– Уймись! А теперь слушай и запоминай. Вокруг тебя лес и два заброшенных домика. Тут ты сможешь разгуляться и подумать. Неделя будет полностью в твоём распоряжении.
– И о чём же я должен думать? – спросил он.
– О жизни и сколько вреда ты причинил природе. Если выживешь, то я тебя отпущу по истечению срока профилактики, а если нет…
Всё он прекрасно понял.
– Ты что, за дурака меня держишь?
– Немножко. Твоя цель – выжить! Не справишься – останешься в этом месте навсегда. Не позволю, чтобы какой-то прыщ смел издеваться над моим домом! Воспитаю я тебя в духе патриотизма и любви к Родине! Есть время понять и осознать. Не думай, что ты можешь спокойно сидеть или лежать на траве, ковыряясь при этом пальцем в носу. Тут тебе будет не до этого. Я же отчаливаю.
Распахнув ослепительно белые крылья, я скрылась среди деревьев. Остался директор один. Долго звал он меня. Теперь я была в роли наблюдателя. Начал Михаил Николаевич бродить по полянке. Заглядывал в домики, что-то искал и ругался.
Принялся обходить домики и даже заглянул в лес. Директора передёрнуло. Я так и не поняла от чего. После двухчасового блуждания, он вернулся к домикам и долго ругался… некультурно и воодушевлённо.
Так меня ещё никто не костерил. А у него неплохо получается, я вам скажу! Чего ты мне ещё интересного скажешь? Тут его осенило. Решил товарищ директор спасаться бегством. Интересно, и далеко ль собрался? Бежал, как он думал, по тропинке. Она имела место быть, но заросла настолько, что трудно вообще её обнаружить. Чешет этот директор через высокую траву. Бедолага. Спотыкается, падает, но продолжает свой путь.
Кругом лес и ни души. Даже ягодники не встречались. О машинах вообще речи не шло! Измученный он добрался до реки. Михаил умылся, хлебнул воды и стал думать. После двух часов раздумий, директор стал переходить вброд реку. Перебрался и пошёл вдоль реки. Как он сказал, что река должна куда-то вывести.
Красавца я оставила наедине с самим собой, а сама отправилась домой. Шла я босиком, ощущая шёлковую траву, сухие ветки и острые камни.
* * *
– А это что за невиданное чудовище? – спросила я, рассматривая фотографию.
На ней был изображён мужчина в белом халате. Глаза – чёрные дыры, острый подбородок, отчётливо видны скулы.
– Как ты выразилась «невиданное чудовище» – это профессор Сергей Венский. Загубил семь жизней и готовит отправить на тот свет ещё одного, – разъяснила Мелисса.
– А он красивый! – заценил Алферий.
– С каких это пор тебе нравятся парни? – подозрительно спросила Мелисса.
– С тех самых детка, когда они сворачивают с дороги жизни. А ты о чём подумала?
Девушка промолчала, а Алферий продолжил рассматривать профессора. Потом ему надоело рассматривать фотографию с моих рук, и он отобрал её.
– Не доверяю я тебе Соня.
– Чего это? – удивилась я.
– А у тебя пронзительный взгляд. Того для – прожжёшь фотографию.
Алферий задорный парень. Серьёзным бывает очень редко. Блондин с оранжевыми глазами, говорит о том, что он – дух Огня. У духов Земли – изумрудные; духи Воды имеют аквамариновые глаза, а духи Воздуха – жёлтый цвет. Именно неестественный цвет глаз нас отличает от обычных людей.
– Что делать с этим красавцем? – спросил Адриан.
– А ты не знаешь? Прибить, конечно!
– Что я слышу? – всполошился Алферий. – Красивая, образованная и интеллигентная девушка, а такими выражениями кидается! Я падаю в обморок!
– За десять лет дружбы тебе пора привыкнуть, – хмыкнула Мелисса.
– Не-а! Ты глаголь!
– Почему ты так на меня смотришь Мелисса? – удивился Адриан. – Прошлый раз ты сказала, чтобы мы преподавателя просто припугнули, когда я тебе сказал, что стоит его прибить. Помню, какую ты мне нотацию прочитала.
– Там был другой случай!
– Где запланирована встреча? – спросила я.
– В перке им. Войцешека, – пролистав несколько страниц, сказала она. – Там он нападёт.
– Я туда пойду! – вызвался Алферий.
– Не пойдёшь.
– Почему?
– Задание для Софии от самого Совета, – Мелисса вздыбила перст к верху.
– Ну вот! Я только повеселиться хотел!
– Почему мне? – спросила я.
– У тебя есть способность передавать пережитые воспоминания. Совет хочет, чтобы убийца увидел и почувствовал всё то, что видели и чувствовали его жертвы. Его необходимо уничтожить!
– Жестоко.
– Жестоко было убивать людей, – скривилась она.
– Может, ты и права, – вздохнула я. – Но этого красавца нужно остановить!
– Этих людей уже не спасёшь, но их нужно освободить.
Чем я и занимаюсь вот уже четыре года.
– О, огонёк! – радостно воскликнул Алферий и метнулся к камину. – Как тепло!
Мы с Адрианом покинули контору.
– С тобой всё хорошо? – спросил он.
– Относительно. Рана вновь заскулила. Думаю, стоит устроить встречу со старыми знакомыми.
– Зачем оно тебе? Тебя ведь в том мире не существует. Сразу встрепенётся пресса, полиция.
– Я буду осторожна. Мне необходима эта встреча. Хочу заглянуть в их глаза, хочу увидеть на их лицах ужас и недоумение. Мне это нужно! Моё тело так и не нашли и объявили без вести пропавшей.
– Вроде дело закрыли, нет?
– Не совсем. Случайно узнала, что дело на время приостановлено, но как только появится ниточка – его возобновят, – пояснила я.
– Что если о тебе сообщат? – поинтересовался он, садясь в машину.
– Толку от этого не будет.
– Почему?
Я вздохнула.
– Прости. Мне не стоило развивать этот разговор, – сказал Адриан, заводя машину.
– Есть свидетель, который видел последние минуты моей жизни. Это парень. Позже я узнала, что он инкогнито отправился в полицию и всё рассказал. Парень даже не мог предположить, что станет свидетелем изнасилования. Он думал, что идёт с друзьями на встречу с кумиром. Я хочу наведаться к нему.
– Тебе больно говорить.
– Ведать настало время выговориться. Я держу это в себе долгое время. Как ты знаешь, я из богатой семьи. Нас у родителей четверо. Я – младшая. Конечно, им хотелось, чтобы их дети занимались бизнесом, но как говорится: «В семье не без урода». Долго уговаривала родителей отдать меня в музыкальную школу. Не уговорила. Пришлось идти на хитрость. Карманные деньги я тратила на ноты. Каких либо ограничений в деньгах не было, поэтому я активно этим пользовалась.
– Ты окончила музыкальную школу?
– Ходила на курсы вокала и брала уроки игры на флейте. Это обходилось мне дешевле. Занималась я втайне от родных. Даже братья и сёстры об этом не знали. Трёх лет мне вполне хватило. Алексей Михайлович присутствовал на одном из концертов и заинтересовался мной. Предложил стать солисткой группы «Далёкие дали». Проект только начал развиваться. Они как раз ищут солиста. Так я начала музыкальную карьеру.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
