на верную смерть! Кого он собрался искать в городе? Павлик из наглядных плакатов прекрасно знал, что должно быть после атомного взрыва - вертолеты, автомобили с добровольцами, люди в противогазах в зеленых костюмах химзащиты. И где они? Десять лет прошло, а профессор все ждет. Ну не идиот ли?
Раньше Павлик не позволял себе таких мыслей. Однако сейчас - совсем другое дело. После такой-то информации! Так значит прав Семёныч! Не зря Профессор с Кирсаном шушукались. Тот перевезет их на лодке через Большую протоку, и они отправятся в город. Столько здоровых мужиков головы там сложили, а они, старикан и молодой болван, решили, что справятся. Ну не идиоты ли?
Павлик почувствовал что-то похожее на жалость к Димочке. Раньше он его ненавидел, но сейчас врага можно было и пожалеть. Интересно только когда они уйдут? Вероятно, уже скоро. И вот тогда... Даша останется одна! Дыхание захватывало при мысли о будущем без Димочки и Профессор. Кроме Даши, наверняка восстановится его положение в обществе! Молодых парней в Поселке раз-два и обчелся! И тогда...
Увлеченный приятными мыслями, Павлик сообразил, что лучше предаться им в другом месте. Лучше всего пойти домой!
Сильно хотелось увидеть Дашу, но он себя пересилил. Если все пойдет, как надо, то возможно, скоро, он будет видеть Дашу каждый день и не просто видеть, а...
Он вспомнил недавний разговор с Семёнычем. Вряд ли народ возмутится, если узнает, что он, Павлик, проводит ночи с Дашей.
При этой мысли сердце замерло от восторга. Но, об этом ещё страшно думать!
"- Неужто я, наконец-то, дождался???" - вертелась в голове восторженная мысль.
Воровато оглядевшись, Павлик тихо пошёл вдоль здания, пролез через кустарники и быстро пошел по кружной дорожке в дальнюю часть поселка, домой.
Дорога до дома прошла незаметно. Жилье Павлика находилось на северо-восточном краю Поселка. Всего в десятке метров, совсем рядом, стоял ржавый сетчатый забор, за которым был небольшой обрыв и мелкое озеро, на котором почему-то не рос камыш. Дальше виднелась унылая местность, поросшая редкими деревьями и вездесущим камышом. А еще дальше, за вторым, внешним, забором, начинались сами болота, окружавшие поселок.
Домик даже по местным меркам - неказистый и покосившийся. Голубого цвета. Все дома в поселке были голубые и зелёные. Как и другие, этот рассчитан на двух хозяев. Входы располагались по разные его стороны. На каждой стороне, при входе, довольно просторные веранды. Нижняя часть веранд из тонких дощечек, а верхняя из мелкой древней ржавой сетки, которая защищала от комаров. Двери в домах Болотной рощи не запирались. От кого? Да и было бы что брать!
Открыв сетчатую, против комаров, дверь, Павлик вошел внутрь своей веранды, де стояли две кровати с мягкой металлической панцирной сеткой. Павлик сразу же разлёгся на одной из них. Вторую, такую же кровать, занимал Гриша, который всегда вечерами заходил в гости к Павлику.
Сейчас же, парень решил пораскинуть мозгами и серьезно обдумать неожиданные и радостные известия. Кто их там знает, что на самом деле будет? На первый взгляд всё отлично, а там... Как бы ещё плакать не пришлось!
Не успев толком ни о чём подумать, парень услышал шаги, которые прошествовали мимо, направляясь к противоположной стороне домика.
- Гриша, ты? - наугад крикнул Павлик.
- О, Пашок, ты тут уже? - раздалось с улицы.
- Тут я. Заходи! - откликнулся Павлик.
Это был Гриша - сосед по домику. Вход в его комнату был с противоположной стороны дома, но вечера они проводили вместе, лежа на веранде Павлика и лениво переговариваясь.
Гриша не был "коренным" жителем Поселка. Коренными называли себе те, кто оказался здесь сразу после Беды. Гриша же появился более года назад, да так пока и оставался здесь. Лет ему было около тридцати. Профессор и мэр думали, что ему здесь нравится, и с удовольствием эксплуатировали крепкого молодого мужчину. Однако Павлик знал, что Гриша остается в Поселке во многом из-за того, что у него "любовь" с тетей Аллой, которая лет десять назад осталась без мужа, который сгинул во время последней вылазки "за помощью" на Запад, наподобие той, куда собирался сейчас Профессор. Гриша подробно рассказывал Павлику о своих свиданиях с Алкой, как он её называл, добавляя в рассказы множество анатомических подробностей, которые вполне можно было бы и пропустить. Тем более что тётя Алла годилась Грише в матери.
Сам Гриша пришёл откуда-то с северо-востока, пробираясь к Волге, и далее, на Запад. В Посёлке болтали, что где-то там, за рекой Дон, находится "цивилизация" и жизнь идёт по-старому, так, как шла она тут, пока не пришла Беда...
Вечерами Павлик не часто ходил в центр, к пустому фонтану, где собирались почти все жители поселка. Многие относились к парню очень даже бесцеремонно, что было не удивительно после его Большого Позора. Поэтому вечера он проводил в основном дома, а местные житейские новости узнавал от Гриши или на работе.
Шаги приблизились, дверь веранды распахнулась и Гриша, широкоплечий парень среднего роста, с короткими темно-русыми волосами, шагнул на веранду.
- Здорово, - кивнул он Павлику. - Ты чего так рано?
- Отпустили, а ты?
- Тоже отпустили. Мы сегодня чего-то раньше закончили.
Повесив рабочий халат на гвоздь, оставшись в штанах и короткой майке, Гриша скинул башмаки и привычно растянулся на "своей" кровати, закинув ноги на её грядушку.
