Читаем без скачивания Правила жизни от Зигмунда Фрейда - Бретт Кар

В 1910 году Фрейд написал короткое, но очень емкое эссе «Некоторые типы характера из психоаналитической практики», в котором описал то, как мы сами портим и запутываем собственную эротическую жизнь. Фрейд заметил, что мы часто относимся к нашим партнерам не как к людям, а более примитивно – как к объектам. Он постоянно использует термины «объект любви» и «выбор объекта»:

«В ходе психоаналитического лечения у врача имеется масса возможностей получить представление о том, как невротики ведут себя в любви; в то же время мы можем припомнить, как сами наблюдали подобное поведение у обычных здоровых людей и даже у тех, кто обладает выдающимися способностями, или слышали о таком. Вследствие счастливой случайности в подборе материала, благодаря накоплению однородных впечатлений перед нами вырисовываются определенные типы в любовной жизни. Я начну с описания одного такого типа выбора объекта (обычно он свойственен мужчинам), потому что он отличается рядом таких «необходимых условий любви», сочетание которых непонятно, даже странно, однако этот тип имеет простое психологическое объяснение.

1. Первое из этих «условий любви» можно было бы назвать позитивно специфическим; если оно имеется, то можно искать и другие отличительные признаки этого типа. Его можно назвать условием «пострадавшей третьей стороны». Суть его состоит в том, что человек, о котором идет речь, никогда не выбирает в качестве объекта любви свободную женщину – то есть незамужнюю девушку или свободную замужнюю женщину, – а только ту, на которую может предъявить права другой мужчина: супруг, жених или друг. В некоторых случаях это условие оказывается настолько роковым, что на женщину сначала не обращают никакого внимания или даже отвергают, пока она никому не принадлежит, но стоит ей вступить в подобные отношения с другим мужчиной, как человек такого типа мгновенно в нее влюбляется.

2. Второе условие, быть может, уже не такое постоянное, однако столь же странное. Этот тип выбора объекта встречается только в сочетании с первым условием, тогда как первое условие само по себе встречается очень часто. Второе условие состоит в том, что чистая, вне всяких подозрений, женщина никогда не является достаточно привлекательной, чтобы стать объектом любви, привлекает же только женщина, пользующаяся дурной сексуальной репутацией, верность и порядочность которой вызывают сомнения. Эта последняя особенность может серьезно варьироваться, от легкой тени на репутации замужней женщины, которая не прочь пофлиртовать, до открытого промискуитета кокотки или жрицы любви. Но мужчины такого типа не могут получить удовлетворения без чего-то подобного. Второе необходимое условие, довольно грубо, можно назвать «любовью к проститутке».

Тогда как первое условие дает возможность удовлетворения враждебных импульсов соперничества и враждебности, направленных на мужчину, у которого следует отнять любимую женщину, второе условие – причастность женщины к проституции – связано с потребностью в ощущении ревности, которая, очевидно, необходима влюбленным этого типа. Страсть их достигает наибольшей силы только в том случае, если они могут ревновать. Только тогда женщина приобретает для них настоящую ценность, и они никогда не упускают возможности испытать эти наиболее сильные чувства».

«Об одном особом типе выбора объекта мужчиной», 1910

Фрейд утверждал, что многие мужчины испытывают возбуждение от романа либо с замужней женщиной, либо с женщиной запретной (например, с сестрой жены, как это было у самого Фрейда), потому что такие отношения дают им тайное, бессознательное наслаждение тем фактом, что они причиняют кому-то боль – обманутому мужу, собственной жене или самим себе, поскольку, если об отношениях станет известно, они навлекут на себя гнев и ненависть. Фрейд также полагал, что многие мужчины не только наслаждаются сексом с чужими женами. Их еще тянет женщина, склонная к промискуитету. Занимаясь сексом с проституткой, мужчина получает тайное удовлетворение, забирая женщину с «дурной репутацией» у всех остальных мужчин, с которыми она имела сексуальные контакты. Таким образом, мужчина в собственном представлении становится, так сказать, «альфа-самцом».

Затем Фрейд переходит к объяснению более глубоких детских истоков такого типа сексуальной констелляции:

«При психоаналитическом изучении жизни мужчин этого типа легко открыть такой источник. Такой странный выбор объекта любви и такое причудливое любовное поведение имеют то же психическое происхождение, что и любовная жизнь нормального человека. Они происходят от детской фиксации нежных чувств на матери и представляют собой одно из последствий такой фиксации. В нормальной любовной жизни сохраняются лишь некоторые особенности, в которых несомненно проявляется влияние материнского прообраза на выбор объекта, как, например, предпочтение, отдаваемое молодыми людьми более зрелым женщинам – то есть отделение любовного влечения (либидо) от матери произошло сравнительно скоро. У людей же нашего типа, напротив, и после наступления половой зрелости либидо остается связанным с матерью так долго, что у выбранных ими позже объектов любви оказываются ясно выраженные материнские признаки, и в них легко узнать замену матери. Напрашивается сравнение с деформацией черепа новорожденного: после длительных родов череп новорожденного представляет собой слепок тазовых ходов матери.

Итак, мы должны указать на вероятность того, что характерные черты мужчин нашего типа – условия их любви и их поведение в любви, – действительно происходят от психической констелляции, связанной с матерью. Проще всего, когда выполняется первое условие – женщина должна быть несвободна, или есть пострадавшая третья сторона. Совершенно очевидно, что для ребенка, который вырос в семейном кругу, тот факт, что мать принадлежит отцу, неотъемлемо связан с представлением о матери, а «пострадавшей третьей стороной» является не кто иной, как отец. Так же естественна для детских отношений переоценка, благодаря которой возлюбленная является единственной, незаменимой: ибо ни у кого не бывает больше одной матери, и отношение к ней основывается на событии, которое не вызывает никаких сомнений и не может быть повторено.

Если мы поймем, что все объекты любви, выбираемые мужчиной нашего типа, являются лишь заменой матери, то понятно и «образование ряда», которое кажется столь резко противоречащим условию верности».

«Об одном особом типе выбора объекта мужчиной», 1910

Чему же учат нас выводы Фрейда по психологии любви? Во-первых, мы должны снова признать нашу бессознательную склонность к боли и садизму в интимных отношениях. В раннем детстве каждый из нас жаждет абсолютного внимания матери, отца или другого основного опекуна. В классической ситуации мы хотим быть либо любимым солдатиком матери, либо папочкиной дочкой. Но нам приходится делить ограниченную родительскую привязанность с надоедливыми братьями и сестрами и, что хуже всего, с мамочкиным (обычно отцом) или папочкиным (обычно матерью) партнером. Во взрослой жизни мы стремимся повторить эту ситуацию – как правило, бессознательно, – разбивая пары, как сделал мой клиент Клод, вступивший в интимные отношения с женой своего лучшего друга Джамила.

Но мы не только уступаем тайному желанию разбить другую пару, как делали Клод и Ирена, обманывая Грету и Джамила. Порой мы не можем вынести собственного пребывания в сексуальной паре, как это произошло с моими клиентами Берти и Флорой. Фрейд полагал, что, вступив в брак, мы не только удовлетворяем давнее желание иметь особого сексуального партнера (какой был у мамочки и папочки). Мы испытываем печаль и чувство вины за то, что вступили в брак не с тем человеком – то есть не с матерью и не с отцом, которых мы обожали в младенчестве и раннем детстве. Поэтому многие люди, обменявшись кольцами, испытывают сознательное ощущение наслаждения и достижения, но в то же время в их душе живет бессознательный страх перед предательством родителей. Им кажется, что они говорят родителям: «Посмотри-ка, мам, я нашел женщину, которая красивее тебя» или «Эй, па, мой муж зарабатывает больше денег, чем ты!» Психотерапевты поняли, что супруги часто прекращают сексуальные отношения друг с другом, чтобы справиться с этим чувством вины и втайне сохранить верность родителям. Хотя подобное объяснение может показаться сложным и даже странным, современные психологи вновь и вновь сталкиваются с этой динамикой в повседневной работе.

Уровень разводов в нашей стране достигает почти 40 процентов, и мы очень хорошо знаем, насколько болезненной и хрупкой может быть семейная жизнь. Фрейд помог нам понять, что взрывы и запреты, которые разрушают интимные отношения, часто возникают вне нашего сознания и не поддаются сознательному контролю. Но, осознав то, что становление частью пары – то есть того, к чему большинство из нас страстно стремится – тоже может стать источником глубокого ужаса, мы можем обратиться за помощью в трудном положении. Более того, работы Фрейда о психологии любви помогают нам осознать тайные желания, которые могут скрываться за сознательной страстью. Возможно, когда мы в следующий раз ощутим эротическое возбуждение при виде состоящего в браке человека со сверкающим золотым обручальным кольцом, то отнесемся к нему более осторожно, осознавая тот факт, что нас привлекает кольцо (и то, что оно символизирует, то есть желание поразить соперника) и возможность причинить боль другому человеку, а вовсе не соблазнительные формы или пара могучих бицепсов. А когда мы почувствуем отсутствие интереса к собственному партнеру, то можем вспомнить о том, что втайне путаем эротического партнера с родителями-опекунами раннего детства.