Читаем без скачивания Конец карьеры - Юрий Абожин

На следующий день Смит пришел к Зонову и без обиняков стал расспрашивать его о военных объектах, войсковых частях, о промышленных предприятиях городов Советского Союза, в которых Зонову приходилось бывать. Глядя на полное лицо Смита, не выражавшее никаких эмоций, Зонов старался отвечать коротко и ясно, ожидая следующих вопросов с готовностью.

— Расскажите подробно о части, в которой служили последнее время. Назовите фамилии и звания офицеров, численность личного состава, вооружение и прочее.

Зонов рассказал все, что знал. Потом его допрашивали другие. Они приходили один за другим попеременно, тихо, как тени. Не улыбались, не радовались, не сердились. Солдат был для них только источником новых данных, которые нужно собирать, систематизировать. Вытягивали из него все, что он знал. Спрашивали даже о том, что не имело никакого отношения к ценным сведениям: сколько в Куйбышеве школ, техникумов, институтов.

Так тянулось недели две. Потом у Зонова стал бывать высокий темнорусый с двойным подбородком мужчина, который назвался Александровым. Он расспрашивал Зонова о доме, о родных, о службе, видимо, просто так, из любопытства — никаких записей он никогда не вел. Много шутил, высмеивал порядки в Советской Армии. С ним Зонов выезжал на прогулки, вместе бывали в кафе и ресторанах. Александров много рассказывал об Америке, на все лады расписывая американский образ жизни.

— А меня скоро отправять в Америку?

Александров внимательно посмотрел на солдата. Зонов напряженно ждал ответа, ведь он желал только в Америку. А Александров не торопился с ответом, давая прочувствовать солдату всю неуверенность и шаткость его положения.

— Об этом говорить еще рано. Туда попасть не так просто. Это надо заслужить.

— Куда же меня тогда отправят?

Александров видел, что солдат выбит из обычного состояния духа. Он очень хочет в Соединенные Штаты, но он нужен совсем в другом месте. Он должен приносить пользу. Обычно таких людей помещают сначала в хорошие условия, чтобы они вкусили все удовольствия жизни, потом предлагают работу, но не ту, о которой они мечтали. Если они отказываются, их бросают на произвол судьбы.

— Таких, как ты, отправляют в лагеря для перемещенных лиц, — ответил Александров. — Слыхал о таких лагерях? Вот. Там с полгода будешь проходить разные проверки и карантины. Будут гонять на самую грязную работу. Питание — хуже собачьего. Предприниматели не намерены тратиться понапрасну. Жить придется в бараках, спать на вшивых матрацах. В общем, сам представляешь, что там за условия. А из лагеря могут направить в любую страну, на любую работу, где через пару лет отправишься к прабабушкам. На хорошую работу оттуда не попадают. Но ты имеешь возможность избежать всего этого и попасть в Штаты.

— Как?

— Оказать нам услугу. Она легко выполнимая, но ценная. Потом отправят в Америку.

Зонов уже понял, куда клонит Александров. Он просто вербовщик, вот почему он все время с ним, возит его обедать в бары и дансинги.

— Какую услугу?

— Ну, например, поступить на службу в одну организацию, про которую я скажу после. Занятия не опаснее, чем твоя контрабанда. Это не сложно. Подумай.

Зонов думал. Попасть снова туда, откуда он с таким трудом вырвался и где его сейчас разыскивают? Да и что думать, ведь все равно они заставят его поступить так, как сами захотят. Он же в их руках. Еще вздумают выдать обратно. Он неуверенно спросил:

— Если я не соглашусь?

— Но я не вижу причины, почему ты должен отказываться от доверия, которое тебе оказывают? На твое место найдутся другие. Повторяю, что дело не опасное, все будет подготовлено. Риск небольшой, но хороший заработок и полное доверие. Выгоднее, чем таскаться по лагерям и цеплять заразные болезни.

Зонов молчал. Александров поднялся со стула.

— Я смотрю, ты напрасно ушел оттуда. Малодушие — сестра трусости. А такие люди нам не нужны.

Леонид испугался, что Александров уйдет.

— Согласен я!

— Вот и молодчина. Поздравляю с хорошей работой. Не сомневайся, с нами не пропадешь. А теперь вот что, давай-ка поедем с тобой в магазин. Надо тебе сменить эти тряпки.

Через час Зонов в белоснежной рубашке, светлой куртке с молниями, в узких брюках и модных туфлях сидел на мягком сидении мощного «Кадиллака», который вел Александров. Машина оставила за собой Регенсбург и по широкой асфальтированной дороге умчалась в сторону Мюнхена.

«Кадиллак» плавно развернулся и остановился возле многоэтажного особняка в центре города. Зонов за Александровым поднялся по лестнице, прошел пустынный коридор и вошел в комнату, в которой находилось несколько военных в форме американской армии и несколько штатских. Оформление документов заняло около часа. Лотом военные и Александров поздравили Зонова и пожелали удачи на новом пути.

В начале сентября к Зонову приехал Смит и сказал:

— Собирайся, отшельник, поедем во Франкфурт-на-Майне.

Держался Смит так, словно они всегда были друзьями.

Собирать Зонову с собой было нечего, минут через десять он был готов в дорогу. Выехали на машине в Мюнхен, оттуда на самолете военно-воздушных сил США вылетели во Франкфурт. Там Смит передал Зонова высокому сутуловатому человеку с блестящими черными волосами, зачесанными пробором. Лет ему было за тридцать пять. Этот человек представился:

— Грегор Сабин. Можешь звать просто Грег или Григорий. Как удобнее. — Сабин русским языком владел в совершенстве, не то что, например, Смит или Александров, в разговоре которых слышался акцент. Сабин пристально рассматривал Зонова, и тот растерялся. Такого пронизывающего душу взгляда выдержать невозможно. Грег усмехнулся и добавил приятельски: — С тобой мы должны подружиться. Работать придется вместе. Скоро полетим в Штаты. Рад?

— Конечно, рад!

Через несколько дней на самолете ВВС США Зонов пересек Атлантический океан и очутился во Флориде, в сером коттедже…

Ночной гость

Капитан-лейтенант Ершов стоял на мостике рядом с рулевым и посматривал вперед, иногда поднося к глазам большой морской бинокль. Невдалеке от берега в сторону города шел катер рыбозавода. Название его отсюда невозможно было рассмотреть, но Ершов знал, что это «Смелый». Капитан-лейтенант в лицо знал и старшину катера.

Сторожевик вспарывал густо-синюю поверхность моря, оставляя за кормой дорожку взбудораженной воды. Она тянулась параллельно невидимой черте государственной границы в миле от нее. На траверзе небольшого мыса Зеленого на мостике резко звякнул телефон внутренней связи. Ершов снял трубку.

— Докладывает акустик Воронцов. Курсовой угол… станция… неподвижная цель. Моторов не слышу.

— Продолжать наблюдение.

— Есть продолжать.

Ершов опустил трубку. Корабль, не сбавляя хода и меняя курса, продолжал идти вдоль границы. Минут через десять акустик снова доложил:

— Курсовой… расстояние… Подводная лодка.

«Лодка?» — удивился Ершов. Когда он принимал обстановку в районе, ему ничего не говорили о лодке.

— Следить за целью!

И на этот раз корабль не изменил ни курса, ни скорости. Лодка в нейтральных водах, в восьми милях от границы. Чья она? И почему стоит на месте, не движется? В штаб полетела короткая радиограмма: «Северо-восточнее мыса Зеленого в восьми милях от границы неизвестная лодка в погруженном состоянии, с выключенными моторами. Ершов». Ответная радиограмма гласила: «Продолжать наблюдение».

212-й прошел мимо лодки, оставляя ее в стороне. Если это враг, то он будет изучать сейчас режим охраны границы: количество кораблей, класс, скорость, время нахождения в районе. Что нужно здесь этой лодке и с какой целью она затаилась? Врага надо ввести в заблуждение и выяснить его намерения. Охотник ушел вдоль границы, не теряя из поля акустического зрения затаившуюся лодку.

Радист 212-го принял от штаба еще одну радиограмму: «Наблюдение за лодкой не прекращать. Ваш район будет обслуживать 216-й». Это значило, что Ершов получил свободу действий для наблюдения за лодкой.

Когда Снегиреву сообщили о лодке, он, не медля ни минуты, в сопровождении майора Кондратьева выехал в штаб погранотряда. У командира отряда состоялось короткое совещание. Капитан первого ранга пригласил приехавших к карте и обрисовал обстановку.

— Сколько от лодки до берега? — спросил Снегирев.

— Около двадцати миль. До мыса Зеленого семнадцать.

— Лодка может высадить человека или забрать его?

— Вполне возможно и то и другое. Известно, что человека могут выпустить из лодки в подводном состоянии и он водой и по дну может выйти на берег.

Снегирев задумался. Неужели они спугнули кого-то, даже не обнаружив его следов? И это за ним пришла лодка?.. Может быть, ему в помощь направляется еще кто-то? Во всяком случае, надо быть готовыми и к тому, и к другому.