— Меня зовут Эльза Галэм. Я покажу вам комнату, принесу воды и горячий ужин, — проговорил она.
— Благодарю вас, — коротко бросил Лео.
В проходе он неожиданно столкнулся с той самой девушкой, которую встретил днем в лесу. Оба пару мгновений удивленно смотрели друг на друга.
«А что этот тип делает в нашем доме?» — промелькнуло в голове Деи.
Лео улыбнулся уголком рта и галантно поклонился.
— Дея, у нас остановится этот господин, а ты иди к себе в комнату, — строго проговорил мачеха.
«Хм. Значит, тебя зовут Деей», — мысленно произнес Лео.
Девушка испуганно подняла глаза.
После горячего ужина и трудного дня маркиза сморил сон, и он, свернувшись калачиком, задремал. Ночь прошла спокойно, хотя он несколько раз просыпался. Ему казалось, что он слышит в темноте осторожные шаги хозяйки.
Весь следующий день был наполнен событиями, которые потребовали от Лео огромного количества усилий. Ему пришлось снова вернуться к озеру, найти тело старого слуги и похоронить его.
С людьми наместника маркиз тщательно осмотрел берег, но ничего примечательного, указывающего на то, что случилось с герцогом, не обнаружил. Лео опросил и некоторых жителей Сартенвиля.
Люди были хмуры и неприветливы. Они смотрели на чужаков настороженно, буравя их цепкими взглядами. Большинство отвечали, что ничего подозрительного не заметили. Правда, были те, кто утверждал, что видели отряд всадников, проезжавших у опушки леса. Эти сведения были настолько скупы и противоречивы, что не только не помогли, но и сильнее запутывали поиски.
Лео возвращался в дом, где остановился на постой, уже в сумерках. Вечерний воздух был удушливым и влажным. Он обошел стену живой изгороди, отделявшую двор от узкого безлюдного переулка, и остановился под сенью большого раскидистого дерева. Вокруг дома тянулся оплетенный дранкой частокол, за который словно длинные пальцы, цеплялись лозы дикого винограда. Глаза его различали лишь темные силуэты домов, четко выступавшие в сумерках.
Через широко распахнутое окно в дом врывался ночной ветерок, отчего тонкие занавески колыхались, словно привидения.
Мысли его занимали серьезные вопросы: кто и зачем убил старого Томаса и куда пропал отец. Возможно, это дело рук разбойников.
«Я знаю, отец жив, — зло стиснув кулаки, подумал Лео. — И я обязательно его найду».
Внезапно входная дверь в доме тихо отворилась, и в проеме показалась хозяйская дочка. Бесшумной тенью она выскользнула во двор, оглянулась боязливо и зашагала в сторону леса.
Ведомый любопытством маркиз незаметно скользнул вслед за ней. Ступая очень осторожно, он шел за девушкой, стараясь держать дистанцию. Едва заметная тропинка уходила все дальше в лес, практически в самую чащу, туда, где росли деревья с толстыми стволами и переплетенными между собой вершинами. В темноте светлым пятном выделялись белокурые волосы девушки.
Окружающая тьма казалась зловещей, кишащей разного рода нечестью. Время от времени то справа, то слева он слышал слабый треск веток. В тишине леса эти звуки казались оглушительными.
Девушка впереди остановилась и прислушалась. Лео поспешил спрятаться за деревом, и стоял так несколько мгновений, боясь пошевелиться. Выглянув из укрытия, маркиз никого не увидел и стал пристально вглядываться в темноту, пытаясь обнаружить, куда делась дочь хозяйки.
Позади раздался треск сучьев, и вслед за тем послышались чьи-то тихие шаги. Кто-то шел за его спиной легкой походкой и очень быстро. Лео хотел было броситься вперед, но поборол в себе чувство страха и остался на месте.
Прямо на него из темноты выскочила… Дея.
Тихо вскрикнув, она отпрянула, оступившись о толстую ветку, лежавшую под ногами. Сильные руки Лео ухватили ее за талию и удержали от падения.
Она попыталась отстраниться, но маркиз усилил хватку.
В эту минуту бледный диск луны выглянул из-за черной тучи.
— Хорал бы вас побрал! — чуть слышно выругался он.
Дея сердито поджала губы, нахмурилась и попыталась отодвинуться от него.
— Что вы делали в лесу в такое время? — прошипел Лео.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
«Вам какое дело! — гордо вздернула голову Дея, а затем мысленно бросила. — Зачем вы шли за мной? Что вам от меня нужно?»
— Нормальные люди по ночам дома сидят, а не по лесам бродят. Ты что-то скрываешь, и я хочу знать, что именно.
«Ах, вы… Да как вы смеете в чем-то меня подозревать!» — задохнулась от его наглости Дея.
Тишина затянулась на пару секунд, в течение которых они продолжали напряженными взглядами сверлить друг друга.
В этот момент ночная тьма озарилась яркой вспышкой, а через пару секунд и второй. Невообразимый грохот взорвал тишину ночи.
Внезапно налетел сильный порыв ветра. Завывая, он беспощадно гнул деревья, словно пытаясь вырвать их с корнями из земли, срывал листву, завывал на разные голоса. Яркие вспышки молний кроили небо, раздирая его надвое, после чего вокруг сомкнулась густая и беспросветная тьма.
Мощные потоки дождя хлынули сверху, создавая ощущение наступившего апокалипсиса.
Стуча зубами от страха и холода, Дея вырвалась из захвата и со всех ног бросилась назад. Она шла почти на ощупь, поскольку отлично знала дорогу к дому. Внезапно оступившись, она упала и беспомощно прижалась к земле, уткнувшись лицом в мокрую листву.
Спустя пару мгновений ей удалось подняться на ноги и приоткрыть глаза, и вдруг позади нее раздался грохот.
Приглушенный крик боли потонул в раскатистом громе. Дея оглянулась. Когда очередная вспышка молнии осветила окрестность, она увидела, лежавшего на земле маркиза. Его правая нога оказалась проткнута насквозь толстой веткой рухнувшего дерева.
Закусив от боли губу, Лео попытался дотянуться до раны, но бессильно откинулся назад.
Дея ошарашенно смотрела по сторонам, словно пытаясь найти глазами кого-то, кто придет им на помощь.
Мощные потоки низвергались из затянутых тучами небес почти вертикально. Они стекали в небольшой овраг под старым дубом, туда, где лежал раненый. Вскоре вода наполнила овраг почти до краев, и стала переливаться в низину. Лицо Лео все больше погружалось в жижу, которая норовила заполнить его нос, рот и уши. Неуклюже взмахивая руками, он старался выбраться наружу, но ладони его скользили в бессильной попытке зацепиться хоть за что-то. Приложив немало усилий, он вдруг затих.
Ругнувшись про себя, Дея подползла к краю оврага. Маркиз лежал без сознания.
«И что мне с ним делать?» — промелькнуло в голове. — А может, ну его, этого умника. Пусть лежит тут, раз вздумал совать нос не в свои дела».
Но внутренний голос шептал, что если она бросит этого человека, то ему грозит неминуемая смерть. Ее совесть не позволила так поступить.
Внутренне чертыхаясь, Дея наклонилась и постаралась стащить его с места — с таким же успехом она могла пытаться сдвинуть стену.
«Что ж ты такой тяжелый-то?» — рассердилась она.
Тогда Дея стала тормошить и стучать его по щекам. На фоне леденящих душу порывов завывающего ветра до нее донесся слабый стон.
«Эй, очнитесь! Ну, пожалуйста! — мысленно взывала она. — Помогите мне вытащить вас из этой лужи, а не то вы тут захлебнетесь».
Маркиз сделал слабое движение, пытаясь подняться, это позволило понять, что он ее слышит.
«Постарайтесь оттолкнуться здоровой ногой, а дальше я помогу. Нам нужно выползти отсюда».
Вместе им удалось преодолеть пару метров. Раненый обессиленно откинулся на спину, стараясь восстановить дыхание.
— Почему вы не ушли? — вдруг спросил он.
Дея не ответила, а только неопределенно пожала плечами.
«Поднимемся вон на тот пригорок, — она мотнула головой в сторону небольшой возвышенности, — а потом я пойду за помощью».
Превозмогая боль, он сделал несколько движений, но холодные потоки воды сносили его вниз. Хватаясь друг за друга, молодые люди скользили, катились, пытались удержаться, цепляясь за корни, но те отрывались, и они снова сползали вниз. Дея отчаянно сопротивлялась, и храбро сражались со стихией, которая все усиливалась.
