Читаем без скачивания Дочери тишины - Роберт Стайн

— Ну что же, юные леди, почему бы вам не рассказать и себе? — начал он. — Хэлли, насколько я понимаю, тпол семья живет здесь, в Тенистой Долине?

Хэлли кивнула.

— Да, мой отец — новый школьный учитель.

— Какая прекрасная профессия! — воскликнула Анжелика. — И как тебе нравится этот город?

— Мне кажется, это хороший город, — ответила Хэлли, а потом, к немалому удивлению Дженны, добавила: — Но здесь довольно трудно найти друзей.

Саймон склонил голову набок, и Дженне показалось, что его морщинистая шея свисает из воротника, как шея черепахи.

— Всему свое время, моя дорогая, — сказал он. — Всему свое время. Тенистая Долина — маленький городок, и его жителям требуется довольно много времени, чтобы принять вновь прибывших в свое общество.

— В Новом Орлеане все будет совершенно по-другому, — сказала Анжелика. — Я могу оплатить вашу поездку туда на ближайшие праздники. Там будет множество балов, банкетов, оперных спектаклей… Увы, в Тенистой Долине ничего подобного нет.

— Новый Орлеан! — от восторга глаза Хэлли потемнели. — Мне всегда хотелось туда поехать.

Анжелика вздохнула.

— Ах, в Новом Орлеане нам было так хорошо! Но потом нам пришлось переехать сюда, и здесь мне тоже началу очень понравилось. Я надеялась, что здесь будем счастливы, но потом мои девочки… — улыбка исчезла с ее лица, но спустя мгновение оно снова просветлело. — Что ж, зато мы очень рады вашему приходу.

В дверь гостиной постучали, Саймон встал и открыл дверь. Дженна пыталась разглядеть горничную, но в дверном проеме был виден только деревянный столик на колесах, уставленный чашками, блюдцами и тарелками с весьма соблазнительными пирожными. Серебряный чайник был ярко начищен, а сложенные в виде столбиков салфетки как будто охраняли весь этот аппетитный натюрморт.

Саймон вкатил столик в комнату и поставил его перед Анжеликой.

— Ну-с, что же мы предложим нашим гостьям? — спросила саму себя хозяйка. — Что бы вам хотелось пробовать, девочки?

Дженна втянула носом воздух и почувствовала одуряющий аромат свежих пшеничных лепешек. Анжелика налила им чая и положила на тарелки разных печений, пирожных и лепешек. Не прошло и минуты, как они с Хэлли с аппетитом прихлебывали чай и ели мую вкусную выпечку, какую им только доводилось пробовать в своей жизни.

Дженна пыталась не забывать о манерах и есть как леди. Но когда Анжелика предложила ей добавки, она не смогла устоять.

— Похоже, ты любишь лепешки, — заметила хозяйка.

Дженна кивнула в знак согласия — рот у нее был занят.

— Они просто восхитительные, — добавила Хэлли.

Анжелика улыбнулась.

— Я сама их пекла. Меня научила этому много лет назад моя шотландская служанка. Мои дочери тоже их любили, — и улыбка вновь исчезла с ее когда-то красивого лица. — Я никогда не могла напечь столько, чтобы им хватило. Они съедали все до последней крошки…

На мгновение Дженне показалось, что в глазах их любезной хозяйки блеснули слезы. Она почувствовала к ней острую жалость. Да, возможно, иногда она кажется странной, но ведь она действительно потеряла обеих своих дочерей.

Саймон наклонился вперед и вступил в разговор.

— Как я понял, ты здесь просто гостишь, Дженна.

— Да, я приехала на лето. Хэлли — моя лучшая подруга, и мы очень друг по другу соскучились в разлуке.

— Они близки как сестры, — добавила Анжелика, обращаясь к мужу.

— А а а, — торжественно протянул он. — Как сестры.

Они с женой обменялись загадочными взглядами и улыбнулись. Потом Анжелика повернулась к Дженне.

— А тебе нравится в Тенистой Долине, Дженна? — спросила она.

— Я еще не успела как следует познакомиться с городом, потому что приехала только вчера, — ответила девушка.

— Но тем не менее, на кладбище ты успела побывать, — усмехнулся Саймон.

Дженна почувствовала, что краснеет.

— Ну-у…

— Ничего страшного, дорогая, — продолжал Саймон, Мы с женой уже поняли, что вами двигало только любопытство. Должен признаться, что для того, чтобы пойти ночью на могилу наших дочерей, нужна недюжинная отвага. А молодые девушки, не лишенные отваги, достойны самого большого уважения.

Они с Анжеликой рассмеялись. Дженна не поняла шутки, но решила, что она может быть понятна только взрослым.

— Я бы не стал особенно беспокоиться о том, что у тебя пока не появилось новых друзей, Хэлли, — продолжал Саймон, все еще посмеиваясь. — Ты, да и твоя подруга тоже такие хорошенькие… Я уверен, что ни пройдет и месяца, как молодые люди будут увиваться вокруг вас, всеми силами пытаясь завоевать ваше внимание.

Дженна внимательно разглядывала своих хозяев. Анжелика больше не казалась ей такой странной, а лицо Саймона вовсе не было таким угрюмым и злобным, как в первый момент, когда она его до смерти испугалась. Она почувствовала, что полностью расслабилась и что ей здесь нравится. Поэтому, когда Хэлли отодви: нула тарелку и встала, Дженна очень удивилась.

— Ну что же, нам пора, — заявила Хэлли. — Мои родители будут волноваться.

— Разве они не знают, где вы? — удивился Саймон. Хэлли густо покраснела, и Дженна поняла, что подруга выдала себя.

— Э-э-э… понимаете…

— Понятно. Вы не стали им говорить, что идете с визитом к этим странным, печально известным Фиарам, — с горечью сказала Анжелика.

Все еще красная от смущения, Хэлли опустила голову.

— Не надо так смущаться, дорогая, — спокойно сказал Саймон. — Мы привыкли к тому, что о нас говорят люди, и даже научились не обращать на это внимание. Я очень рад тому, что все эти дурацкие слухи не помешали вам навестить нас.

Он встал.

— Тем не менее, мы совершенно не хотим, чтобы из-за нас у вас были неприятности. Так что, если вам пора идти, идите.

— Но сначала, — подхватила Анжелика, поднимаясь, — я хочу вам кое-что показать.

Дженна заметила, что она снова взглянула на Саймона, как будто прося его одобрения. Он молча кивнул, и его жена улыбнулась.

— Пойдемте, девочки, — повелительно сказала Анжелика, делая приглашающий жест рукой. — Идите за мной.

По темному коридору Фиары провели девушек обратно в прихожую, а затем по винтовой лестнице вверх С верхней площадки лестницы в сторону уходил еще один узкий коридор. Дженне снова стало не по себе.

В конце концов Анжелика остановилась и толкну) тяжелую дубовую дверь. Окна были задрапированы тяжелыми занавесками, как и в других комнатах. Но несмотря на это в комнате было достаточно света, чт Дженна могла осмотреться. Это была спальня в голубых тонах. Анжелика пригласила их войти. Дженна задержалась около прелестной кровати с четырьмя столбиками по краям. Среди кружевных подушек нашла свое пристанище очаровательная фарфоровая кукла. На туалетном столике лежали серебряные щетка и расческа, а также целый клубок разноцветных лент для волос.

— Прелестная комната, не правда ли? — спросила Анжелика.

— О да! — ответила восхищенная Хэлли, беря в руки еще одну куклу, сидевшую на стуле.

«Наверное, это спальня одной из их дочерей, — подумала Дженна. — Умерших дочерей». Дженне показалось, что комнату специально оставили такой, какой она была при жизни ее хозяйки — так, как будто родители ждали, что она вернется.

Дженна с любопытством осмотрелась. В углу комнаты она заметила горку, на стеклянных полках которой сидело множество кукол. Девушка подошла поближе. Большинство кукол были фарфоровыми, как их подружка на кровати. Но на нижней полке сидели совсем другие куклы, каких Дженна никогда не видела. Они были сделаны из каких-то лоскутков, с соломенными полосами. Их непропорциональные тела были скручены и неестественно изогнуты. У одной из кукол из рук и ног торчали длинные серебряные булавки. Дженна сжала зубы и попыталась отвернуться, но странное зрелище привлекало ее внимание.

Дженна заметила, что у булавок были большие закругленные головки. Приглядевшись, она поняла, что это были крошечные изображения черепов. В местах, где булавки входили в тело куклы, были нарисованы большие красные пятна, имитировавшие кровь. Даже глаза несчастной игрушки были проткнуты булавками.

Это зрелище заставило Дженну поежиться. Почувствовав, как у нее сводит желудок от отвращения, она быстро отвернулась от страшной куклы.

— Наша милая Ханна собирала кукол, — сказал Саймон. — Любых кукол. Она даже делала их сама, потому что у нее были золотые руки.

— Да, воистину золотые руки, — гордо повторила Анжелика.

— А… эти куклы, которые внизу? — дрожащим голосом спросила Дженна. — Их она тоже сделала сама?

— Да, — тихо ответил Саймон. Еще когда мы жили в Новом Орлеане. Ханна была еще совсем маленькая, но уже много знала о ма…

— О том, как делать кукол, — резко оборвала его Анжелика. Дженна заметила, какой яростный взгляд она бросила в сторону мужа. Потом она обернулась к Дженне и ласково улыбнулась. — Ведь это же настоящее искусство, не правда ли? Хэлли, я хочу тебе кое-что показать, — внезапно сменив тему, хозяйка подошла к комоду, открыла один из ящиков и достала оттуда синий бархатный футляр. Щелкнув застежкой, она открыла футляр и показала его Хэлли. Дженна заметила внутри золотой медальон в форме сердечка.