Я опешила. Я была уверена, что никакой богини нет и в помине, а тут голос. Гости ахнули, а откуда-то на нас полился розоватый, искрящийся свет.
Она правда существует?!
- Лепестки, лепестки… Ептить! – слышался голос, а сияние окутывало Бесподобного и нас.
Несколько розовых лепестков упало на алтарь.
- Капец-капец! Что кончились? Давай, работай! – доносился голос, а кто-то что-то вертел, судя по звуку. – А, нет! О!
И тут на нас упал целый ворох розовых лепестков, едва не сбивая с ног.
- Многовато получилось, - послышался вздох сверху, а свет стал исчезать.
Когда лепестки улеглись, гости потребовали танец молодых!
Какой танец?
Я посмотрела на мужа, как бы спрашивая, оно нам надо? Ответом мне послужил обжигающий страстной ненавистью взгляд.
Я – инвалид, ножка болит. Раненых приличные мантикоры не едят. Пошел вон отсюда, падальщик!
Глава 13
- Люблю, когда молодые танцуют. Хотя бы суставы не хрустят! – прослезился Беспардонный Фогс, пока гости активно хлопали и рассыпались в поздравлениях.
Меня спустили на пол. Судя по состоянию ноги, тут будет полька с прихрамыванием.
Грянула романтическая музыка. Через десять минут я поняла, что еще никогда так не танцевала! Все эти грациозные па ногами, все эти наклоны…
Я посмотрела на мои ноги, которые висели над полом и на руку, на которой я сидела.
- Оу! Как некультурно! – прокатилось по залу. Судя по не довольному ропоту, в приличном обществе принято танцевать так, словно между вами беременный арбуз. С постными лицами, словно пребываешь в последней стадии депрессии.
Такой экспрессии люди еще не видели. Туфелька отлетела в сторону гостей и попала на стол в тарелку, обрызгав всех окружающих соусом. Вторая туфелька решила не отставать и устремилась туда же на третьем круге.
- Браво! – кисло аплодировали голодные гости, с кислыми улыбками. Всем видом они намекали, что второй раз они к нам не придут ни за какие коврижки!
- Как приятно смотреть, когда два сердца сливаются воедино! - смахнул слезу Бесподобный Фогс, смешивая два бокала с нарисованными сердцами в третий и выпивая все это залпом. - Но вы тоже неплохо смотритесь вместе!
Это он нам!
Танец хоть и был невероятно длинным, закончился, и нас стали поздравлять так, словно проклинают.
Гости жадно набросились на еду, разбирая тарелки и десерты.
- Пусть любовь преодолеет все шторма и найдет тихую гавань! – выдал Беспардонный Фогс, направляясь к столу. – А то любовь, чую, не дойдет, а в тихой гавани все сожрут без него.
Он покачнулся и взмахнул руками.
О нас забыли все, тут же переключившись на свежие сплетни. Кучки гостей шушукались, смеялись и звенели приборами.
- Что за свадьба без дуэли! – объявил Беспардонный Фогс, позвякивая вилкой о бокал. – Могу наступить кому-нибудь на подол!
Гости веселились, абсолютно наплевав на повод. Лишь изредка кто-то посматривал на нас.
- Любовь побеждает! – объявил Беспардонный Фогс, складывая карты обратно. – Все пойдет на нужды храма!
Меня снова взвалили на руки и понесли по лестнице, пока гости следовали за нами и желали нам счастья. Но не от чистого сердца.
- Вы помните, что нужно делать, да? – спросил Беспардонныйй Фогс, когда меня несли наверх. – Консультации не нужны? Куда, чего? Сами попадете? Помните! Если туго идет, то снимите с дамы панталоны!
- Нет! – рявкнул герцог, даже не оборачиваясь. Шум свадьбы стихал, а меня занесли в мою комнату и положили на кровать.
На мгновенье герцог замешкался, словно хотел что-то сказать. А потом бросил, как выплюнул:
- Спокойной ночи!
С этими словами он вышел за дверь, намекая грохотом, что он не мантикора, в душе он - Сквозняк.
Я села на кровати, пытаясь вправить вывих. Ай-я-я-яй! Так, теперь нужно найти тугую повязку и ….
- Фу-фу-фу! – подышала я в сторону, чтобы в глазах перестало темнеть.
- Принесите бинты и что-нибудь холодненькое! – попросила я заглянувшую служанку. Так кивнула и бросилась в коридор, шурша платьем.
- Как хорошо, я когда-то не прогуливала лекции… - простонала я сразу за жениха и невесту, с трудом проверяя ногу. Вывих не сильный. Сейчас немного поправим…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Так! – скосила я глаза вниз на декольте, откуда показались две партизанки – медсестры.
- Бинты! – пожала плечами служанка, а я радостно схватила бинт и стала фиксировать ногу. – И как вы просили! Холодная закуска!
- Спасибо, - заметила я, глядя на то, что видела в страшных снах вместо своей попы.
Служанка упорхнула, а я осмотрелась, поставила тарелку с каким-то холодком на кровать, положив на нее многострадальную ногу.
Внезапно в комнату постучали, а потом дверь приоткрылась.
- Добрый вечер, мадам! Очень приятно познакомиться! Я доктор Миддлтон! – представился сухонький мужичок с добродушными пушными усами. При нем был потертый кожаный чемоданчик и фундаментальные знания медицины. – Что у вас болит?
- Вот! – стала закатывать я платье, показывая ногу, как вдруг доктор закрыл глаза руками. Я даже панталоны закатила, чтобы лучше было видно вывих.
- Мадам, накиньте юбку обратно! – потребовал доктор. – Я женат!
На крик вбежал герцог, видимо, ожидающий в коридоре.
- Что с ней? – спросил герцог, опрокидывая в себя бокал. В этот момент он увидел мою ногу и задранную до панталон юбку и побледнел.
Я вздохнула и накинула юбку обратно.
Доктор подошел и стал ходить вокруг моей ноги, как в музее. Он рассматривал ее издали, приглядывался, как подруги к педикюру.
Он бросал авторитетные междометия: «Угу!», «Ага!», «Ого!».
- Благодарю, мадам! – заметил доктор, а я даже привстала от удивления. – Сейчас я напишу вам рецепт.
- Погодите, а что? Осмотра не будет? - спросила я, прищурившись на доктора.
- Осмотр был! Я вас осмотрел! – кивнул доктор, удрученно вздыхая.
- И все? Ладно осмотр… А где ощуп?! – спросила я, глядя на свой холодец.
- Диагноз и так ясен, - произнес доктор, хмуря кустистые солидные брови.
Голос доктора был таинственный, загадочный. Словно моей жизни что-то угрожает!
- Я рекомендую кровопускание, - негромко произнес доктор, расстегивая чемодан. – И клизму.
Глава 14
Я, конечно, поклонник нетрадиционной медицины. Любая медицина становится нетрадиционной, от случая к случаю. Месяц назад ко мне привели девушку. С таких рисуют открытки. Душка – лапочка. Даже носочки белые. Милая красавица решила отомстить маме-папе за то, что ее не пустили на очередной сэйшн с ее бойфрендом. Идея мести родилась спонтанно и была воплощена в ванной, чтобы уставший доктор поиграла в кладоискателя.
Мой пинцет осторожно тянул то самое резиновое изделие, коим в сердцах обозвал бессердечный папашка любовь всей ее жизни. А в нем всю родительскую заначку. В голове вертелись фразы: «Я тебе что? Деньги рожу?!» и «Йохохо! И твоя вся зарплата!». «Свинья!», - зашлась маменька. «Копилка!», - подумала я, видя свернутый и липкий семейный бюджет на этот месяц. Семье предстояло отмывать деньги. Они даже решили поделиться со мной. Двумя пальчиками мама протянула мне купюру.
Я не взяла. Впервые в жизни мне захотелось быть самым честным врачом на свете.
- Будьте добры, ваше сиятельство. Покиньте комнату, - вздохнул врач, желающий искреннего добра моей пищеварительной системе.
- Я подожду внизу, - произнес муж. Впервые в его суровом взгляде проступило что-то похожее на жалость.
Живодер от медицины тем временем решил устроить моему желудку чудные мгновения, доставая из чемодана клизму, очень похожую на кальян инквизитора. Агрегат для лечения всех болезней обладал длинной трубкой и очень недружелюбным носиком.
Про гигиену намекала ворсистая тряпочка, которым его регулярно протирали.
Отполированный многочисленными задницами носик хищно сверкнул при свете свечей. Он всем видом показывал, что способен промыть даже гайморит. Если чуть-чуть не рассчитаешь глубину.
