затраты окупятся.
— Да далеко возить камень. Каменоломня Актория куда ближе к городу…
— У него плохой камень, после зимы он постоянно трескается. А тут еще дорогу будут мостить, я точно слышал, вот поэтому нам и надо купить каменоломню…
Остальное я не слышал, так пришлось отойти, невежливо стоять и подслушивать, но услышанное меня очень сильно взволновало. Похоже что тракт оживет! Возможно мы сможем вылезти из нищеты и рассчитаться с долгами! Слава старым Богам — это была хорошая новость! Возможно, они так нас отблагодарили, за то что приняли вчерашнюю девчонку? Защитили и приютили? Хранительница всегда почитала гостеприимство…
— О! Ну наконец то! — заорали мужики, увидев, как Лаура вынесла блюдо с мясом, — а мы уж думали штурмом кухню брать!
Видимо на шум и вышла наша гостья. Лиер со спутниками увидев девку в штанах, заметно удивились и попытались окликнуть ее.
— Простите, лиер, наша гостья из далеких краев, она не понимает вас, — во избежание недоразумений как можно скорее сообщил им.
— А чего она в штанах-то? — ухмыльнулся дворянин, — считает себя мужчиной что ли? Так одних штанов для этого мало!
Его друзья или охранники тут же рассмеялись
— В их краях так принято. И прошу использовать уважительный тон, девушка тоже льера, пусть она не понимает слова….
— О! Прошу прощения, молодая госпожа, — тут же отвесил легкий поклон лиер, — парень, накорми девушку завтраком за мой счет, в качестве извинений за мой тон.
Девушка между тем сначала испугалась громких выкриков в свой адрес, замерев у входа в коридор, но, услышав вежливый тон и увидев поклон, расслабилась, скопировала поклон лиера и мило ему улыбнулась. Тот улыбнулся в ответ, и потеряв к ней интерес. продолжил беседу со своими спутниками.
— Будете завтракать, льера? — тоже поклонился я, приглашающе взмахиваю рукой в сторону столика у окна. Просто оно наиболее удаленное от троицы место из самых освещенных, и там ее лицо будет лучше всего видно…. Ну нравилось мне смотреть как у нее быстро менялись эмоции и лицо с уверенного — красивого, делалось испуганно — милым…
— Мария. — Я и даже не сразу понял, что она обратилась ко мне, подойдя к стойке.
— Что?
— Мария. Нет Льера. Мария, — для убедительности потыкав пальцев себе в грудь
— МарИ! — попробовал произнести ее имя, — Марья..
— Мария! — Повторила девушка, потом махнула рукой и сказала видимо домашнее имя, — Маша.
— Маша! — Вот так получилось с первого раза, — Льера Маша!
— Льера? — смешно наморщила носик Маша, и вопросительно уставилась на меня.
— Льера — Дворянка, — попробовал объяснить я, но она безмятежно махнула рукой. То ли не поняла, то ли ей без разницы, подчеркивают ее статус
Девочка ткнула уже меня в грудь и вопросительно подняла бровь. Я опять ей залюбовался, что даже имя свое ответил с задержкой. Надеюсь она меня каким нибудь дурачком не посчитает?
— Весел.
— Вэсел… Всел…
— Весел, — повторил я смеясь от ее произношения. У нас в языке гласные произносились очень сухо и коротко, а девушка привыкла, чтобы гласные хорошо слышались, произносила их с долгим звучанием, так, что казалось она напевает, а не говорит.
— Вася. — Уверена сообщила мое новое имя Маша и чуть наклонив голову набок, с любопытством уставилась на меня.
— Ну пусть будет Вася, — улыбнулся я, — Хоть горшком назови, главное в печь не ставь!
— А? — Растерялась девочка от длинной фразы.
Я вышел из-за стойки и провел ее к столу.
— Садись. Я. Пойду. И принесу. Еду. Кушать.
Все свои слова я сопровождал жестами и она меня сразу поняла и уселась на скамейку, выжидающе рассматривая меня.
На кухне я тут же озадачил маму, что нужно накормить гостью, и что за ее завтрак готовы заплатить благородные, те что сейчас лопали мясо. Мама не долго думая разбила четыре яйца на сковороду, отрезала ломоть хлеба и забросила на него пару ложек сметаны с крынки.
— Не боится уже? — Спросила мама, поджаривая побелевшую яичницу.
— Немного, — киваю, наливая в кружку сбитня, — но уже пытается разговаривать. Ее Маша зовут.
— Мари, она вчера говорила.
— Маша — видимо домашнее имя. Она поняла, что основное не выговорю, махнула рукой и сказала домашнее.
— Ты видать ей понравился, благодарна, что ее сумку принес. На, иди корми гостью
С этими словами мама сунула мне хлеб со сметаной и тарелку с яичницей.
Девушка еде обрадовалась, только недоуменно уставилась на ложку и что-то поискала глазами. Потом еще раз осмотрела ложку и неуверенно взяла ее в руки
— Это ложка, ей едят, — я изобразил жестом, что надо делать с ложкой. Точно, дикарка ведь, возможно они вообще руками едят.
— Хи-хи-хи, — развеселилась Маша от моей пантомимы, взяла ложку и отщипывая ей кусочки, принялась есть.
Ага, значит умеет пользоваться прибором, зря наговариваю, улыбнулся я, отойдя от нее, чтобы не мешать кушать и исподтишка наблюдая за ней. Ела она к слову очень аккуратно, я бы сказал грациозно, как любила говорить моя учительница в храме.
— Ложка! — неожиданно произнесла девочка, смотря на меня и показывая прибор в руке.
— Ложка, — согласился я.
Девочка тут же ткнула пальцем в тарелку, опять подняв вопросительно бровь
— Миска, — немедля отвечаю, начиная понимать, для чего она спрашивает.
— Ми-ска! — повторила она, и тут же ткнула в стол.
— Стол, — обвел я весь стол рукой, а после провел рукой только по верхней поверхности, — столешница.
— О! — Воскликнула Маша, быстро отхлебнула из кружки и помчалась в свою комнату. На полпути остановилась, пропела что-то показывая мне руками находится там, где я стою и убежала дальше.
Но похоже он только схватила свою сумку и с ней прибежала обратно, усевшись на свое место.
А дальше произошло волшебство! Она просто провела сжатыми пальцами по сумке и она открылась, чуть ли напополам раскрылась! Похоже я даже что-то воскликнул, потому как Маша повернула голову на меня, увидела отвисшую челюсть и снова рассмеялась. Свела одной рукой края сумки и опять провела рукой в другую сторону. Сумка закрылась. Провела еще раз. Открылась. Закрылась. Подвинула ко мне, лукаво поблескивая глазками. Я попробовал провести как она, но ничего не получилось, сумка не открывалась. Попробовал сделать пальцы как у нее щепотью, но это не дало никакого результата, кроме того, что это еще больше развеселило девочку. Она сама открыла сумку еще раз и принялась доставать оттуда удивительные вещи. Сначала она достала черный мешок, из тонкой, шуршащей ткани, в котором оказались овощи. Огромная морковка, самые крупные головки лука из того что видел, непонятные коричневые и желтоватые клубни и пара огромных яблок. Правда морковь была вся ломаной, лук помят, а несколько
