Читаем без скачивания Единственная и неповторимая - Шейн Уотсон

— Джеки, а почему бы тебе не опробовать свою теорию на практике? Почему бы тебе не пригласить Саймона-спермаймона на свидание? Сходи с ним куда-нибудь поужинать. Направь на него коленки, облизывай губы, завлекай его… посмотришь, что из этого выйдет. — Сэм достал сигарету из кармана. — Кстати, вот тогда мы раз и навсегда узнаем, носит ли он контактные линзы.

Все то время, пока он говорил, она сидела не шелохнувшись, как школьница за партой в первый учебный день. При мысли о том, что Сэм, ее друг и защитник, хочет бросить ее в клетку со львами, она почувствовала панику.

Он похлопал ее по колену:

— Этот мужчина и есть причина твоего одиночества, Джеки. По крайней мере одна из причин.

Глава 3

Пять, четыре, три, два, один… Начали!

За стеклянным столом с видом на Темзу сидит средних лет мужчина в светлом костюме и застегнутой наглухо рубашке. Титры внизу экрана: «Джеф Кларк. Менеджер группы «Перфект фиксче» с 1970 по 1986 год».

— Дэйв, Отис, его сын от первого брака, и Эмбер первый раз взглянуть на дом в Хедланде поехали летом девяносто второго. Я хорошо это помню, потому что он позвонил мне и сказал: «Что ты думаешь? Хедланд, черт возьми! Неплохо, а?» Я ответил что-то типа: «Здорово! Меня пригласишь?» Вы должны знать, что для нас, для нашего поколения, Хедланд был своего рода символом. Он был священным местом, все дороги вели в Хедланд. Этот дом — часть истории рок-н-ролла. В начале семидесятых в нем жил Джед Бек из «Ворд». Лучшие песни Бэдли Дан были записаны здесь, в студии… помните эти фотографии? Поклонницы разгуливали нагишом, загорая у озера. И конечно же, здесь жила Эмбер, приезжая и уезжая, с Феликсом, по-моему, или с какой-то другой рок-звездой того времени. Поэтому покупка Хедланда была для Дэйва в некотором отношении закреплением его статуса. А женившись на Эмбер, которая была девушкой номер один того времени — с ней или спали, или посвящали ей песни, — и поселившись с ней в Хедланде, он, таким образом, дал всем знать, что, бл… (послышался звуковой сигнал, заглушивший бранное слово), наступило время рок-н-ролла. Этот дом стал нашим оплотом, здесь такие дела делались…

Экран медленно гаснет.

Аманда замерла посреди выложенного камнем зала и смотрела вверх, на балкон. Там, облокотившись о перила, стояла она — черные как смоль волосы взбиты высоко вверх в форме тюрбана. На Эмбер полузапахнутый китайский халат, из-под него виднеются спортивные трусики цвета британского флага и маленькие груди. Эта она, та самая восемнадцатилетняя девушка, о которой все говорили.

— Просто супер, — пробормотал фотограф, театрально подмигнув Аманде. Затем приветственно помахал рукой девушке: — Привет, Эмбер! Я Стюарт Грувз, твой фотограф. Симпатичные трусики!

Эмбер захихикала.

— Это трусы Дилана. — Ее голос был резким, с хрипотцой, и одновременно звучал как-то по-детски. — Он был моим последним фотографом.

Она опять захихикала. Затем взвизгнула, когда какой-то молодой человек схватил ее сзади и поднял одну ногу. На нем были красные туфли на высоком каблуке и маленькие полосатые плавки.

— Ну просто вылитый Тим Карри, не так ли? Это Норманн, но нам это имя не нравится, и мы зовем его Фред. — Эмбер погрозила Фреду пальцем, потом помахала им перед собой. — И как вы все хотите, чтобы я сегодня позировала?

— Аманда! — Аманда посмотрела на коснувшуюся ее руки бледную ладонь и слабо улыбнулась. Она еще была погружена в воспоминания. — Аманда, это я, Милли.

Действительно, это оказалась леди Милли, жена Роджера Марша. Они были соседями Эмбер и Дэйва и также принадлежали к рок-н-ролльной элите.

— Ты задумалась о чем-то. — Взгляд Милли был мягким и добрым. — Давай прогуляемся, вспомним счастливое время! — Она придвинулась ближе к Аманде и понизила голос: — Подальше от этих… знаменитостей.

Аманда оглянулась вокруг и увидела, что за те несколько минут, пока она стояла в оцепенении, помещение заполнилось людьми, которые говорили что-то с важным видом, а затем резко выходили, как будто в их помощи крайне нуждались в другом конце дома. На всех лицах было нетерпеливое, измученное выражение, характерное для людей, постоянно находящихся под прицелами фото- и телекамер.

— Пойдем.

Милли взяла ее под локоть и провела в светлую комнату, залитую розоватым вечерним солнцем.

— Солнечная комната! — сказала Милли торжественным тоном. — Первая в ряду ее маленьких побед. О, я хорошо это помню, а ты? — Она осмотрелась с довольным видом. — Дэйв был уверен, что здесь будет находиться его бар, и бильярдный стол, и бог знает что еще. Он все заранее распланировал: в кабинете повесить большой экран, поставить механическое массажное кресло, развесить все свои золотые диски в рамочках над камином, а здесь он собирался поставить кожаную мебель и бочку с пивом. — Милли поморщилась. — И где только он все это взял? Словом, Эмбер была в отчаянии, помнишь? Она рассказала этому дизайнеру кожаной мебели чудесную историю о том, что Дэйв — скрытый фетишист, который вызывал мебельщиков в свой дом, только чтобы иметь удовольствие произнести слово «кожа». — Милли захлопала в ладоши. — А потом она, умница, уговорила Дэйва позволить ей выполнить дизайн комнаты в белой коже, как будто «в память» о Джоне. — Она склонила голову набок, ожидая реакции Аманды. — Ну, ты помнишь? В деревне Чивнинг снимали клип на песню Леннона. Там, где Йоко ходит по дому и открывает все окна. Ну же! Так или иначе, Эмбер, конечно, не сказала Дэйву, что кожей будет обита крашеная французская мебель, а на полу будет лежать этот причудливый обюссонский ковер. — Милли обвела комнату рукой, чтобы Аманда полюбовалась результатом. — Не идеально, но, как всегда, вдохновляюще.

Милли опустилась на один из диванов, жестом подзывая Аманду, которая предусмотрительно села в другом конце, скрестив ноги и засунув сумочку под мышку.

— Да, мы весело проводили время. Эмбер была замечательной подругой. Мы тогда оказались примерно в одинаковом положении — обе замужем за стареющими принцами рока, которым надоело принадлежать к среднему классу и которые захотели подняться повыше, имея, конечно, солидный доход. — Аманда понимающе кивнула. — А для этого миллионов было недостаточно — нужны были мы, Камилла и Эмбер, — Милли подмигнула, — аристокрошки, как мы себя сами называли. У меня был титул, у нее — стиль, а наши мужья выписывали чеки! — Милли нарисовала воображаемой ручкой нули в воздухе.

Она вытянула свои прекрасные стройные ноги, словно загорая у бассейна на Ривьере. Это были ноги танцовщицы, а на самом деле — бывшей девушки из «Плейбоя». Милли выглядела лет на пятнадцать моложе своих лет.

— Бог мой, мы это заслужили! Эмбер говорила, что всю свою молодость она посвятила тому, чтобы узнать, какая должна быть у рок-звезды жена, точнее говоря, последняя из жен. Устав от алкоголя, наркотиков и случайных девушек, эти легенды рока женятся именно на таких женщинах, как Эмбер. У нее для этого были все данные. «Нужно уметь гонять на машине, — бывало, говорила Эмбер, — уметь выглядеть сногсшибательно в мини-юбке, когда тебе за пятьдесят, ухаживать за утками, варить варенье, сносно делать массаж шиацу, и чтобы его музыкальный соперник когда-нибудь посвятил тебе любовную песню». Вот так!

Милли сделала глоток из своего бокала и помахала рукой в воздухе, показывая, что ее теперь не остановишь.

— Дэйв был уверен, что мармелад, который они ели с девяносто седьмого года, готовила Эмбер, стоя у плиты «Ага» в наряде из маленьких шортиков и бюстгальтера от купальника-бикини. Как бы не так! Всю работу делала милая Джуди из деревни, оставившая мужа, устроившись у Эмбер домработницей, — столько у нее было обязанностей. Взять только занавески, которые Эмбер якобы сшила за один вечер, или кружевные безделушки для туалета на первом этаже… А все эти маскарадные костюмы для детских праздников!.. Эмбер ужасно готовила, дом умела содержать еще хуже. Однако она знала, что лучшая жена легенды рока должна быть хорошей кухаркой и сексуальной штучкой одновременно. «Неужели ты думаешь, — говорила Эмбер, — для убедительности Милли подбоченилась, — что я только и мечтаю, как похудеть на один размер, чтобы отвести детей в школу в узеньких брючках из белой кожи?! Это лишь одно из правил игры на выживание в качестве супруги рок-звезды». — Милли заговорщически посмотрела на Аманду. — Какая Эмбер была умница! В длинном вельветовом пальто она часто прогуливалась напротив офиса Дэйва, держа за руки своих милых растрепанных детишек, зная, что она с детьми выглядит так, будто сошла с обложки одного из ранних альбомов «Перфект фиксче». И Дэйв был растроган на недели вперед, твердя, что они с Эмбер половинки одного целого и что она — источник вдохновения. Эмбер торжествовала (конечно, незаметно для Дэйва). Все у нее выходило очень стильно, она всегда владела ситуацией. — Милли похлопала Аманду по колену. — Но мы-то знаем, что она постоянно обращалась к тебе за советами. Я помню, как ты нашла ей замечательную ткань для занавесок…