«Юрист» засунул предварительный договор к себе с папку, которая отправилась в закрывающийся на сейфовый замок ящик стола, откуда появились две папочки.
— Будьте любезны, давайте посмотрим на ксерокопии документов заказчиков, — Он разложил на столе листы формата А-4. Предварительная часть переговоров была закончена пора было переходить к конкретике.
Старички, занимающиеся по вечерам в спортзале оказалась приверженцами тайцзицюань и боевого цигуна. Приходило их немного человек по восемь, правда лица изредка менялись. Вел группу веселый садист лет сорока — дядя Гена. Мрачный субъект с непропорционально длинными мощными руками. Глядя на его узкий, выпуклый нависающий над глазами лоб и низкую линию роста волос, никто не заподозрил бы в нем профессора, преподающего в университете. Он отдавал предпочтение темным цветам, а особенно черному. При всей его неторопливости казалось, что он будто скользит как конькобежец ни на секунду не прерывая движения.
Увидев открывающего дверь Павлика, тренер завел разговор.
— Ты значит теперь наш куратор. — Спросил он весело подмигивая.
— Выходит, что так. — Шатов пытался поглубже спрятать неловкость.
— Отлично, будет хоть постоянный человек за нас отвечать, а то бабка вечно опаздывала, да и гнала раньше времени.
— Со мной такого не будет. У меня все четко. Я всегда после уроков в школе, а торопиться мне некуда.
— Вот и отлично. Может договоримся на часок попозже заканчивать, а я тебя с ребятами потренирую?
— Я бы рад, да мне физические нагрузки противопоказаны.
— Это не проблема. Дыхательная гимнастика никому не вредила, а если формальные упражнения делать очень медленно и аккуратно, так это лучше для усвоения. Ты вообще идеальный ученик — никуда торопиться не будешь, и цигун поглубже изучишь. У нас ведь не применяется грубая сила, скорее техника, связанная с выбросом ци.
— Давайте попробуем. Вдруг действительно поможет.
Приверженец багуачжана стал вскоре приводить в пример своего нового ученика, занимающегося дыхательной гимнастикой и отработкой движений в круге, отдельно от уже очень далеко ушедших в мастерстве гимнастов. — Видите, парень только начал заниматься, а уже свой центр тяжести чувствует и равновесие держит. Пока медленно, но плавно пытается уходить с линии удара. Скоро «восемь ладоней» изучать начнет. Смотрите, остолопы, что жажда жизни делает. Всем кроме него по сорок раз «бык пашет землю».
Занятия продолжались часа по два, после чего начинались свободные спарринги. Постоянно двигаясь по кругу то по часовой то против соперники старались оказаться за спиной противника и нанести удар ладонью, пальцами или осуществить захват для броска. Устав, все шли в душевую и счастливо плескались, смывая пот. Там звучали философские рассуждения о преимуществах именно их стиля, в котором ладонь используется как для удара, так и для захвата.
Удивительно, но занятия потихонечку стали приводить к незначительным улучшениям которые могли помочь относительно безболезненно дотянуть до операции.
Через месяц у Павла состоялся доверительный разговор с тренером. Паша слышал, что дядю Гену называют доктором, и неосторожно поинтересовался относительно образования мастера.
— Так Вы доктор?
— Ну, так меня недоделанные шутники называют. Намекают на мистера Хайда, сволочи. — Беззлобно рассмеялся тренер.
— Дядя Гена, вы я слышал охотники.
— Есть такое дело.
— Может вам мастер краснодеревщик нужен. Приклады там сделать, щечки приладить?
— Кто это краснодеревщик, ты что ли?
— Я. У меня и мастерская своя имеется.
— Интересно, расскажи откуда?
— Тетке принадлежит сарайчик, который сохранился у нас во дворе. Раньше хранился там всякий хлам, а лет семь назад нашелся какой-то мужик, говорят скульптор. Занимался малыми формами. Бронза, кость, камни, гипс, дерево. Короче, снял он его под мастерскую. Оборудовал все. Станочки поставил, печку, центрифугу, даже кабель проложил электричество мимо счетчика пускать. Плотно обустроился. Работал лет пять, а потом спился. Мастерская года два пустовала, а теперь я обосновался.
— Понятно. Так ты продавать приклады планируешь?
— Если получиться. Вообще-то я все что можно сделать руками продавать готов. Подсумки, ножны, ремни, патронташи. Руки как надо работают. Тут как раз мне повезло.
— Ты ведь деньги на операцию собираешь. — Дядя Гена сочувственно покачал головой. — Сколько она стоит?
— Как половина хорошего автомобиля.
— Знаешь, мы с мужиками посоветовались и решили тебе помочь. Все не все, а на большую часть можешь рассчитывать. И про поделки твои тоже поговорю. Есть у меня пара состоятельных знакомых, которые могут заинтересоваться. Для них главное качество и эксклюзивность.
Альбина, так звали понравившуюся Шатову девчонку, уже два месяца в школе не появлялась. Если поначалу Паша думал, что она заболела, то теперь заволновался по-настоящему. Что могло произойти? Он бы и еще тянул с расспросами, если бы не случай.
Сырая ноябрьская морось, как мошкара назойливо проникала под казалось непромокаемую одежду. Обходя самые глубокие лужи, надежда семьи Потешкиных пробирался в сторону дома. Сегодня он совершенно не ожидал подлянки от судьбы. Погода никак не способствовала бесцельным прогулкам. Как он мог повстречаться с находящимися под кайфом парнями ответила бы теория вероятностей, но она неразговорчива. Накуренные тела прятались от дождя под крышей разбитой автобусной остановки. Что было набито в папиросы знали нечистоплотные продавцы табачных смесей в дальних странах, но с местными торговцами своими производственными тайнами не делились. Сейчас существа пребывали в особо приподнятом настроении. Встреча с одиноким восьмиклассником могла превратиться в веселое развлечение, тем более, что мальчишка был из чужих.
— Ну-ка стой. Козел. Быстро сюда. — Пустые глаза заводилы наполнились предвкушаемым весельем. — Посмотрим, что нам мамка в кармашки положила.
Он на удивление быстро выскочил из-под крыши и попытался ухватить Младшого за воротник, но тот проявив змеиную ловкость увернулся и бросился бежать. Связываться с нарками было последним делом. Под кайфом те могли сделать все что угодно.
— Ну ты, чмо, — выдавил сквозь шумное дыхание наркоман гигантским прыжком попытавшись настичь юркого мальчишку.
Пробежали они буквально полквартала, когда впереди замаячила знакомая фигура. Повезло.
— «Паша, помоги». — Закричал Потешкин.
— Шатов обернулся и увидел настигнутого противником Младшого.
