— Спасибо. — Крейг сбросил звонок.
Он отложил мобильный, и стал раздевать девушку. Куртку и сапоги он снял раньше. Когда стал стягивать с нее свитер, она открыла глаза, вид у нее был очень испуганный.
— Не бойся, я тебя осмотрю, не отморозила ли ты чего-нибудь. — стал пояснять Крейг. — Как тебя зовут?
Джейн молчала, мозг отказывался работать в нескольких направлениях одновременно, нужно было обдумать происходящее и придумать себе имя.
— Ну ладно, потом поговорим — согласился он с ее молчанием. — У тебя болит что-нибудь?
Она помотала головой.
— Это хорошо.
Крейг снял с нее брюки, которые к его радостному удивлению оказались довольно толстыми, с колготами пришлось повозиться. Девушка все так же испуганно смотрела на него. Он отметил, что девушка была одета очень тепло, все зависело теперь от того, сколько времени она провела на морозе. Включил свет поярче, все-таки в коридоре было темновато, а в спальню ее нести не хотелось, пугать только. Крейг стал осматривать руки, ноги, лицо, все ледяное, как снег, но вроде не синее, как Карл объяснял. Завибрировал мобильный, Крейг взял трубку:
— Да — сказал он коротко.
— Ну что, осмотрел? — беспокоился Карл Степанович.
— Да, все белое вроде бы.
— Хорошо, тогда наливай ванну теплой водой, не горячей, еле теплой, клади ее в воду и каждые пять минут добавляй потеплее, так градусов до сорока, можешь легонько руки и ноги растирать, только совсем легко, осторожней, чтоб сосуды не полопались. Одну не оставляй ее, следи за самочувствием. Все, давай, скоро буду. — Карл Степанович отключился.
— Посиди. — Крейг прикрыл девушку пледом и пошел готовить ванную.
***
«Блииин… он раздел меня! Какой кошмар… что теперь делать то, руки ноги не шевелятся. От одного маньяка к другому» — вертелись мысли в моей голове.
Крейг вернулся, взял девушку на руки и понес в ванную. Он аккуратно, даже с какой-то нежностью и заботой положил девушку в воду и сел на табуретку рядом.
«Отмыть меня хочет, прежде чем..» Джейн зажмурилась и отвернула лицо к стене.
— Ты чего? Больно что ли? — Крейг подумал, что от воды у нее болят обмороженные части тела.
Девушка еле заметно помотала головой. Тут его взгляд опустился ниже и он увидел как намокло ее белье. Большая пухлая грудь красовалась своими округлостями через ставшее прозрачным от воды белье, упругие соски торчали просто неприлично. У Крейга сбилось дыхание, «как не вовремя, не до этого вообще сейчас!» ругал он себя, стараясь не опускать свой взгляд ниже ее лица. Он еще раз добавил теплой воды, когда дверной звонок известил о прибытии доктора. Крейг взял девушку за плечо, легонько потряс ее:
— Не спи, слышишь, я дверь доктору открою и вернусь.
Он открыл дверь, вошел седой Карл Степанович. Вид у него был суровый, крупное телосложение, густые сдвинутые брови, губы скептически чуть искривлены вниз, и только глаза выдавали его на самом деле добрый нрав.
— Греется? — улыбнулся Карл Степанович, и от этого лицо его стало более добродушным.
— Да, в ванной. — ответил Крейг и заспешил обратно, к своей гостье.
Войдя в ванную, он посмотрел ей глаза, взгляд был усталый и затравленный. Крейг, ловя себя на мысли, что это какой-то абсурд и что нужно было скорую вызывать, постарался ей как можно спокойней объяснить:
— Пора заканчивать купаться. Сейчас придет врач, осмотрит тебя, не бойся, я давно его знаю, он никому не расскажет о тебе. — С этими словами Крейг поднял девушку из ванной, накинул огромное белое пушистое полотенце и стал вытирать ее. Она уже стояла на своих ногах, нужно было только придерживать, чтоб не упала. Оглаживая девчонку со всех сторон, чтобы промокнуть мокрое тело, он почувствовал упругость ее бедер, и старался подавить в себе трепет от ощущения хоть пока холодного, но податливого тела. Крейг подхватил девушку на руки и в полотенце понес ее в свою комнату. Он посадил ее в кресло, снял покрывало с кровати и откинул одеяло. Потом положил девушку на кровать и накрыл одеялом.
— Ты полотенце мокрое сними, и белье тоже. — сказал ей Крейг и вышел из комнаты.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})***
Я непослушными руками снимаю мокрое белье, «Стыд и позор, врач то, судя по голосу, мужчина. Как он меня осматривать то будет? На мне же нет ничего!»
Вошел врач, ручищи огромные, аж страшно..
— Тааак, нука, девочка, дай ка мне свои ручки. — сказал он чуть хрипловатым старческим голосом.
Достаю руки из-под одеяла. И что-то в этом голосе, показалось мне знакомым. Поднимаю голову, Карл Степанович! Врач, который временно подменял нашего в интернате. Теперь точно капец… Он добрый конечно, но мое нахождение здесь незаконно и, боюсь, что он меня сдаст.
Наверное такое испуганное у меня было лицо, что врач, осматривая мои руки, проговорил негромко:
— Да ты не бойся, Дженни, я никому не скажу, что ты здесь. Валерич гад еще тот. И никто с ним сделать ничего не может, у него такие связи в полиции… и у местного главаря бандитской группировки он — правая рука. — Карл Степанович замолчал, задумался. Видно было, что он что-то решает.
— Спасибо, Карл Степанович — еле выговорила я.
— Вот что, оставайся ка ты у Крейга. Он хороший парень, тебя не обидит. Слушай его, лечись. Обещаешь?
Я кивнула головой.
— Ну, хорошо. — Пробормотал врач. — Сейчас я тебя осмотрю и отправлю Крейга в аптеку.
Он осмотрел ноги, руки, лицо, велел перевернуться на живот, послушал со спины. Вот за что я его люблю, так это за максимальную корректность, и конечно же за доброту. Хотела бы я, чтобы у меня был такой отец..
Карл Степанович сел за письменный стол, написал список лекарств и пошел поговорить с Крейгом. Выйдя из комнаты, он плотно закрыл за собой дверь.
— Вот, список, купи все, а я пока посижу с ней. Придешь, буду учить тебя уколы делать. — сказал он.
— Надо же ее родителям позвонить, они уже наверное с ума сходят от волнения. Я ее спрашивал, давай говорю телефон дам, позвонишь, а она молчит и все..
— Слушай, Крейг, тут такое дело… — Степаныч замолчал на секунду — В общем нет у нее родителей. И то, что она у тебя никому знать не надо, у девочки серьезные проблемы. Я позже тебе все объясню.
Крейг был удивлен, какие такие проблемы могут быть у этой девушки, но спорить не стал. Раз Степаныч сказал не надо, значит не надо, он доверял ему на сто процентов. «И доверие он не только у меня вызывает, вон ему девушка рассказала сколько, а со мной молчала только.»
Врач вернулся в комнату, посмотрел на девушку:
— Холодно?
Она кивнула. Он вышел за дверь, через пару минут вернулся с чашкой чая, ему пришлось держать чашку и поить девочку, пальцы ей трудно было сжимать.
Степаныч подошел ближе, взял ее руку и стал слегка растирать, потом другую. Он так тихо говорил, будто для себя, а не ей, что девушка еле слышала его.
6
— Сейчас вернётся Крейг, буду его учить уколы тебе делать. Да… и имя ему другое назови, придумай что-нибудь, возраст… — Степаныч оглядел меня критическим взглядом, — ну скажи, семнадцать. Все, больше ему пока ничего знать не надо, спросит молчи, это ты хорошо умеешь, с остальным я разберусь. — заулыбался врач.
— Хорошо, — говорить было трудно, но кое-что сейчас меня очень беспокоило, — Карл Степанович, у меня одежды нет, все мокрое. — пока меня купали, я видела как мою одежду Крейг засунул в стиральную машину.
— Ах он разбойник, — мягко пожурил он моего спасителя — придет, я его наругаю, — Карл Степанович сосредоточенно протер очки. — и с этим разберемся, не переживай.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Степаныч положил руку мне на плечо. Хлопнула дверь, Крейг вернулся. Врач вышел из комнаты, слышно было как он «ругал» хозяина квартиры, что тот не дал мне одежду.
— Ты б ей хоть футболку дал и брюки какие-нить!
— Дам конечно, просто не до этого было. — чуть виновато сказал Крейг. И правда, мог бы и в футболке меня купать… Хотя потом все равно снимать..
