Читаем без скачивания Поворот ключа. Сборник рассказов - Евгений Пышкин

И опустел зал, и развязали меня жрецы, и было молчание в чертоге суда. Покинул я строение сие и заметил, что солнце прошло зенит.

4

И был я на торговой площади, видел народу великое множество. Еще видел дитя, которое обижали, но тут подошла женщина, что матерью ему была и прогнала обидчиков, и прижала дитя к себе. Говорил я ей: не печалься, ибо мир не столь добр к вновь пришедшему. Ответила женщина в сердце своем: пусть погибнет мир, но дитя мое будет жить. Я же сказал: но если мир погибнет, то где жить будет дитя твое? Она произнесла: сама мир создам такой, чтобы ему можно было жить. И понял я глупость речей своих и отошел от женщины, и сказал в сердце своем: ты – женщина, и это суть твоя.

И еще там было множество юношей, они слушали разговор мой с той женщиной и смеялись, и подшучивали: не говори с ним, ибо он безумен, да и что он может знать о любви. Я же спросил тех юношей: а, вы, знаете любовь? Они ответствовали: что нам в любви? Так говорили они и смеялись, а потом ушли.

Я же говорил в сердце своем сам себе: что вам в любви? Зачем так богохульствовать? Никогда не спрашивайте, но любите. Я глаголю вам: любите; ты женщина, и ты мужчина, что вы хотите друг от друга? Но не думайте об этом. Я говорю вам: любите. Ибо встречал мужчин и женщин, и дивились глаза, и смущался ум, ибо не видел я мужчину и женщину, но видел существо единое. Думал, что глаза меня обмануть хотят, думал, что ум мне изменил. Видел я двоих, но не мог разделить их, ибо каждый был продолжением другого. И если спросили бы: где центр мира, то ответствовал: он ровно посередине находится между мужчиной и женщиной.

Когда солнце коснулось линии горизонта, но еще не ушло за него, то покинул я стены города. Шел я мимо хижин крестьянских, и вот решил отдохнуть. Тут был и крестьянин и признал он меня, и говорил: ты – Елеазар, и слух мой наслышан о тебе, и думаю, что не безумец ты, а великий мудрец. Говорил ему: что мне в меде фраз твоих, они не приближают к богу, но скажу тебе: не превращай меня в камень. Удивился крестьянин: разве я волшебник, чтоб превращать людей в камни? Спросил я тогда: был ли ты в храме? И он говорил: да. Видел ли ты камни в руках моих? Отвечал он: да. Тогда сказал: вот не желаю быть богом, пусть даже и из камня, но глаголю тебе: если ты камень и бог, то изгоню тебя с глаз, чтоб ты пылал в сердце моем, и разрушу кумир твой. Так я говорил крестьянину.

Он же вопрошал: устал от жизни, и вижу зло вокруг, что делать? Я говорил: если в мире только зло одно, то делай добро из зла, ибо его уже не из чего делать. После слов сих покинул меня крестьянин, и задремал я.

Мне приснился сон: перед очами предстал волк с седой шерстью и говорил красноречиво: Елеазар, вот ты, и ты мой, ибо братья мы. Ты кровь от крови моей, и плоть от плоти моей, иди же за мной. Но отвечал ему, что я не кровь от крови твоей и не плоть от плоти твоей, ибо мы разные. Ты – мое искушение, но не прогоню тебя, сам ты уйдешь. Так говорил я волку с седой шерстью, но он не уходил. Видел, как вращал он головой, не желая покидать меня, как волос шерсти его был длинен и закрывал уши. Подумал я, что не слышит он. Тогда обнял руками волчью голову и шепнул ему прямо туда, в его спутанные волосы: ты одинок, ибо не любишь людей, а я одинок, ибо люблю их. Услышав это, замотал волк головой, вырвал ее из рук моих и отошел.

Тогда очнулся я ото сна светлым и чистым как лучезарное солнце и пошел дальше, прочь от города.

5

Покинул я город, и вернулся к тому месту, где взяли меня разбойники. Отыскал свой казан и пошел на холм, и развел костер. Ночь же была тиха, а небо шатром своим склонялось, и видел я кружение звезд, и слышал шум трав. Тогда сел перед костром и закрыл глаза. Слушал я, как огонь пожирает ветки, но вот обратилось зренье мое.

Не открывая глаз, смотрел на те же звезды, но нет, это другие звезды. Видел темный шатер неба, но нет, был это другой шатер, ибо все это находилось в сердце моем, весь мир, что вокруг, жил внутри. И сердце плясало от радости, и нет ни звезд, ни неба, ушли они. Все прошло сквозь сердце, весь мир в нем, но легко стало на душе.

Тогда встал я и почувствовал легкость, и говорил сам себе: это воздушность моя, и кто хочет быть невесомым, пусть отрывает ноги от земли, выше ноги от земли.

И начал танцевать.

Чувствовал я степного волка в сердце, одинокого, но единого с миром этим. Алый бутон костра плясал вместе со мной. И вот, когда ритмы пламени, мира этого и сердца моего слились в монолит, то оглушен был я. Ни звуков ночных – ничего – все отошло. Слышал дух музыки и вверялся ему. Что за мелодия у ночного мира? Откуда мне знать, но прошла она сквозь сердце в разум и завладела ногами. Кружился и плясал я, а надо мной танцующий бог этого мира из колдовства являл вселенную свою.

Вот слышал:

Один, ночь опустилась на мир!Два, великий ночной господин пришел в сердце твое!Три, Елеазар, ты – степной волк!Четыре, бутон огня сердце твое!Пять, звезды в небе зажглись!Шесть, млечный путь – река молока!Семь, танцуй, Елеазар!Восемь, слушай сердце мое!Девять, новый день – новый бог!Десять, все – новое возрожденье!Одиннадцать, Я – любовь для тебя!Двенадцать, Я – танцующий бог!

Так дошел счет до двенадцати и видел, что полночь опустилась на мир сей, понял, что танцевал я много часов. Затихла музыка в сердце, и чувствовал усталость в ногах, но не было для души моей бессилия. Тогда присел я перед костром, и глядел на него и созерцал суть его. Костер все еще танцевал. Удивился, ибо не знал, кто бросал ветки в огонь, чтоб он не погас. Так заворожен был я.

И было явлено второе видение. Зола и уголь, уголь и зола холодны будто лед, ибо дух вышел из них. Тогда свершилось первое подношение богу. И слышал я голос, вещавший мне: смотри, камни, высекающие искры огня в руках твоих, эти камни – первое подношение богу. Наносил я травы сухой и хворосту, и веток, и зажег огонь, ибо ночь была холодна и беспредельна. И слышен голос:

Смотри, Бог, это первый кумир тебе.Смотри, вот горит огонь во славу твою.Смотри, это ты живешь в языках пламени.Гори, не угасай, ибо ты вечен, костер.Гори, ибо ты подобен этому миру.Пляши на ветках сухих.Сжигай эти ветки сухие,Ибо смысл мира в огне.Ветки пылают, но не сгорают.Ветки горят, но угли тлеют,Стынут угли твои.Угли зароем мы в землю.Угли в земле не теряют силы своей,Ибо из земли растут деревья,Новые деревья растут из земли.Они станут ветками костра твоего.Так пляши, гори, мерцай и радуйся,Ибо ты вечен, огонь.

6

Так было явлено второе видение. И стоял я на вершине холма, и начал возноситься в небесный эфир, и зрение ширилось, и третье видение в эту божественную ночь спустилось ко мне.

И в видении узрел степного волка, и говорил он, но слух уловил лишь тот дух музыки, вечно витавший в мире. И, наконец, я слышал песню степного волка:

Слушай то, что я скажу,Слушай то, что скажу я тебе.Будет это слово моеО вечном возвращении.Говорю я к тебе:Человек рождается и не знает он,Что рождался уже.Говорю я к тебе:Человек живет и не знает он,Что жил он уже.Говорю я к тебе:Человек умирает и не знает он,Что умирал он уже.Говорю я к тебе:Огонь не рождается и не умирает,Ибо вечен огонь.Говорю я к тебе:Человек не знает, что он – огонь,Ибо он вечен.Говорю я к тебе:Человек рождается, а, значит,Он уже умер где-то.Говорю я к тебе:Человек умирает, а, значит,Он рождается где-то.Говорю я к тебе:Человек живет здесь, а, значит,Он где-то жил, но там его нет.Говорю я к тебе:Человек – огонь мерцающий,Ибо меркнет он здесь,Чтобы вспыхнуть там.Говорю я к тебе:Читай для себя ты из слов моих,Что не будет тебя здесь, ноБудешь ты в мире ином,Ибо мы языки одногоПламени, что мерцают во Вселенной.Говорю я к тебе:И так будет всегда, и тогдаЯ к вам вернусь.Говорю я к тебе:Вот слова все моиО вечном возвращении.Говорю я к тебе:Не говори, что не увижу я мир,Но говори, что вернусь.Говорю я к тебе:Вот слова все моиО вечном возвращении,Прими же дар мойИз моих мягких лап.

Так говорил степной волк, и я принял дар из его мягких лап, и слова были будто музыка в ушах, будто дух ее витал везде. Узрел я, что мириады звезды обратили взоры на меня, и обратили взоры на меня и луна, и солнце, что были сейчас за горизонтом. С тех самых пор были три видения: Танцующий бог, Вечный огонь, Степной волк.

Много странствовал я по миру, и был в городах, и в храмах многих. Храмы оказывались разными, но что-то общее в них имелось и, путешествуя, понял, что общего в них. Заходил в храм любой и слышал, что шаги гулко отдаются в сводах, и страх нападал, и хотел бежать из храма, но поборол я страх. Источник его был в том, что нет бога. Да, заходил я в храм и называл имя бога, но не являлся ответ, и говорил тогда в сердце своем: бог умер, ибо веха его прошла, но оказалась ложь в речах и в голове моей.