Читаем без скачивания Записки марсобойщика - Дмитрий Евгеньевич Тагунов

– Проходите. Присаживайтесь, пожалуйста. – Ричард пропустил в свой кабинет гостя и указал рукой на одинокий стул, стоявший перед массивным столом. Кроме этих двоих в помещении больше никого не было. Павел огляделся. Небогато, честно говоря. От «Марсинок» ожидалось чего-то более пафосное, показное, блестящее. А так: парочка стеллажей с документами и папками, два календаря – марсианский и земной, несколько портретов в рамочках.

Ричард сел напротив гостя в удобное кожаное кресло, негромко скрипнувшее под владельцем, и склонился над столом, положив подбородок на сплетённые пальцы рук.

Этому человеку на вид было где-то шестьдесят. В глаза бросались такие детали его внешности, как приятная строгость в одежде и привычка улыбаться сквозь плохо снимаемую гримасу усталости. Короткие седые с тёмным отливом волосы аккуратно разведены жиденьким пробором. Морщины делали лицо ещё более хмурым. Глаза, потускневшие и бесцветные, внимательно оглядывали посетителя.

– Начнём, пожалуй, – решил он. – Скажите мне, Павел Антонович, вы когда-нибудь слышали про такого человека, как Джеймс Форест?

– Боюсь, что нет, – признался собеседник.

– А между тем он является членом Совета Евросоюза и одним из владельцев «Mars Global Incorporated». Это его проект. И его деньги. Вы же помните? Двадцать миллионов.

– Я не забыл, – качнул головой Павел. – Но вы пока ни словом не обмолвились о моём задании.

– Верно. Наберитесь терпения. Я сейчас всё объясню. – Хозяин кабинета негромко кашлянул и посмотрел на один из висевших на стенке портретов. – Мистер Форест коллекционер и большой ценитель древностей. В частности его привлекают экспонаты старинной техники девятнадцатого, двадцатого и двадцать первого веков. Не так давно он начал собирать экземпляры космической промышленности былых лет. Знаете, плоха та коллекция, что не мечтает стать музеем.

– На это уходят деньги компании?

Ричард едва заметно прищурился, искоса посмотрев на Павла.

– А вы не так миролюбивы, как кажетесь. Но если хотите, я вам отвечу. Да, это деньги компании. Но это благое дело – собирать и охранять достижения наших предков. Это нужно людям, пусть человечество и не всегда способно оценить заслуги былых веков в сравнении с нынешним прогрессом. Но не о том речь. Вы слышали о марсоходе «Кьюриосити»?

– Что-то слышал. Кажется, его случайно нашли рабочие где-то в Южном полушарии.

– Да. Этот аппарат действовал на Марсе в первой четверти двадцать первого века. Его антикварная стоимость оценивается в шестьдесят миллионов марсианских долларов. Сейчас это один из более двух десятков экспонатов нашей коллекции.

– Понятно. То есть, вы нашли нечто новое в неисследованных землях? – предположил марсобойщик. – Нечто менее ценное, но столь же старое?

– Старое, да. Но насчёт ценности, – Ричард улыбнулся, – вы ошиблись. Наша находка стоит на порядок больше половины всей собранной нами коллекции! Двадцать миллионов – всего лишь плата вам за доставку этой бесценной вещи. Мы с вами заключим договор, и вы станете нашим представителем. В договоре будет указана и ваша зарплата, и владелец находки, то есть мы.

– Чтобы я не присвоил её себе? – выразил обиду Павел.

– О, не поймите неправильно, мы вам полностью доверяем! Ваша репутация безупречна.

Марсобойщик поёрзал на месте, пытаясь разобраться в своих ощущениях. Похоже, не всё так страшно, как казалось поначалу. Его посылают в рейд по бездорожью в богом забытые пески. И платят такие деньги просто за то, чтобы доставить в целости и сохранности какую-то доисторическую рухлядь. Что ж, это можно. И репутация тут действительно сыграла не последнюю роль: к Павлу и правда никогда не было претензий от нанимателей, и груз он всегда довозил без повреждений. Следует похвалить «Марсинок» за хороший выбор?

– Что же вы такое нашли?

Ричард откинулся в кресле, медленно опустив сухие ладони на подлокотники. Его голос неуловимо изменился, обретя не терпящую пренебрежения серьёзность.

– Прежде, чем я отвечу на ваш вопрос, – неторопливо проговорил он, осторожно подбирая слова, – я хотел бы узнать ваше решение. Вы теперь знаете достаточно, но мы не можем рисковать. На упомянутый мной экземпляр наверняка будут претендовать и другие организации, так что если вы откажетесь с нами сотрудничать, в этом случае я вынужден буду немедленно с вами попрощаться. Либо вы даёте своё согласие, и тогда мы продолжим беседу. Итак? Ваше слово?

Не о чем размышлять. Сомнения остались, но решение, как ни странно, было принято ещё в баре Джона Надда.

– Я берусь за это дело, – твёрдо ответил Павел.

Ричард удовлетворённо кивнул, улыбнувшись одним уголком рта.

– Очень хорошо. – Он вынул из ящика стола тощую папку, положил на стол и подвинул её в сторону гостя. – Это останется у вас. Здесь все необходимые сведения. Если коротко, то речь идёт о беспилотном космическом корабле «Свобода», потерпевшем крушение над Марсом сто шестьдесят лет назад. Это случилось во время Канадо-китайской войны. В том конфликте канадцам, как вам, наверное, известно, помогали америкобританцы. Они посылали свои беспилотники к Марсу для снабжения продовольствием канадских космических баз. «Свобода» была сбита над нейтральной территорией китайской ракетой и до настоящего времени считалась потерянной навсегда. Но несколько дней назад наш спутник обнаружил обломки корабля, отчасти засыпанные песком. Видимо, они обнажились после недавно прошедшей бури, так мы полагаем. И ваша задача заключается именно в том, чтобы извлечь корабль из песка и доставить нам. В целости, как вы понимаете, и сохранности.

Павел полистал папку, мельком изучая документы, и поднял озабоченный взгляд на собеседника.

– Разве корабль не является собственностью Америкобритании?