Читаем без скачивания Сверкающий купол - Джозеф Уомбо

Капитан Вуфер извинился перед заместителем шефа Френсисом за эксцентричное поведение некоторых детективов. Причина могла быть одна: цепь печально известных происшествий, связанных с лос-анджелесскими полицейскими, отразилась даже на моральном облике таких ветеранов, как бедный старый Кэл Гринберг. Заместитель шефа Френсис милостиво согласился. Он тепло пожал руку капитану Вуферу и назвал его Роджером, совсем как в старое доброе время, когда они были сержантами и работали в пресс-отделе. Капитан Вуфер покраснел и тихо ответил, - Благодарю вас... Джулиан, - не настолько громко, чтобы услышали остальные.

Никто и не услышал, кроме Хорька, который взглянул на них и произнес, - Старый Хрен Вуфер прыгает вокруг Паскуды, словно рыба-лоцман вокруг акулы. Пара гомиков в полицейской форме, вот что я о них думаю.

Затем Куница взял последние два доллара у бедного старого Кэла Гринберга и сказал, - Паскуда не может спокойно выйти в дверь. Каждый раз, как он останавливается, Вуфер суется ему рылом в зад. Пара управленческих гомиков, вот что я о них думаю.

Хорек, хитро ухмыляясь, как шакал, и пересчитывая свою добычу, сказал, - Мне как раз нужны деньги. Вчера я играл в кости и обосрался три раза подряд. Я переживал все утро.

Бедный старый Кэл Гринберг покопался у себя в ящике и достал коробочку со слабительным, в то время как желудок у него переворачивался.

- В моем возрасте, если я могу обосраться хоть один раз, я уже счастлив.

Через пять минут Эла Макки и Мартина Уэлборна вызвал на ковер капитан Вуфер, чей желудок работал даже хуже, чем у бедного старого Кэла Гринберга.

3. ДЕЛО

Причиной кишечной непроходимости капитана Вуфера был тот факт, что прошло уже четыре недели со дня нераскрытого убийства Найджела Сент Клера, президента крупной кинокомпании, который, как и всякая другая знаменитость в мире шоу-бизнеса, под страхом смерти не показался бы за пределами бульвара Сьенега, исключая деловые визиты в студии Голдуин, Парамаунт или Голливуд Дженерал.

Можно навещать собственно Голливуд, чтобы пообедать в "Сен-Жермене" или поужинать в "Ма Мезоне", поскольку эти заведения считались "своими", учитывая, что Беверли Хиллз перенаселен арабами, техасцами и другими чурками с мегадолларами. (Чурка мог, однако, мгновенно стать вполне приемлемой личностью, как например, германский экспортер стали или итальянский корабельный магнат, просто ответив "возможно" на Вопрос Всех Вопросов. Вопрос Всех Вопросов мог быть задан на коктейле в "Поло Лаундж" или отеле "Беверли Хиллз", или во время ланча либо обеда в одном из Шести Знаменитых ресторанов). В любом временном отрезке, с точки зрения Настоящих Удачников в ДЕЛЕ, никогда не существовало более полудюжины действительно "своих" ресторанов, но надо учитывать тот факт, что Настоящие Удачники являются избранной публикой, подверженной кровосмешению, группкой, слишком маленькой, чтобы покровительствовать более, чем полудюжине таких мест.

Вопрос Всех Вопросов - тот, услышав который останавливались, как вкопанные, полусонные официанты (подрабатывающие члены Актерской гильдии) и порхающие от стола к столу красавицы (из той же гильдии), и даже буквальным образом собирающие со столов крошки официанты-уборщики (для этой мелюзги Гильдия статистов), а остальная подслушивающая клиентура, услыхав его, переставала разговаривать, греметь льдом в стаканах, украдкой нюхать кокаин и гладить по бедрам лиц обоего пола (иногда одновременно) - тот, который вызывал немые сцены, подобные рекламному клипу фирмы Е.Ф.Хаттон: "Мой биржевой маклер - Е.Ф.Хаттон, и Е.Ф.Хаттон говорит..."

Вопросом Всех Вопросов, который задавали сквозь стиснутые зубы, чтобы не дрожал подбородок, был: "И вот теперь, когда я объяснил невероятные возможности этого фильма, не смогли бы вы принять участие в этом проекте на значительную часть нашего довольно скромного бюджета в... восемь миллионов?" Это всегда называлось "фильмом" или "проектом", никогда "картина" или, избави Бог, "кино". И если араб, иранец, техасец или еще какой-то чурка просто говорил "Возможно", этот иностранец поднимался из рядов вельможных ничтожеств и становился достойным стола класса "Б" в любом из Шести Знаменитых ресторанов. (Стол класса "А" становился его, когда начинались съемки фильма. Соловья баснями не кормят).

Капитан Вуфер смутно осознавал все это, но тем не менее получил на этой почве запор. Потому что Найджела Сент Клера нашли мертвым на автостоянке павильона для боулинга около бульвара Сансет в центре Голливуда в 11 часов вечера. Все знали, что такой человек, как Найджел Сент Клер, один из Настоящих Удачников в ДЕЛЕ, и мертвым не появится в таком месте в такое время. Но он появился мертвым, и это событие вызвало волну откликов в прессе, что и способствовало непроходимости кишечника капитана Вуфера.

И Эл Макки, и Мартин Уэлборн считали благоразумным не торопить события и дать время капитану Вуферу подойти к этому делу исподволь, что он и сделал. Он поудобнее устроился на круглом резиновом валике, который приспособил для своих геморроидальных шишек, разжег вересковую трубку, пососав ее с полминуты, чтобы она получше разгорелась. Потом он покопался в стопке бумаг в подносе для входящих документов, поигрался с пресс-папье из прозрачного пластика размером с кирпич, в котором были заплавлены капитанские знаки отличия. (Говорили, что даже миссис Вуфер называет его капитаном). Наконец, он взглянул на двух детективов и сказал,

- Вас, наверное, интересует, почему я вас вызвал?

О господи! У Эла Макки слишком сильно болела голова для подобной чепухи. Вначале лекция Паскуды Френсиса, потом проигрыш Кунице по поводу "воздействий", и на фоне этого пугающая картина висящего вниз головой Марти - совсем как дохлый марлин. "Три минуты, Эл". Как же! И он не мог без содрогания вспоминать вчерашнее фиаско. Если он начнет думать о вчерашнем, сегодня последует удачное продолжение, и миссис Донателло сможет уже не беспокоиться о блохах и тараканах и заняться проблемой отскребания мозгов Эла Макки от своих обоев.

Но он прослужил копом двадцать два года. И что-то внутри него требовало, чтобы он дал ответ человеку в звании капитана, даже такому человеку, как Старый Хрен Вуфер. Поэтому он твердо кивнул головой и сказал, - Да, капитан, мне интересно, почему вы нас вызвали.

Капитан Вуфер еще немного посопел трубкой и очень осторожно положил ноги на стол, так как поднятые ноги облегчают геморроидальные страдания нормальных копов, но ухудшают состояние их нездоровых животиков.

- Из-за Найджела Сент Клера, - сказал он.

- Это дело ведем не мы, - мягко ответил Мартин Уэлборн.

- Вели не вы, - кивнул капитан Вуфер. - Но прошло уже четыре недели. У Шульца с Саймоном нет ни единой зацепки. Они опросили больше пятидесяти свидетелей.

- Мы знаем о деле не больше, чем писали в газетах, - Эл Макки посмотрел на Мартина Уэлборна и пожал плечами. - Шульц с Саймоном не очень общительны. Они не просили нас о помощи.

- Я прошу вас о помощи, - сказал капитан Вуфер, вынимая из маленьких зубов вересковую трубку. В последнее время он начал выглядеть довольно-таки старым. Он полысел и немного высох.

- Что вам надо, шкипер? - спросил Мартин Уэлборн.

- Мне надо, чтобы вы двое взяли это дело в свои руки, - сказал капитан Вуфер. - Сент Клер был известный человек. Делом до сих пор интересуются газеты. Управлению сейчас приходится туго. Сомнительные оправдания для стрельбы по людям... Копы-преступники... Этот третьесортный телеканал, которая нас уже достал... Я ухожу на пенсию в сентябре. Думаете в моем возрасте легко переносить такие нагрузки? Этот репортеришка с телевидения, который все время звонит и требует доклада о ходе расследования... Мне приходится из кожи лезть, чтобы всем угодить, - глаза капитана Вуфера помягчели и увлажнились. Он выглядел исключительно маленьким и старым.

- Но мы ведь не суперсыщики, - сказал Эл Макки.

- Что подумают Шульц с Саймоном, если мы заберем у них дело? - сказал Мартин Уэлборн.

- Уж я-то отлично знаю, что вы не суперсыщики, - напомнил им капитан Вуфер. - И мне наплевать, что подумают Шульц с Саймоном. У них было достаточно времени. Есть только одна свободная пара детективов, и это - вы. Кроме того, вы двое - идеальная пара для такого дела.

Прежде чем оба озадаченных детектива смогли спросить, почему они идеальная пара, глаза капитана Вуфера сузились, и он сказал, - Ведь это вы раскрыли убийство Клайда Баррингтона? - Капитан Вуфер посмотрел на них своим самым коварным взором и пожевал мундштук трубки, давая детективам время разжевать его замечание.

Актер Клайд Баррингтон, игравший характерные роли, принадлежал к шоу-бизнесу, это правда, но в остальном сходства не было.

- Шкипер, Клайда Баррингтона не убивали. Мы не раскрыли убийство, потому что его не было. Мы лишь прояснили дело, показав, как он убил свою подругу, а потом покончил с собой, - сказал Эл Макки