по-прежнему висел, не нужен, стало быть, он, вокруг веселье и достаток, прошли те мрачные времена, умерли и его отец и король, забыты их имена. “Ради чего я преодолевал тот нелегкий путь, не уж-то зря, обрек себя, и жизнь свою обрек на пустоту, сто лет искал спасенье, но нужно ли оно кому, все накормлены без меня, я всё только потерял, и ничего не приобрел” – внутренне кричал старик. В отчаянье на землю он возлег, на площади людной, никто не заметил старика, все были заняты делами, имея изобилье, они не вопрошали ничего, и не помогали никому. Изель так ослаб, что даже плакать не хватало ему сил. И вскоре к нему подошла семья, бедная на вид, стары, изношены одежды их, дети не умыты и хромы. Молвил отец того семейства – “Подай малыш, ты человеку бедному тому, смотри, ему хуже, чем нам, мы есть у друг друга, и солнце греет кожу нашу и река поит наши животы, а он одинок и бледен, словно давно не бывал под ясным солнцем”. Ребенок кротко к старцу подошел, и кусочек хлеба от буханки отломил, протянул, и взять попросил. Очнулся Изель от забытья, на дитя воззрился и сразу повеселел, вот те люди, которые невольно страждут. “Благодарю, давненько не ел я хлеб” – сказал старик. – “А вот и мой дар прими, сей плод волшебный, вы все сможете питаться им целый год, аль более того”. “Спасибо дедушка, но кажется это яблочко простое” – сказал малыш. “Али так, всё равно Божий дар, взалкаете и насытитесь в тот же час” – оповестил Изель. И мальчик откусил. – “И вправду папа, кажется, не захочу я есть как будто никогда, попробуйте”. “Незнакомец, за что мы заслужили сей спасенье?” – спросила матушка семейства. “Дела показали, что чисты ваши сердца” – улыбнулся ласково старик. “Почему ты здесь лежишь?” – его спросили. “Искал я голодных, но только сытых всюду лицезрел”. “Так мы не одни, еще есть семьи, они также голодают. Нет ли у тебя ещё плода жизни? Не для нас, но для них” – просили люди бедные. Изель восстал с земли, прах отряхнул, и зашагал к пещере. Спросили старика тогда – “Куда же ты?”
На что ответил он – “Искать спасенье ваше, туда, где растут для вас плоды”. И глас с неба возгласил – “Сей раб мой, его самый легкий путь”.
Не окончился на том дальний путь Изеля, а только начался отныне он.
Принц с маленьким сердцем
Существовал некогда в мире созданным Творцом, принц, и было у него маленькое сердце. Еще в раннем детстве, мудрая бабушка, прикоснувшись к груди внука, поведала ему о том пороке, обрекая на вечное одиночество сей чадо. И не могла в нем поселиться та любовь, что так лирично воспета всеми бардами и певцами, юными девами, оглашающими всему миру стоя на балконе, о той непонятной и непостижимой магии, которая сближает двух людей на всю оставшуюся жизнь, но не суждено было любви пустить корни в столь крохотной обители. То сердце не ведало боли разлуки, безответности, боли холодности заблудшей души, ни счастья, ни секунды, ни мгновения, ведь они могли бы погубить юного принца, так слабо и мало было его девственное сердечко.
Он рос в пустоте пустот, среди безжизненных стен и блуждал в тысячах комнатах королевского замка, там, где все люди носили только черные одежды и белые бесформенные маски без эмоций и чувств, на поясе у них висели колокольчики, дабы каждый раз предупреждать о своем передвижении, чтобы не пугался принц. Их манеры были четки и медленны, они были глухи и немы, лукавы и слепы к чужим невзгодам. Замок был построен на самой высокой и неприступной горе, там, где даже птицы не решались летать. Он видел лишь темноту замка, и свет, просачивающийся из окон сквозь прутья решеток и тут же растворяющийся в бесформенных тенях. Он не читал книги, ему не читали сказки, он не видел то, что находилось снаружи, и поэтому для принца с маленьким сердцем окружающее душное пространство стало знакомым и обыденным, об ином он даже и не догадывался, лишь изредка задумывался – а откуда появляется свет. Так он жил, покуда его слабое сердечко билось.
Изучая стены, прикасался к ним, помня и запоминая каждую трещину и впадину, углы также не оставались без его любопытного вниманья, обходил одну комнату за другой и когда доходил до последней, начинал с начала. Воспоминания о родителях давным-давно истерлись из его юной памяти. Принц не знал, как он выглядит, потому его белокурые волосы свисали до земли, когда ему минуло двадцать лет, борода и усы начали касаться его груди, но ему была безразлична внешность, которую он не ведал. Со временем став частью тех камней, что его десятилетиями окружали, он должен был стать призраком замка, вечно блуждающим сквозь однообразные миры.
Но однажды, у принца первый раз в жизни кольнуло сердце, когда он увидел луч белого лоснящегося света, краешек необычного света. К тому времени он достаточно вырос, потому с легкостью отворил ставни, ибо пруты состарились и погнулись, и озарился он небесной благодатью. Взобрался на окно, посмотрел вниз, увидел горы и черные точки, то были человеческие домики, затем поднял взор и увидел небесно-голубое небо, облака, слепящее солнце, что жгло его глаза. Принц был одет лишь в мешковатую пижаму, и потому явственно чувствовал тепло и ветерок. Он с усиливающейся болью в сердце, обуреваемый интересом и наслаждавшийся свободой, стал лезть вниз по стене, минуя все препятствия, но руки его были слабы, а грудь словно пронзала шпага. Он чуть было не хотел повернуть назад, туда, где нет всей этой красоты, где не столь больно жить, дабы забиться в темный угол. Но терять было нечего и он начал карабкаться вниз еще быстрее.
Вскоре он добрался до вершины скалы, спрыгнул на землю, врылся руками в почву, рассматривая ее крупинки. Затем перед ним предстало раскинувшиеся селение, где несколько домишек устилали равнину. Охваченный чувствами ныне ему неизвестными он двинулся дальше. И вскоре, словно сомнамбула, от неожиданности остановился, оторопел, и будто безумный вскинул руками.
Он увидел колодец, а рядом с источником девушку, она черпала воду, он никогда в своей жизни не видел ничего подобного, ничего более прекрасного. Почувствовал великое чувство, видя самое удивительное, что есть в мире. И тогда его маленькое сердце будто стало умирать, сделать вдох было невозможно. Но
