— Выпьем кофе, потом перейдем к следующим движениям, — предложил Лиэм.
— Надеюсь, не к вращению, — испугалась Полли. Ей казалось, этот элемент она уж точно никогда не освоит.
— Не сегодня, но очень скоро. Вас интересует поворот на месте или пируэт?
Полли подняла ладонь и крутанула над головой, давая понять, что не знает разницы.
— Сообщение принято и понято. — Лиэм улыбнулся.
У Полли защекотало внизу живота, совсем иначе, чем когда ей улыбался Гарри. Вместо ощущения тепла и покоя ее охватило предчувствие опасности, с которой она еще не сталкивалась.
На кухне Лиэм достал из шкафа три чашки:
— К нам присоединится Аманда, моя ассистентка. Она учительница, а мне помогает в свободное время.
В эту минуту, как по команде, в дверях появилась женщина с густой шапкой рыжих вьющихся волос:
— Он тиран. Советую не спускать ему это с рук. — Женщина улыбнулась Полли: — Рада познакомиться. Мои дети обожают ваши номера в «Калейдоскопе понедельника». Мы бы голосовали за вас, даже если бы вы танцевали не с Лиэмом.
У Полли защипало глаза от подступивших слез. Не хватало еще заплакать, потому что кто-то проявил доброту. Она действительно скучала по команде «Калейдоскопа», ведь Дэнни, Майк и Чарли за два года стали ее настоящими друзьями, но ей следовало двигаться дальше.
Правда, она пока не могла сказать, как отреагирует, если Грейс займет ее место в «Калейдоскопе».
Аманда взмахнула пакетом шоколадного печенья:
— Запасы. Еще я принесла кофе — уверена, Лиэм не вспомнил. Открою секрет: он ужасный сластена. Если будет слишком строг, дайте ему пирожное, и он сразу подобреет.
Сияющая улыбка, за которой Полли привычно спрятала грусть, стала более живой.
— Мне нравится Аманда, — сказала она, когда та ушла.
— Мне тоже, — согласился Лиэм. — Но я не властный.
— Как же!
— Я целеустремленный. Кстати, нам пора в зал. Я научу вас элементам баланса.
«Баланс — это как раз для недотепы вроде меня, — усмехнулась про себя Полли. — Мне очень повезло, что на «Калейдоскопе» никто не предложил мне пройтись по канату. Может, такая идея была, но Гарри запорол ее, потому что не хотел, чтобы я сломала шею».
— Вместо того чтобы сделать два шага вперед, остаемся на месте и покачиваемся, легко перенося вес с одной ноги на другую, дальше движение в сторону.
Полли упорно покачивалась в неправильную сторону, все время налетая на Лиэма. При каждом прикосновении, даже через одежду, она чувствовала что-то вроде удара током.
Невероятно! Она едва знала этого человека. В нем не было присущей Гарри нежности и деликатности, его фанатизм и настойчивость пугали. К тому же он сбивал Полли с толку, то и дело превращаясь из знакомого ей по телешоу мистера Обаяние в мистера Нетерпение, закатывающего глаза от ее неловких движений. Какого из этих двух Лиэмов надо было считать настоящим?
— Вы паникуете.
Это трудно было не заметить.
— Вернемся к основным движениям. Все то же самое, только не двигаясь с места. Переносим вес — вправо, влево, вправо, навстречу.
Через некоторое время что-то начало получаться. Без малейшего перерыва Лиэм перешел к обучению шагам променада:
— Поворачиваем головы в одну сторону, вытягиваем руки, делаем шаг вперед. Вы начинаете всегда с правой ноги, потом идет левая. — Он показал движение. — Дальше лицом друг к другу, шаг вправо в сторону, приставляем левую ногу.
Сложно. Надо все время думать, где правая, где левая. Полли путала ноги в половине случаев.
Лиэм вздохнул:
— Ну что? Привязать ленточки на запястья? Красная — левая, белая — правая.
— Не поможет. Я все равно забуду, где какой цвет.
Лиэм пробормотал что-то похожее на «Господи, дай мне силы».
Наконец все получилось. Как только Полли перестала слишком сильно напрягаться, она с удивлением обнаружила, что движения доставляют ей удовольствие. Ей нравилась музыка — старая вещь Ван Моррисона с сильными ударными тактами, которые даже она могла различать. Полли двигалась с Лиэмом по залу с легкостью, забыв о прежних страхах споткнуться и сбить его с ног.
— Мне нравится, — сказала она с улыбкой. — Понимаю, почему вы решили зарабатывать танцами на жизнь.
Когда Лиэм заметил, что Полли подпевает Ван Моррисону не для того, чтобы облегчить счет, а от радости, он не сдержал улыбку. Взглянув в ее заблестевшие карие глаза, он почувствовал, что с этого момента они больше не чужие. Ритм музыки пронизывал два тела, связывая их воедино.
И ему достаточно простого наклона головы, чтобы прикоснуться к ее губам…
Надо сходить к доктору и серьезно проверить голову. Да, танец приобретал форму, но Лиэму требовалось побыть одному, чтобы прийти в себя. Он остановился:
— Прекрасно. Закончим на этом и продолжим завтра.
Полли растерянно моргнула, словно просыпаясь от транса, и наградила его одной из своих супермегаваттных улыбок, которые неизменно будили в нем чувство вины.
На следующее утро Полли принесла в студию пакет сдобного печенья:
— У меня рядом с домом отличная пекарня. Если вы возьмете на себя кофе, я буду приносить сдобу. Оставлю записку Аманде, чтобы тоже угощалась. — Она выгнула бровь. — Кроме того, сладкое печенье сделает вас добрее.
— Не подлизывайтесь. Мы будем сегодня отрабатывать углы, так что придется быть строгим.
По крайней мере, он улыбнулся. «Один — ноль в мою пользу», — подумала Полли. Однако улыбка Лиэма странно действовала на нее. Если бы не абсурдность самой идеи, она подумала бы, что испытывает бабах, о котором говорил Гарри: в животе щекотало, кожа горела, температура явно повышалась на несколько градусов. Она начинала думать о том, как близки их тела во время танца, как мало надо, чтобы преодолеть разделяющее их расстояние и оказаться в его объятиях…
Полли была обескуражена. Ей потребовались месяцы, чтобы сблизиться с Гарри, а непреодолимого влечения к нему она так и не испытала за все время романа. Почему же теперь ее тянет к практически незнакомому человеку?
Пора обуздать нелепую фантазию. Лиэм — всего лишь ее партнер по танцам, между ними нет и не должно быть ничего личного. Ее сердце уже было растоптано, она не подпустит к нему никого, пока не выстроит надежную линию обороны. Чтобы больше никто не смог обидеть ее так, как Гарри.
Глава 4
Все шло прекрасно до субботы — дня свадьбы-которой-не-будет.
У Лиэма появились дела, поэтому он перенес тренировку на вечер. Но Полли сказала друзьям, что занята на репетиции весь день: не хотелось терапевтических встреч и вымученно бодрых разговоров о чем угодно — кроме того, о чем все на самом деле думают.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
