Ни тени разочарования не заметил он на лице девушки. Она лишь махнула рукой, села в машину и уехала, оставив у Блейда легкое чувство досады и неясную мысль, готовую вот-вот превратиться в идею. Ну, конечно, все уже оказалось решено — Ричард Блейд действительно уезжает по делам! Маргарет, сама того не ведая, доставила очень полезную информацию! Ее родственники вечером будут здесь. Прекрасно, значит, их не будет в Ливерпуле! Владение логикой — один из основных навыков хорошего разведчика.
Из шкафа тут же были извлечены костюм спокойных тонов, небольшая сумка и мягкая шляпа. Через двадцать минут из дома вышел человек с внешностью клерка, следящего за своей спортивной формой. И даже самый любопытный обыватель, загляни он в сумку молодого джентльмена, не обнаружил бы там ни фотоаппарата, ни диктофона, и уж конечно, ни набора отмычек и баллончика с парализующим газом.
x x x
Над Ливерпулем висел туман, было холодно и сыро. Слившись с толпой унылых служащих, торопливо покидавших свои конторы, Блейд походил по улицам, окончательно сориентировался, затем перекусил в кафе. Пирог, похоже, впитал в себя весь портовый туман, а кофе никогда и не был горячим. После еды галстук и шляпа были убраны в сумку, на шее появился пестрый шарф, и дальше по улицам зашагал приятный молодой человек, может, испанец, может, француз — кого только не встретишь в приморском городе.
Блейд прошел мимо клуба «Луна». Двери там были закрыты, не замечалось и никакого движения; наверх но, концерты здесь давали лишь по субботам. На углу его внимательно осмотрел полисмен, то ли случайно, то ли намеренно торчавший неподалеку от «Луны»,
Затем Ричард нашел дом Джошуа. Большинство окон были темны. То ли не все квартиры оказались занятыми (еще в прошлый раз разведчик отметил, что дом из дорогих), то ли барабанщик уже постарался избавиться от соседей, но внутрь Блейд проник никем не замеченный.
Очень трудно обыскивать огромную квартиру, пользуясь только небольшим фонариком. Вдобавок его приятель Синяя Гусеница аккуратностью не отличался, понаставив и понавесив где только можно великое множество бьющихся и гремящих предметов. Но барабаны были, конечно же, первым, что обнаружил Блейд, войдя в квартиру. Почему-то они стояли в холле и с готовностью обрушились, как только он сделал первые несколько шагов. Ричард тихо выругался и на всякий случай прижался к стене. Несколько минут он стоял неподвижно, слыша только удары собственного сердца и вспоминая недавно виденную русскую кинокартину, в которой все входящие в деревенский дом тут же роняли какие-то ведра и начинали страшно ругаться. Благодаря такой нехитрой сигнализации хозяева всегда точно знали, кто пришел.
В комнате на полу валялись бутылки и стаканы, стульев не было. На протянутых из угла в угол веревках висела одежда, в углу около окна торчал проигрыватель, около него — груда пластинок. Слева на стене висела огромная картина: вешалка с мужским галстуком на ней на фоне перистых облаков. На двери рядом с ручкой была выцарапана чем-то острым надпись: «Я ушел!»
Ричард покопался в картонных коробках, заменявших, видимо, книжные полки, не обнаружил ничего, кроме нескольких книг, вороха журналов и нескольких мягких игрушек. «Детский сад, — подумал он. — Интересно, а шкаф-то у него есть?»
Вскоре нашелся и встроенный стенной шкаф; судя по количеству хранившихся в нем обувных коробок, его хозяин был не просто гусеницей, а по меньшей мере сороконожкой. Разведчик внимательно пересмотрел все коробки, нашел одну с папиросной бумагой для самокруток и небольшим количеством травки. Особого интереса это добро не представляло; видно, парень держал себе на черный день. В общем, ничего стоящего обыск не дал. Ричард вышел в холл и, стараясь снова не угодить в импровизированную сигнализацию, внимательно выбрал дорогу. Достигнув двери, он все же решил не оставлять столь явных следов своего пребывания и водрузить упавшие барабаны на место. «Не думаю, что Джошуа запомнил, как они точно стояли», — мелькнуло в голове у Ричарда, когда он подбирал раскатившиеся тарелки.
Но в последнем барабане оказался сюрприз. Подняв его, разведчик удивился необычной тяжести, а перевернув, даже присвистнул от радости. На небольших скобках, вделанных в стенки, висело около дюжины мешочков. В памяти сразу же всплыли слова Дж.: «Нас больше интересуют продукты переработки, они компактней, их легче спрятать и переправить…»
Ричард был готов держать пари, что держит в руках как раз один из таких «продуктов». Сфотографировав мешочки в барабане, примерно прикинув их вес и пожалев, что нельзя прихватить образец, он внимательно осмотрел всю установку. Остальные барабаны были оснащены аналогичными скобами, но совершенно пусты. «Ну, конечно, — вспомнил Блейд, — группа вернулась из Гамбурга в прошлую субботу. Весь остальной товар уже доставлен покупателям… Стоп! Но я же сам видел, как Джошуа привез ударные в „Луну“! И на них стучали весь концерт!»
На всякий случай он попробовал стукнуть по заполненному барабану: звук был глухой. Не получается! Значит, на этом не играли. Скорее всего, он запасной, его в клубе и не было. Джошуа же опаздывал, потому что передавал товар. Почему оставил этот? Должен еще кому-то отдать или утаил? Узнаем, узнаем! В любом случае, приятель, ты мне здорово помог, решил Блейд.
Так же незаметно, как и вошел, разведчик покинул негостеприимный дом и даже поспел на ночной поезд. Сна не было в помине. Ричард смотрел в окно и под мерное похрапывание соседа припоминал все, что уже удалось ему выяснить о наркотиках и специалистах в этой сфере подпольного бизнеса. И чем дальше поезд уносил его от Ливерпуля, тем крепче становилась уверенность в том, что братец Джошуа, перевозящий товар с континента в своих барабанах, решил заняться не своим делом, и кое-кто из получателей не досчитается у себя нескольких мешочков зелья.
x x x
— Ну что ж, неплохо, Ричард, мой мальчик. Что собираешься делать дальше?
Дж. сидел в кресле, и глаза его довольно поблескивали. Не надо объяснять, что шеф отдела МИ6 отнюдь не бездействовал, ожидая решения Блейда. За домом Джошуа уже велось тщательное наблюдение, а сам незадачливый любитель травки, завтракая в теплом семейном кругу, еще не подозревал, что кусочек мозаики с его именем скоро займет свое место в полной картине. В этом Ричард не сомневался.
— Я думаю, сэр, главное сейчас — обеспечить безопасность Джошуа. Если он действительно позаимствовал часть товара, это выяснится очень скоро -если уже не выяснилось… И тогда ему не поздоровится! Пожалуй, мне придется сопроводить его домой. Мы знакомы, а подходящий предлог всегда можно найти. В конце концов, если он сам не представляет, насколько все серьезно, я могу ему это объяснить, — Заметив неодобрительно приподнятую бровь шефа, Ричард добавил. — Или припугнуть! Выхода-то у парня нет. С одной стороны -недовольные дружки, с другой — мы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
