В апреле 1952 года Дж. Даррелл подписал первый в своей жизни авторский договор. Вдохновленный успехом, он не вылезает из-за машинки, пишет статьи и рассказы для журналов, выступает по радио, завоевывая с каждым разом все большую популярность. Между тем, полученный аванс был истрачен, и безденежье вынудило чету Дарреллов обратиться к литературному агенту Ларри — Спенсеру Кертису Брауну, которому суждено было стать близким другом Джеральда (агентство Брауна до сих пор осуществляет охрану авторских прав писателя). Кертису Брауну удалось продать права на «Перегруженный ковчег» в США и во время встречи с Джерри и Джеки в Лондоне он сумел уговорить Даррелла начать работу над следующей рукописью — так за шесть недель были написаны «Три билета до Эдвенчер».
«Перегруженный ковчег» появился на прилавках книжных магазинов в 1953 году, и сразу же вызвал бурю восторгов у читателей (самое удивительное, что официальная критика тоже была довольно благосклонна). Книга привлекла внимание крупного издателя Руперта Харт-Дэвиса, и тот добился права выпустить «Три билета до Эдвенчер» и впоследствии поддерживал Даррелла во всех начинаниях, какими бы сомнительными они ни представлялись ему самому. Гонорар за «Перегруженный ковчег» был достаточно велик, чтобы Дарреллы смогли организовать и осуществить очередную экспедицию, на этот раз в Южную Америку, которая, впрочем, окончилась провалом: переворот в Парагвае вынудил британского натуралиста расстаться с собранной коллекцией животных и спешно покинуть страну. От этого неудачного путешествия выиграли читатели: на свет появилась новая книга — «Под пологом пьяного леса» (1955).
Тех, кто был близко знаком с Дарреллом в те годы, поражал его изматывающий образ жизни и невероятная работоспособность — в перерывах между экспедициями он по-прежнему по ночам пишет, а днем занимается покупками оборудования для экспедиций, бесконечными хождениями по разным инстанциям и поисками потенциальных заказчиков. Конечно, Джеральд был молод, но его преследовали участившиеся приступы малярии, и при таком темпе его хватило бы ненадолго, но, к счастью, на помощь вновь пришел Лоуренс, пригласивший младшего брата отдохнуть на Кипре и в Греции.
Приезд Джеральда совпал с подъемом национально-освободительного движения и всплеском антианглийских настроений. Отдавая должное справедливости греков, Даррелл вспоминает, что на него враждебное отношение не распространялось, ему нигде не чинили препятствий, помогали снимать фильм о жизни крестьян на Кипре; он чувствовал себя в полной безопасности даже на территории, контролируемой партизанами-киприотами. Дни, проведенные в Греции, напомнили натуралисту его детство, гостеприимство пастухов Корфу, и необычных питомцев. Вернувшись в Англию Даррелл пишет автобиографическую книгу — «Моя семья и другие звери» (1955), на долю которой выпал неслыханный успех: только в Великобритании ее издавали свыше 30 раз, и больше 20 изданий она выдержала в США. «Моя семья» принесла автору совершенно неожиданное признание его таланта, так как критики сначала заговорили о возрождении современной английской литературы, а затем к ним присоединились чиновники и попечители школьных советов, которые в конце концов включили произведение «непрофессионального» писателя в программу выпускных экзаменов по литературе[8].
В 1958 году Джеральду Дарреллу исполнилось 33; он стал одним из наиболее популярных писателей по обе стороны океана, вполне удачно дебютировал на телевидении с 4-х-серийным фильмом «В Бафут за говядиной», который заставил всю Англию сидеть у экранов телевизоров (с тех пор Джеральд снял, по меньшей мере, 37 фильмов, из которых мы, к сожалению, видели очень немногие). Этот год стал переломным в его жизни, он вплотную подошел к осуществлению своей мечты и начал искать место для будущего зоопарка. Что побудило его принять такое решение? В том году Джеральд предпринял две экспедиции, в Камерун и Аргентину, но не смог найти в себе силы расстаться с наиболее ценными животными и, к ужасу своих близких, разместил свою коллекцию в саду у Марго.
Поиски места для зоопарка ведутся в нервозной обстановке: каждая встреча с чиновниками муниципалитетов Борнмута и Пула напоминают сражение Дон-Кихота с ветряными мельницами; соседи осаждают жалобами на присутствие зверей в саду; издатели требуют очередной рукописи. Проблема новой книги разрешилась разумным компромиссом, Руперт Харт-Дэвис согласился принять переработанные выступления Даррелла по радио, снабженные предисловием («Встречи с животными»). С зоопарком дела обстояли не столь благополучно. У городских властей замыслы Джеральда вызывали такое отчаянное сопротивление, что можно было подумать, что он собирался взорвать атомную бомбу на площади у мэрии. Даррелл был близок к отчаянью, но на этот раз ему на помощь пришел Харт-Дэвис, посоветовавший наведаться на остров Джерси.
7 ноября 1958 года майор в отставке Хью Фрэзер подписал договор на сдачу в аренду (с правом последующего выкупа) поместья Лез, Огр. Следующий шаг был сделан опять-таки при содействии Руперта Харт-Дэвиса. Окончательно замороченный проектами создания самоокупаемого зоопарка, веря больше в литературный талант Даррелла, чем во всю эту затею, издатель согласился выступить в качестве гаранта и поручиться за своего подопечного перед банком на солидную сумму в 10 000 фунтов. Обеспечением ссуды стали будущие книги; таким образом, зоопарк получил право на существование, а его создатель обрек себя на долгие годы каторжного труда.
Джерсийский зоологический парк был официально создан 14 марта 1959 года, а уже 26 марта открыт для публики. Детище Даррелла, по его замыслу, должно было существенно отличаться от прочих зоопарков: «На протяжении многих лет я чувствовал, что назрела потребность в более специализированных зоопарках, чем существующие, конкретнее, в зоопарках, которые посвятили бы свою энергию в первую очередь спасению редких видов». Напомню, что еще в Уипснейде Джеральд собирал досье о редких и исчезающих животных, создав свой собственный, пусть далекий от совершенства, прообраз Красной книги Международного союза охраны природы и природных ресурсов. Собранная информация не пропала даром, сведения послужили руководством для комплектования коллекции Джерсийского зоопарка.
Очень часто мы воспринимаем Даррелла как писателя, чьи книги доставляют нам массу удовольствия, и совершенно не задумываемся над его вкладом в дело спасения диких животных. Ковчег на Джерси стал первым в мире специализированным центром по сохранению видов, оказавшихся на грани исчезновения; это произошло за четыре года до издания Красной книги МСОП!
Прошло четыре года самоотречений, тяжелой работы и невероятных трудностей; основными событиями тех лет по мнению сотрудников Джерсийского зоопарка были: появление гориллы Н’Понго (впоследствии оказавшейся самкой, хотя в некоторых книгах она фигурирует как самец), тапира Клавдия, получение мармозеток и рождение у них детенышей. Несколько позже появилась вторая горилла, Ненди, самка тапира Клодетта, сервалы и Паула — супруга для гепарда Питера. Зоопарк достаточно окреп для того, чтобы можно было приступить к преобразованию его в центр по сохранению исчезающих животных, начать серьезную научно-исследовательскую работу по изучению биологии редких видов и разработке практических методов их спасения. Всему этому препятствовал огромный долг, нависший над зоопарком, — 25 000 фунтов…
Проблема была решена испытанным способом — Харт-Дэвис вновь поручился перед банком, а Джеральд Даррелл принял на себя обязательство создать требуемое количество шедевров литературы, а также погасить упомянутый выше долг. Одним словом, 6 июля 1963 года был создан Джерсийский трест сохранения редких животных, который и стал юридическим владельцем всего имущества зоопарка, включая коллекцию животных; Джеральд Даррелл был избран почетным директором треста.
«Наш Трест — научная некоммерческая организация, добровольные члены которой есть во всем мире, в Европе, Америке, Азии, Африке и Австралии. При поиске первых добровольцев мы воспользовались весьма оригинальным методом — в течение нескольких лет я старательно собирал письма, приходившие от читателей моих книг, сам еще не зная зачем. Быть может, это лишний раз свидетельствует о моей прозорливости. Когда пришла пора взяться за создание Треста, я обратился ко всем корреспондентам с предложением присоединиться к нашему начинанию. Так возникло ядро из 750 человек. Спустя десять лет их число выросло до 10 000, а теперь нас больше 15 000», — рассказывал Даррелл в 1986 году.
Трест поставил перед собой следующие задачи:
— создание в контролируемых условиях воспроизводящихся колоний различных видов животных, находящихся под угрозой исчезновения в природе;
