Читаем без скачивания Девятый чин - Олег Егоров

Заметив Брусникина, Капкан помахал ему салфеткой и вернулся к ужину.

Проницательный и тонкий психолог, он с первой минуты общения распознал в актере самые трезвые начала. На кастинге он для затравки представился исполнительным продюсером творческого объединения «Атлас», намечавшего съемки высокобюджетной комедии под рабочим названием «Заблудившийся». Фабула картины была изложена им в самых общих чертах: русский турист сперва отбивается от экскурсии по джунглям, затем — от ночных свирепых хищников и в финале — от чернокожей беременной дивы из местного племени.

Брусникин выслушал Капкана довольно почтительно и одновременно с иронией, что не ускользнуло от внимательного ока продюсера.

— Высокий бюджет, разумеется, чистая туфта, — заверил Капкан искушенного актера. — Отмывка бабок. Персонально твой гонорар по смете — двадцать штук зеленых за съемочный день. И таких дней намечается шестьдесят. Это — формально. А в натуре только пять. За каждый на руки — по три налом.

— И налоги с меня, — язвительно заметил Никита.

— Ты, сдается, малый не промах. — Капкан с уважением посмотрел на актера.

— Да уж деньги в строительство пирамиды не вложу, — усмехнулся Брусникин.

— Коли так, перейдем сразу к сути. — Капкан принялся не спеша открывать свои карты. — Схема обкатанная. Мы нарыли выходца из наших прямо в Либерии. Налоги с доходов, как известно, там самые плевые, и наш откат ему по барабану. Только вот артист он реально никакой. Да еще и алкаш запойный. Так что, пока он в Москве будет водку трескать, ты по его документам слетаешь и за пять дней отстреляешься. Фактический гонорар, естественно, придется распилить с ним поровну. Итого, твоя доля — семь с половиной тонн без учета командировочных и стоимости билета. А достойно сыграешь, так еще и фильм получится. Будет нам что на фестивале засветить.

По мере детализации проект обретал черты реальности.

— Это как же я по его документам полечу? — Никита скептически глянул на продюсера. — А за жопу возьмут на паспортном контроле? Там никакой грим не спасет.

— Для чего же мы, по-твоему, кастинг устроили? И еще аренду платим за этот чулан? Ты же вылитый, бляха-муха, Дрозденко. В смысле, доходяга этот из Либерии.

— Да, действительно, — закосил под наивного Брусникин. — А на самом деле вы зачем тут кастинг устроили? Мои снимки есть в студийной картотеке. Обратились бы к моему агенту без геморроя, и вся недолга.

— К господину Туманову? — деланно изумился Капкан, открывая папочку. — Иди ты! Ну и лохи же мы, продюсеры!

Он веером раскинул на столе фотоснимки Брусникина, помимо того, что уже лежал под его рукой.

— Ты, возможно, сам все роли собрался исполнить, но у нас, между прочим, и другие герои в картине запланированы. Основное, конечно, действие развернется в джунглях. Кстати, съемочная группа уже вылетела чисто натуру выбирать. Но и на родине твоего персонажа по сюжету кое-что происходит. Слушай, тебе весь сценарий зачитать, или ты профессионал? Аванс плачу сразу. Думай. Но быстро. Мы, по крайности, самого Дрозденко загоним в тропики. Кино, ясный перец, дерьмовое получится, но это, в конце концов, не самоцель.

Никита задумался. С этической точки зрения затея была грязной, зато с финансовой — вполне объяснимой. Ему и прежде доводилось участвовать в проектах, запускавшихся разве что для ухода от налогов. Без такого, правда, закрученного «алгоритма», но и не с таким полезным результатом на выходе. А иначе кто бы сейчас вообще в кинобизнес вкладывался? Редкий отечественный фильм нынче окупается в прокате. Даже отпечатанный позитив порой себя не оправдывает. Многим только и остается, что на 16 миллиметров снимать, как это делает Кулагин.

«Ангельское терпение» — на текущий момент честный средний уровень важнейшего из искусств.

Кроме прочего, Никита вспомнил, что Шуйгин тоже подписался отыграть в эпизоде. Утереть нос Шуйгину было делом чести. Да и аванс предлагался убедительный.

— О’кей! — дал Никита согласие.

— Да ты у нас и английский знаешь? — Капкан покосился на ассистента-носорога, до сих пор не принимавшего участия в переговорах. — А твой агент… Как его?

— Туманов, — подсказал огорчившийся вдруг помощник продюсера.

— Туманов нам парил, что ты французский в школе изучал.

Тут, к великому облегчению собеседников, Брусникин вынужден был сознаться, что этим «о’кей» все его знание английского и исчерпывается. Впрочем, смысл выражений «шит», «фак» и «ай вонт ю» тоже ему известен, добавил Никита честно.

— Плохо, — вздохнул Капкан. — А я уж губы раскатал. На дубляже, значит, не сэкономим.

Он пододвинул к Никите уже заполненный контракт, предупредив об ответственности за взятые обязательства.

— Какова предполагается ответственность в случае отказа по уважительной причине? — поинтересовался для проформы Брусникин, прежде чем поставить свою подпись.

— Малюта тебе яйца оторвет, — охотно пояснил ассистент продюсера. — И омлет из них сделает на ужин.

Шариковая ручка в пальцах Брусникина дрогнула и зависла над галочкой под его паспортными данными, заранее отпечатанными в контракте.

Капкан только посмотрел на своего помощника, и тот поспешно убрался из комнаты.

— Мудак, — успокоил продюсер Брусникина. — Это у него такое чувство юмора. Глеб Анатольевич Малютин, добрейшая душа и генеральный директор нашего творческого объединения, вообще яйца не любит. Уж вы мне поверьте. Вам только придется аванс вернуть. Но лично я надеюсь на ваше благоразумие.

Безмятежный вид Капкана заставил Никиту отбросить последние сомнения, и его размашистая подпись украсила последние страницы двух экземпляров договора.

«В конце концов, они Дрозденко этого снимут, — решил Никита, — если Лохнович заартачится».

Брусникину, съевшему не одну собаку в своей профессии, трудно было даже вообразить, что этот ложный кастинг представлял собой лишь первый акт спектакля, задуманного хитроумным «продюсером». Погрузить Никиту в привычную среду обитания, заставить его расслабиться и поверить в идиотскую легенду — такова была цель, оправдывающая вложенные в данное мероприятие средства. Капкан всегда бил наверняка.

И вот теперь Никита Брусникин сидел напротив Капкана в пабе «Лорд Кипанидзе», внимательно изучая проездные документы.

Хорошо, что Дрозденко все свое носил с собой, не доверяя персоналу «Метрополя», умиротворенно размышлял Капкан, отрывая головы тигровым креветкам, лохань которых, принесенная расторопным официантом Гришей, источала чудный аромат. Хорошо, что Дрозденко рожу не успели порезать до его, Капкана, возвращения в штаб-квартиру. Хорошо, что Капкану удалось обнадежить судовладельца липовыми посулами свободы и подначить его на компромисс. Хорошо, что Дрозденко дозвонился в Монровию до своего адвоката и вытащил его на встречу с русскими партнерами в гостинице. Хорошо, что он, Капкан, такой умный и ловкий. Но особенно хорошо, что Малюта пьет, нюхает и ширяется одновременно. Скоро, очень скоро он ляжет в землю, или закроют его в психушке. А Капкан поганой метлой выметет из группировки всех уродов и займется легальным бизнесом. Давно уже пора завязывать с мокрыми делами, без которых Малюта — как без кокаина.

— Уму непостижимо! — сознался Брусникин, убирая паспорт с билетом во внутренний карман. — Сходство фантастическое! На конкурсе двойников такого не встретишь!

— Теперь не встретишь, — рассеянно обмолвился Капкан.

— Что? — не понял Никита.

— Вышли из моды эти конкурсы, — исправил Капкан допущенную ошибку и указал на циферблат уменьшенной копии башни Святого Стефана со знаменитым Биг Беном, занимавшей дальний угол помпезной ресторации. — Самолет через два часа с четвертью.

Никита выглянул в окно. Небо над Ленинградским проспектом серело, затягиваясь тучами. Брусникин ощутил смутную тревогу. По спине пробежал холодок, словно капли дождя уже проникли ему за шиворот. Ездить в грозу по мокрому и скользкому шоссе Никита остерегался. А гроза надвигалась нешуточная. Оглушительный раскат грома подстегнул Никиту, подобно тому как пастуший кнут подстегивает отбившегося от стада теленка.

— Тронусь, пожалуй, — заторопился Брусникин. — У меня резина лысая.

— Валяй, — Капкан вытер губы салфеткой. — Тачку в платном отстойнике поставишь. Спишем на транспортные расходы. А у меня тут еще дела по мелочи. Встретимся в «свободной зоне».

Транспортные расходы в контракте Брусникина не значились, и уже на бегу он отметил щедрость «продюсера». А отметив, еще больше укрепился во мнении, что на людей ему исключительно везет.

«Свободная зона… Звучит как ИТК без вохры», — подумал Капкан, глядя вслед Брусникину, и велел официанту Грише позвать к столу грузинского лорда Галактиона Давидовича.