выявили несовершенство одной из статей закона, принятого несколько столетий назад. Строгое следование традициям, в том числе и в области права, до сих пор не позволяет британской Фемиде отступать от буквы закона, даже если он явно устарел. Дело Беллингхэма оказалось едва ли не первым в английском судопроизводстве, где незыблемость средневекового британского законодательства была подвергнута сомнению.
ОПЕРАЦИЯ "ВАЛЬКИРИЯ"
Возможно, самыми храбрыми из всех, кто в годы второй мировой войны носил немецкую форму, были участники покушении на Адольфа Гитлера. Ценой своей жизни они пытались приблизить конец нацистской диктатуры.
К лету 1944 года военная ситуация складывалась не в пользу гитлеровской Германии. Ее армии терпели сокрушительные поражения на всех фронтах. В июле войска союзников высадились во Франции. Каждому здравомыслящему немцу стало ясно, что Германия проиграла войну.
До тех пор, пока фюрер находился у власти, он и слышать не хотел о капитуляции. А без этого Германию ожидала катастрофа. Чтобы избежать ее, и была задумана операция "Валькирия". Основной замысел ее участников состоял в ликвидации нацистского руководства — Гитлера, Геринга и Гиммлера. Вслед за этим участники заговора планировали захват власти в Берлине и приемлемый вариант выхода Германии из войны.
Это был не первый заговор с целью убийства нацистского диктатора. С 1938 года их предпринималось по крайней мере шесть, но все оканчивались неудачей.
Инициаторами операции "Валькирия" были генералы Людвиг Бек, Фридрих Ольбрихт и Хеннинг фон Тресков. Затем в круг заговорщиков были вовлечены старшие офицеры. Среди них особенно выделялся своей решительностью полковник Клаус фон Штауффенберг, потерявший руку и глаз в африканской кампании фельдмаршала Роммеля.
Фон Штауффенберг великолепно подходил для выполнения этого замысла. Пользуясь доверием высшего руководства нацистского вермахта, он получил доступ на регулярные совещания с участием Гитлера и его приближенных, 37-летнему полковнику передали портфель с мощным взрывным устройством, специально для этой цели изготовленным в Англии. Его задача заключалась в том, чтобы пронести портфель на одно из совещаний, установить взрыватель и исчезнуть до взрыва бомбы.
11 июля Штауффенберг прибыл на совещание, проводимое по приказу Гитлера в Берхтесгадене. Портфель был снаряжен взрывным устройством, но ввиду отсутствия Гитлера "операцию" пришлось отменить.
Через четыре дня полковника вызвали в ставку Гитлера в Растенбурге. Опять он взял с собой портфель, но в последний момент совещание было перенесено на 20 июля.
После этой серии неудач Штауффенберг решил действовать наверняка. Он дал своему адъютанту вторую бомбу на случай, если одна не сработает, и два офицера самолетом отправились в Растенбург. С аэродрома они на машине штаба сухопутных войск через сеть КПП, минных полей и электрозаборов добрались до одной из засекреченных ставок Гитлера под кодовым названием "Волчье логово".
