К вечеру посетителей становится больше, и приходится побегать. Одной из официанток стало плохо, и она со спокойной душой пошла домой. Отдуваться нам с Людкой.
В поте лица протираю стол после только что ушедших гостей, слух улавливает хлопок двери. Кто-то пришёл. Стараюсь не отвлекаться от дел, но чувствую странный взгляд на себе. Тяжёлый. Электрический. Его ни с чем не спутаешь, только один мужчина на свете умеет так смотреть, что ноги подкашиваются. Отмахиваю мысли, но тело панически начинает подрагивать.
Осторожно оборачиваюсь, боясь, что мои опасения подтвердятся.
Степан Ефимович!
Я делаю громкий вздох и начинаю яростнее тереть поверхность столика. Вот это, конечно, сюрпризы мне моё тело подкидывает. Я уже научилась на уровне инстинктов улавливать появление властного мужчины рядом со мной. Инстинктов самосохранения, конечно же.
— Вероника, подойди! — голос Волкова младшего обрушивается на меня, как лавина.
Больно прикусываю губу.
Осторожными шагами крадусь в сторону миллионера. Он, как всегда, выглядит шикарно. Выглаженная рубаха, брюки с идеальными стрелками, начищенные ботинки.
— Добрый вечер, Степан Ефимович, — старательно улыбаюсь, хотя хочется провалиться сквозь землю.
— Сегодня у меня важная встреча, — говорит отстранённо и даже не смотрит в мою сторону. — Вот, возьми.
Протягивает мне маленькую бархатную коробочку.
Между нами повисает тишина. Моё несчастное сердечко трепетно трясётся. Это… подарок для меня? Или я совсем уже свихнулась.
— Что там? — неподдельный блеск в глазах выдаёт мои фантазии.
Хорошо, что Волков на меня не смотрит.
— Сейчас придёт девушка. Когда она закажет десерт, ты должна будешь вынести вместе с ним эту коробочку.
Мужчина отправляет меня в нокаут. Он… решил сделать кому-то предложение!
— Ты меня поняла, Вероника? — строгий взгляд падает на моё лицо, я и бледнею.
Коротко киваю, и Волков жестом показывает мне, что я свободна.
Я поверить в это не могу. Неужели, кому-то всё таки удалось коснуться сердца этого зверя так, что он решил жениться?
Я проскальзываю в уборную для персонала и перевожу дыхание. Коробочка в моих руках так и манит. Осторожно открываю, и глаза мои расширяются.
Такого красивого кольца я не видела ещё никогда. В глазах рябит от блеска бриллиантов. Мне почему-то становится грустно, хотя, должно быть всё равно.
Какая мне разница есть ли у моего босса жена? Я ведь к нему буду ходить работать, а не флиртовать с ним. Да и рассудок мой ясно понимает, что я ему не пара. А вот душу разрывает на части.
Это Люда виновата со своими сказками. Волков влюбился в тебя, Волков на тебя глаз положил. Ага, щас. Невольно я начала сама так думать, особенно после вчерашнего шоппинга. Столько денег в меня вложил, а для чего не понятно. Чувствую себя полной идиоткой.
— Вот ты где! — Людка врывается в уборную и зависает, глядя на открытую коробку с кольцом.
— Это от Волкова. Он сказал, чтобы я вынесла это, когда его спутница закажет десерт, — в голосе полыхает разочарование.
Люда внимательно изучает вещицу в моих руках.
— Красивое, — зачарованно шепчет она. — Слушай, а дай померить!
Подруга вырывает коробку из моих рук, и прежде чем я успеваю пискнуть, напяливает кольцо на свой палец.
— Люда! — кричу я, но девушка меня не слышит.
Она мечтательно рассматривает свой пальчик с невероятным роскошным блеском.
— Да ладно тебе, Вероник. Когда я ещё такое смогу примерить. Красота! — вытягивает руку перед собой и романтично вздыхает.
— Давай. Помечтала и хватит, — во мне уже кипит злость за опрометчивый поступок Люды.
Это не правильно. Она не должна была трогать кольцо, предназначенное не для неё.
Подруга пробует снять вещицу, которая стоит дороже, чем весь этот ресторан, и глаза её становятся размером с блюдца. Люда растерянно машет головой, а руки её начинает пробивать уловимая взгляду дрожь.
— Что? — шиплю я, предчувствуя самое страшное.
— Вероник, оно не снимается!
Я замираю.
— Как это? — язык мой еле шевелится.
_9_
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Палец застрял, — объявляет Люда.
Вся жизнь проносится перед глазами, когда представляю, что из-за меня может сорваться предложение руки и сердца, да не абы кого, а самого Волкова младшего. От мысли, что мужчина может сделать со мной за такой проступок кожа покрывается мурашками, а по спине течёт холодная струйка пота.
— Люда, я сейчас отрублю тебе этот чёртов палец, ты понимаешь? — взрываюсь. — Дай сюда руку!
— Не дам! — восклицает подруга с таким видом, будто ей три года, а я у неё конфету отбираю.
— Это не смешно! — я бросаюсь на девушку, стараясь поймать её палец и стянуть кольцо.
— Ника, да прекрати!
— Дай я попробую снять!
— Подожди же ты! Аккуратно!
— Люда!
— Вероника!
Дверь в уборную внезапно открывается, и мы с Людой отскакиваем друг от друга. Девушка прячет руки за спину, тяжело дыша и косясь на меня.
Лицо Фёдора Олеговича выражает глубокое удивление.
— Вы совсем что-ли? — шипит он, строго рассматривая сначала бледную от испуга меня, а затем красную до кончиков ушей Людку.
Мы с подругой переглядываемся. Взгляд у Фёдора Олеговича совсем не добрый, и сейчас мы получим от него по полной.
— Там гостей обслуживать некому, а вы тут драку устроили! — рявкает босс, и мы дружно подскакиваем на месте.
— Простите, — шепчет Люда, хлопая ресницами.
— Что у вас случилось? ПМС? — мужчина фыркает и указывает нам на выход. — Живо работать.
— Фёдор Олегович, у нас проблема, — бормочу себе под нос.
Люда виновато вздыхает:
— Я надела кольцо, которое Волков дал Веронике. И оно не снимается.
— Что за кольцо? — босс закрывает дверь в уборную, потому что наш шум услышали повара с кухни и прибежали посмотреть на происходящий цирк.
— Волков дал мне кольцо, чтобы я вынесла его вместе с десертом. Мне кажется, он собрался предложение кому-то делать.
Объясняю второпях со сбивчивым дыханием.
— Да вы что, девки, с ума посходили? — голос мужчины становится совсем свирепым, когда он видит на Людкином пальце блеск бриллиантов.
— Фёдор Олегович, спасите! — умоляюще стонет подруга.
Босс хватается за лысоватую голову:
— Я вас уволю, если вы не снимете кольцо! Обоих!
— Снимем, — уверено говорю я. — Если надо будет, я Людке палец отрублю.
— Не шути так! — девушка испуганно блеет.
— А это не шутка!
— Хватит. У вас две минуты, чтобы разобраться со своими неприятностями. Не девки, а глобальная катастрофа! — Фёдор Олегович, кажется, поседел от всей этой ситуации.
Он выходит из уборной и направляется в зал ресторана, чтобы обслужить гостей.
— Что делать? — Людка начинает всхлипывать.
— Нужно попробовать маслом палец намазать.
Мы несёмся на кухню, словно кони, чуть не сшибая с ног зевак поваров.
Я хватаю масло и лью подруге на руку, пробую снять, но не выходит.
— Нужно ниткой поддеть, — подсказывает главный повар.
Пробуем ниткой, и кольцо поддаётся. Только вот оно теперь всё в масле.
— Давай, я помою, — Люда виновато хлопает глазками.
Представляю, как подруга уронит кольцо в слив, и тогда точно пиши пропало.
— Я сама.
— Канарейкина, где ты ходишь? — Фёдор Олегович встречает меня на входе в кухню. — Там Степан Ефимович про тебя спрашивает.
— Уже заказали десерт?
— Да, малиновый чизкейк. Давай живо неси в зал!
Я иду к холодильнику и достаю кусочек тортика. Запах сладостей бьёт в нос, и в животе жалобно урчит. От нервов есть захотелось.
Осторожно поставив тарелочку и бархатную коробочку на поднос, я выплываю в зал.
За своим любимым пятым столиком сидит Степан Ефимович, спиной ко мне. И я могу рассмотреть его девушку. Она в изысканном красном платье с блёстками, рыжие локоны струятся по открытым плечам до самого пояса, губы в красной помаде. В красивых медовых глазах играют искорки, когда она открыто флиртует с миллионером. Или мне кажется?
